Библиотека

Теология

Конфессии

Иностранные языки

Другие проекты







Ваш комментарий о книге

Ла Сор У., Хаббард Д., Буш Ф. Обзор Ветхого Завета

ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА 37 ЗАХАРИЯ

Даты, приведенные в пророчестве Захарии1, показывают, что оно было современно пророчеству Аггея. Гл.9-14, по-видимому, датируются более поздним временем, хотя в этом разделе точные даты отсутствуют. Будучи послепленным пророчеством, книга существенно отличается от допленных. Эти моменты важны для представления точной картины исторической природы этой богооткровенной Книги.

ЗАХАРИЯ И ЕГО ПРОРОЧЕСТВО

Пророк. Захария ("Тот, о ком помнит Яхве") назван сыном Варахииным, сыном Аддовым (1.1), а также сыном Адды (Езд.5.1; 6.14; ср.Неем.12.16). Адда у Неемии был главой "дома" и, поэтому, вероятно, более отдаленным предком, и священником. Если это тот же Захария, то его можно считать не только пророком, но и священником - однако точно это не установлено. Захария было очень распространенным именем2. Адда было также именем древнего пророка (напр., 2 Пар. 13.22). Высказывалось мнение, что имя Варахии включено сюда, чтобы отождествить Захарию с "сыном Варахииным" из Ис.8.2, однако это представляется надуманным. Кроме этих нескольких фактов, которые сами по себе проблематичны, мало что известно. Из Езд.5.1; 6.14 следует, что пророческое служение Аггея и Захарии побудило старейшин во главе с Зоровавелем и Иисусом завершить восстановление храма.
Согласно одному преданию, Захария был "уже преклонного возраста", когда он возвратился из Вавилонии, а умер он в "древнем возрасте"3 и был похоронен рядом с Аггеем. Однако, если евр. па'аг принять за указание возрастав он был "юношей" (Зах.2.4 [МТ 9]). Поэтому некоторые исследователи считают, что он еще пророчест­вовал в 470 г. в возрасте семидесяти или восьмидесяти лет. Слова Христа (Мф.23.35; ср.ЛК. 11.51) иногда понимаются как указание на мученичество Захарии, однако более
'Восьмой месяц второго года Дария (2ГД) начался 27 октября 520 г. (1.1); дата, при­веденная в 1.7, преобразуется в 15 февраля 519 г., а та, что дана в 7.1, - в 7 декабря 518 г.
2  Т.М. Мауч выделяет тридцать три человека, которых звали Захария; "Zechariah", IDB
4:941-43.
3  Это слово может означать юношу от раннего детства до брачного возраста, а также слугу
любого возраста (как, в свое время, слово "мальчик" могло использоваться для обозначения
слуги, ср.фр."гарсон" - официант). В данном контексте "юноша" - более предпочтительное
толкование.


ЗАХАРИЯ                                                               447
вероятно, что данным утверждением Он ставит в один ряд рассказы из Кн. Бытия и Паралипоменон (первой и последней книг еврейского канона), так что здесь указыва­ется на Захарию из 2 Пар-24.22.
Пророчество. Книга четко разделяется на две части независимо от проблемы авторства (см.ниже). Гл. 1-8 являются датированными пророчествами, в основном, в форме видений. Гл.9-14 не содержат датированных пророчеств или "ночных виде­ний" и написаны существенно отличающимся стилем. О первых восьми главах В.Нейл писал: "Существуют все основания полагать, что, в основном, это подлинные слова пророка, возможно, расположенные в их нынешнем порядке самим пророком, однако более вероятно, что они были собраны и отредактированы вскоре после его смерти"4.
Гл. 1-8 можно проанализировать следующим образом:
Призыв к покаянию (1.1-6) Ночные видения (1.8-6.8)
Четыре всадника; обещание восстановления (ст. 8-17) Четыре рога, четыре рабочих; суд над народами (ст. 18-21 [МТ 2.1-4]) Человек с землемерной вервью; восстановление Иерусалима (2.1-13 [МТ 5-17]) Иисус и сатана; обещание "Раба Моего, ОТРАСЛИ" (гл.З) Золотой светильник и две маслины; "Духом Моим" (гл.4) Летящий свиток; проклятие всей земли (5.1-4) Женщина посреди ефы; Нечестие (ст.5-11) Четыре колесницы и их кони; дозор земли (гл.6) Истинная причина постов (7.1-14)
Результат обещания Яхве: мир, процветание для всех (8.1-23)
Общая структура, начинающаяся с призыва к покаянию и заканчивающаяся исполне­нием Божественных обещаний, уже знакома. Однако ночные видения вводят в про­рочество новый элемент (см.ниже).
Гл.9-14 естественно разделяются на две части (ср.9.1; 12.1; обратите внимание на заглавие "пророческое слово" [евр. massa'})-. События, приведшие к концу времен (гл.9-11) Яхве - Бог враждебных городов (9.1-8) Пришествие Царя Сиона (ст.9-17) Сбор народа, не имеющего пастыря, в земле (гл. 10-11) События конца времен (гл. 12-14) Осада Иерусалима (12.1-3)
Яхве поддерживает Иудею и уничтожает враждебные народы (ст. 4-9) Яхве изливает благодать на Свой народ (ст. 10-14) Открытие очищающего источника ( 13.1 -6) Отвержение пастыря (ст. 7-9) Описания дня Господнего (гл. 14)
Этот раздел представляет огромную сложность как в анализе структуры, так и   в толковании его частей. Это можно увидеть в  разнообразии критических
"Zechariah, Book of, IDB 4:944.


448                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА


Светильник на треножнике, подобный тому, который Захария видел в своем пятом видении об окончании храма Зоровавелем (4. 1-14); Мегиддо.
теорий, касающихся композиции этих глав, и в огромном количестве различий в толковании, даже среди тех, кто по существу разделяют одинаковые взгляды на композицию.
Проблемы авторства. Нейл писал:
"Вторая часть Книги Захарии представляет обширные и, частично, не поддаю­щиеся решению, проблемы, касающиеся авторства, даты и толкования. Хотя не­возможно безоговорочно установить, сколько же авторов у гл.9-14 - один, два, три или множество, почти общепризнанно, что, как с лингвистической и стили­стической точки зрения, так и по богословским идеям и историческому фону автором этих глав не может быть пророк Захария"5.
Т. Геншо высказывается за разделение двух частей6, а О. Эйсфельдт считает, что они принадлежат разным авторам из различных периодов7 Г.Л. Арчер, который придер­живается единства авторства, тем не менее приводит доводы против принадлежности всех деталей одному автору8 как поступает Р.К. Гаррисон"9. Эти доводы заслуживают тщательного рассмотрения. Дж.С. Райт пишет: "Невозможно доказать единство Книги, однако не следует слишком быстро отказываться от этой мысли"10. Доводы в пользу разделения Книги делятся на три группы:
3 Там же, 4:945.
6 The Latter Prophets, pp.246f.
7 Old Testament, pp.429, 434-37.
Survey, pp411-1 5.
9 Introduction, pp.952-56.
10    "Zeehariah, Book of'lBD, p. 1679.


ЗАХАРИЯ                                                               449
(1)   Гл.9-14 были написаны перед пленением. Эта теория могла возникнуть
потому, что в Мф.27.9-10, Зах. 11.12-13 приводятся как пророчества, принадлежащие
Иеремии. Упоминание о Ефреме, об Ассирии и Египте как основных врагах, об
арамейских городах-государствах и филистимских городах, - все наводит на мысль о
дате до плена. Однако свидетельства не однообразны: часть из них датируется перио­
дом до покорения Тиглатпаласаром арамейских государств и некоторых частей
Израиля, часть предполагает дату накануне падения Самарии, а часть указывает лишь
на Иудею и, по-видимому, опирается на смерть Иосии. В результате мнения раздели­
лись - некоторые ученые датируют гл.9-1 1 и 13.7-9 ранее 721 г.11, а остаток гл. 12-14-
ранее 586 г. Хотя Б.Отцен относит гл.9-10 к дате до пленения12, эта теория не пользу­
ется в настоящее время широкой поддержкой13.

  1. Гл.9-14 были написаны после Захарии. Некоторые ученые приписывают эти
    главы одному автору, однако этот взгляд также раздроблен. Эйсфельдт предпочитает
    "год 332, если только здесь усмотреть намек на вал (ст.З), насыпанный возле Тира, а
    104 нее, на тот период года, когда Александр готовился к осаде Тира"14. К. Марти и
    Э. Зеллин отождествляют трех пастырей в 11.8 с "Лисием, Иасоном и Менелаем" или
    "Снмоном,    Менелаем    и    Лисием",    датируя,    таким    образом,    пророчества
    маккавейскими   временами   (ок.    160   г.).   Далее,    11.4-7   рассматриваются   как
    отражающие события Маккавейской войны; человек, убитый в 12.10-14, является
    Онией III (убитым в 170 г.; Зеллин) или Симоном (134; Б. Дум)15.
  2. Гл.9-14 написаны двумя или более авторами, но не одним "Второ-Захарией".
    Р.С.Дентан датирует 9.1-12 осадой Тира Александром (332); ст. 13-17 - периодом
    Диадохов или власти Птоломеев; ст. 10.3-12 - периодом, когда Палестиной владели
    Птоломеи16. Он отрицает маккавейскую дату, основываясь на упоминании "Книги
    Двенадцати" в Апокрифической Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова (49.12;
    ок. 190 г.): "Вряд ли возможно, чтобы были сделаны какие-либо значительные добав­
    ления в это собрание после того, как Книга получила то, что, очевидно, является
    каноническим статусом17.

ГЛ. Эллисон18 предполагает наличие в конце Книги Двенадцати (Зах.9.1; 12.1; Мал. 1.1) трех анонимных пророчеств, каждое из которых начинается словами massa cfbaryhwh ("Пророческое слово Яхве"). Первые два со временем были присоединены к Книге Захарии, а третье стало книгой Малахии19. Эта теория оригинальна, однако в ней имеются, по крайней мере, две сложности. А. Бентцен ранее указывал, что автор
" H.C.fl.Ewald и др.
12   Stulient uber Deuterosacharaja (Copenhagen: 1964).
13   Обзор взглядов см. в кн. Eissfeldt, Old Testament, pp.434-440.
'"Там же, р.437.
15   Цит.по там же, pp.438f.
16   "Introduction and Exegesis, Chapters 9-14 of Zechariah", IB 6:1090.
17   Там же. М. Тривс, однако, высказывается в пользу того, что этот раздел действительно
принадлежит   Маккавейскому   периоду   и   частично   написан   самим   Иудой   Маккавеем;
"Conjectures Concerning the Date and Authorship of Zechariah IX-XIV", VT13 (1963): 196-207.
18   Men Spake from God, p. 123.
"см.также Eissfeldt, Introduction, p.440; E.Sellin-G.Fohrer, Introduction, p.469; и Dentan, IB 6:1089, 1117.


450                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Книги Малахии, "человек, характерно отличающийся от "Второ-Захарии"20 Поэтому, приписать все три пророчества одному автору достаточно сложно. Второе возражение сродни первому: установившаяся традиция, встречающаяся уже в Книге Иисуса, сына Сирахова,говорит о двенадцати, а не тринадцати или четырнадцати пророках. Не существует никаких свидетельств, что эти три пророчества когда-либо существовали самостоятельно, за исключением книги Малахии21.
Среди различных теорий, защищающих единство авторства22, Арчер придержи­вается даты между 480 и 470 гг., объясняя разницу в стиле тремя или четырьмя десятилетиями, которые разделяли две части пророчества. Особенно силен его аргумент о том, что язык всей Книги гораздо ближе к языку Кн.Аггея и Малахии, чем лексике кумранских писаний второго века и удивительно свободен от арамейских заимствований23. С. Буллоу считает, что "видения или сны первой части, со всеми их надеждами на новую эру, - произведения молодого человека (около тридцати лет), написанные в 520-518 гг., в то время как грозные пророчества второй части, отодвигающие надежду на отдаленное будущее, принадлежат более старому человеку (около семидесяти лет) и написаны, когда будущее Персидской империи не было уже таким безоблачным". Он объясняет разницу в стиле и подходе между двумя частями различным возрастом автора и изменениями политической обстановки24.
Положительным во всех этих ученых трудах является лишь то, что они показали всю сложность позиции единого авторства. Попытки решить проблему не имеют ясно определенного направления и часто противоречат друг другу. Некоторые из них просто абсурдны25. Б.С. Чайлдз замечает: "Представляется, что критическая позиция совершила полный круг и вернулась к рассмотрению тех же вопросов, которые вызывали горячие споры в 1881 г"26.
ТОЛКОВАНИЕ
Апокалиптическое. Огромное смешение идей образовалось относительно того, что следует считать апокалиптическим. П.Д. Хенсон предлагает полезный подход: "Вместо того, чтобы описывать идеальные апокалиптические образы, следует обрисовать типичные черты книги, которую в древности называли "апокалипсисом" -Книгой Откровения"27, и этой меркой измерять работы того времени. Он приводит эти элементы, найденные в Откр. 1.1-2: откровение, касающееся будущих событий, дается Богом, через передника, провидцу. Последующие стихи добавляют и другие элементы: указание на то, что видящему видение позволяется заглянуть на небо и
20  Introduction 2.161.
21   Contra Dentan.
22  Harrison, Introduction, p.953-56; Wright, IBD, pp. 1677-79; G.L.Robinson "Zechariah, Book
of, ISBE (1939) 5:3139f. Особ.см. A.von Hoonacker, Les Douzepetits Prophetes. Etudes Bibliques
(Paris: 1908), pp.579-581.
23   Survey, pp.415f.
24Zecharias", CCHC, 545k.
25Напр., когда это Селевкиды были известы как "Ассирия"? Следовательно, как может "Ассирия и Египет" означать "Селевкиды и Птоломеи"?
26 Old Testament as Scripture, p.476. 27Apocalypse, Genre", IDBS. p.27.


ЗАХАРИЯ                                                               451
увидеть события, которые определят будущую историю; провидец находится "в Духе" (в экстатическом состоянии); толкование увиденного производит ангел-толко­ватель; провидец находится в состоянии благоговейного страха, за которым следует слово утешения или предостережения; и, как бы ни было выражено видение, "оно всегда имеет отношение к тому, "что есть и что будет после сего" (1.19; ср. 1.1; 4.1)"28.
На основании критериев Хансона, в Книге Захарии можно усмотреть апокалиптические элементы. Пророку дается серия из восьми "ночных видений (1.7-6.15). "Ангел Господень" объясняет видения, выступая в роли посредника (1.13-14). Настоящее становится символом будущего (ст. 16-17). Прямое указание на то, что Захарии дано видение небесного события, отсутствует, однако картина Иисуса, стоя­щего перед Ангелом Господним, и сатаны, стоящего "по правую руку его, чтобы противодействовать ему" (3.1), может указывать на небесную сцену (ср.Иов.1.6-12). Не вызывает сомнений, что видения были даны, чтобы приоткрыть будущее, включая объявление о "муже, имя которому ОТРАСЛЬ" (см.Иер.23.5; 33.15; см.также Ис.11.1) - термин, который становится синонимичным слову "Мессия"29.
Еще одна характеристика апокалипсиса - использование современной ситуации (или личности) как прообраза будущего. Послание иногда сложно истолковать, ввиду отсутствия знаний по исторической обстановке. В других случаях, хотя историческая ситуация ясна, послание не всегда рассматривается как относящееся к будущему. Например, возложение золотого венца на голову первосвященника Иисуса и приписание ему мессианской роли (6.11). Однако наместником был Зоровавель, а, по­скольку Мессия должен был быть потомком Давида30, некоторые исследователи, не понимая природы апокалипсиса, попытались истолковать это как попытку короновать Зоровавеля как Мессию. Поскольку имя Зоровавеля в данном месте не упомянуто, они предполагали, что оно было изъято31. Зоровавель не оказался Мессией, и поэтому делался вывод о том, что пророки ошибались. Однако все обрамление апокалиптично: сатана, светильник и две маслины, четыре колесницы с конями самых неземных мастей, мчащиеся к ветрам небесным. Конечно, венчание Иисуса не следует понимать здесь буквально! Такая речь является типичной формой представления будущего. Зоровавель заложил основание и должен был завершить строительство храма (4.9). Однако, грядущая "ОТРАСЛЬ" будет Тем, Кто создаст храм Господень (6.13)"32.
?8 Там же.
29 Евр. semah. Ис. 11.1 использует евр. nesez, благодаря обычному в иудаизме и раввинской экзегезе процессу, это породило веру в то, что, согласно этому пророчеству, Мессия "Назореем наречется" (ср.Мф.2.23), хотя такое пророчество отсутствует у канонических пророков. cm.J.g. Baldwin, semah as a Technical Term in the Prophets", VT 14 (1964): 93-97.
¦""Существовало также верование в Мессию, происходящего от священников, основанное на Втор.18.18; cf.T.Levi 8:14. Эта проблема является существенной для кумранских исследова­ний; CM.W.S.LaSor, Bibliography of the Dead Sea Scrolls, 1948-1957 (Pasadena: 1958), pp.88f.
31    CM.D.W.Thomas "Introduction and Exegesis Chapters 1-8 of Zechariah", IB 6:1080.
32   По поводу использования и толкования прообразов в грамматико-исторической экзегезе
см. LaSor"lnterperetation of Prophecy", BDPT, pp. 130-32; R.B.Laurin, "Typological Interperetation
of the Old Testament", BDPT, pp. 136-39.


452                                                                    ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Ряд исследователей предпринимают попытки воссоздать историческую об­становку. Геншо, предполагая, что эти главы относятся к третьему или второму веку, приходит к следующему выводу:
"...они проливают некоторый свет на политическую и религиозную обстановку в Иудее в конце периода после плена... Яхве открылся как Господь Творения... Владыка Вселенной и единственный истинный Бог... Когда наступит день Госпо­день, Он станет Царем над всей землей, "в тот день будет Господь един и имя Его едино" (14.9). Однако ... старая идея о Яхве как Боге войны была возрождена. Господь расположится станом вокруг Иерусалима как войско, и ни один притес­нитель не сможет пройти через землю (9.8)... Эти главы показывают, что в то время, когда они были написаны, пророчество практически вымерло, и его место было занято апокалиптическими картинами33. Хеншоу совершенно не понял природы библейского апокалипсиса34.
В современных исследованиях акцент делается на попытках воссоздать социорелигиозный фон апокалиптических писаний. Хенсон анализирует "несколько ступеней внутри иерократических (задокитских) кругов, которые дали толчок к восстановлению после пленения"35. Взаимосвязь между исторической обстановкой, языком и использованными образами в Писании не вызывает сомнений. Попытки предшествующих поколений толкователей, благочестиво верящих в Библию, почти полностью не замечать различные аспекты исторической обстановки (социологические, религиозные, мифологические), следует заменить толкованиями, выполненными теми, кто не менее горячо верит в богодухновенность и авторитет Писания, которые начинаются там, где начиналась каждая конкретная Книга Писания, - с людей, к которым она первоначально была обращена. Однако это не должно привести к чисто гуманитарному взгляду на слово Божие. Апокалиптический материал, хотя и труднее поддающийся пониманию, - такое же Слово Божие, не менее авторитетное, чем другие виды Писания36.
Толкование. Толкование апокалиптических писаний трудно для всех, кто пытается это сделать, и в не меньшей степени для верящих в их Божественный авторитет. Вероятно, для них это еще более" сложная задача, поскольку они стремятся не только восстановить историческую обстановку, но и понять замысел их Божественного Автора. Полому толкование в настоящей работе представлено скромно и смиренно, без каких-либо попыток быть исчерпывающим и претензий на абсолютную правильность, - в интересах содействия изучению этого и похожих откровений37.
33   Latter Prophets, pp.295f.
34   Для сравнения см.G.L.Robinson, The Prophecies ofZechariah (Chicago: 1896).
35   Zechariah, Book of, 1DBS, p.982.
36   СМ. далее K.Koch, The Rediscovery of Apocalyptic, SBT, 2nd sei-.21 (Naperville: 1970); G.E.
Ladd "Apocalyptic Literature", ISBE 1 (1979): 151-161; L.Morris, Apocalyptic (Grand Rapids:
37    Комментарии и богословские работы ученых, которые, в основном, разделяют этот
взгляд  на Писания,  иногда воздерживаются от попыток рассмотрения  эсхатологических
учений.  Они придерживаются эсхатологического агностицизма,  что достойно сожаления.
Области Писания, по толкованию которых существует наибольшее расхождение мнений, - это
именно те области, в которых более всего имеется нужда в сотрудничестве между исследова-


ЗАХАРИЯ                                                               453
Гл. 1-8 начинаются в Иерусалиме в 520 г. с проблем восстановления храма и заканчиваются в грядущем веке, когда в Иерусалим придут язычники с мольбой "мы пойдем с тобою, ибо мы слышали, что с вами - Бог. Первое видение (см. краткий очерк выше) ставит вопрос о семидесятилетнем гневе Яхве на Иерусалим и Иудею (1.12). Оно касается Его намерения милосердно обойтись с Иерусалимом (ст. 16) и восстановить его (ст. 17). Он также выражает негодование народа, которые, служа орудием наказания Им Своего народа, "усилили зло" (ст. 15). Это видение как бы подготавливает сцену для последующих видений.
"Четыре рога" - это народы, "которые разбросали Иуду, Израиля и Иерусалим" (ст. 19 [МТ 2.2]). "Четверо рабочих" - мстители, расправляющиеся с рогами (ст.21 [МТ 2.4]). Рога могут быть отождествлены с четырьмя конкретными народами; то же можно сказать и о рабочих. Третье видение продолжает эту тему, однако, переходит от восстановления Иерусалима и осуждения народов, которые разграбили народ Яхве, ко времени, когда "прибегнут к Господу многие народы в тот день" (2.11 [МТ 15]).
Следующие видения истолковать сложнее, однако общую тему определить можно. Иисус, великий иерей, показан облаченным в богатые одеяния (3.4-5). Присутствие сатаны не объяснено, и далее он не упоминается. Раб Божий, ОТРАСЛЬ, представляется как Тот, Кто должен прийти (ст.8). Видение светильника связано с тем, что Зоровавель окончит строительство храма (4.9). Оно содержит слово Божие: "не воинством, но силой, но Духом Моим". Здесь, видимо, имеется в виду, что буду­щее утверждение Иерусалима не будет достигнуто человеческими усилиями38. Два масличных дерева - это два "помазанных елеем", которые предстоят Господу (ст. 14)39. Иногда они отождествляются с первосвященником Иисусом и Зоровавелем, однако, в СТ.4-6 Иисус не упоминается, а Зоровавель не отождествляется с маслич­ными деревьями.
Видения летящего свитка (5.1) и женщины в ефё трудны для толкования. Основ­ной смысл, видимо, заключается в том, что проклятие (ст.3-4) будет произнесено на вора и клятвопреступника (ст.4), и что зло, "нечестие" (ст.6,8) поселится "в земле Сеннаар" (ст. И), в которой толкователи видят Вавилонию40. Если так, то здесь имеется в виду наказание нации, которая угнетала народ Божий.
Наконец, четыре колесницы выходят из ущелья между медными горами (6.1-8), чтобы дозором обойти землю. Толкование этого места усложняется изображением
телями. Если это верно для эсхатологических разделов, то еще более верно для апокалиптически (Иез.38-48; Зах. (особ.9-14); Дан. и Откр.).
"Общий взгляд авторов апокалипсиса, что окончательное царство наступит лишь благодаря Божественному вмешательству, часто называют "пессимистическим" и отходом от пророческой позиции. Однако пророки также учили тому, что окончательное осуществление божественного замысла будет достигнуто лишь благодаря Божественному действию. Писатели апокалипсиса также верили в окончательную победу Бога и установление Его царства; II.II.Rowley, The Relevance of Apocalyptic, rev.ed. (New York: 1963), p.36. Основной конфликт здесь происходит не между пророками и апокалиптиками, а между гуманистами и теистами: может ли человек, своей мудростью и силой, установить золотой век, или это окончательное достижение будет исключительно делом Божиим?
39Для обозначения "помазанников" здесь употреблен не обычный еврейский термин masiah ("мессия"), а фраза bene-hayyishar ("сыны [помазывающего] елея").
40 См. Быт. 10.10; 1 1.2; Ис. 1 1.11; BDB, р. 1042.


454                                                                    ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
четырех всадников в Откр.6.2-8. Однако Захария видит колесницы, а не всадников (ср.,однако, 1.8). Кроме того, в то время как Кн.Захарии могла служить источником образов для Кн.Откровения, сама эта Книга не была источником для Кн.Захарии, и смысл Кн.Откровения не следует навязывать Кн.Захарии. В 6.8 "вышедшие в землю северную [колесница с вороными конями, ст.б; возможно, также и колесница с рыжими конями, 1.7, о которой ангел нигде не упоминает] успокоили дух Мой на земле северной". Поскольку у предыдущих пророков "северная земля" была источни­ком вторжений в Израиль и Иудею, данный образ может означать, что военные дозоры ("сильные", ст.7) положили конец сатанинской агрессии и успокоили Дух Божий.
За этим видением следует венчание Иисуса и провозглашение: "вот Муж - имя ему ОТРАСЛЬ" (ст. 11-12). Как священник, который знал Писание, Иисус был ос­ведомлен, что "Отрасль" должен был произойти от корня Давидова, а он сам не про­исходил из этого рода. Более того, венец не оставался на его голове, а должен был храниться "на память в храме Господнем" (ст. 14). Всю сцену, поэтому, следует вос­принимать символически. Обещание, впервые данное пророкам до плена, повторя­лось. Кроме того, противоречивость первоначального обещания, данного Давиду (2 Цар.7.12-13), вновь встречается у Захарии. Провозгласив, что Зоровавель завершит строительство дома (4.9), Яхве объявляет, что "Муж, - имя Ему ОТРАСЛЬ", построит его (6.12). Типологическое исследование этих мест в свете еврейского понимания, принятого до возникновения христианского толкования, указывает, что Соломон, Зоровавель, Иисус, а также Первый и Второй Храмы - все это прообразы и представления исполнения окончательного замысла Яхве. Это подчеркивается заключительными словами: "И издали придут, (ср.Еф.2.13) и примут участие в по­стрении храма Господня..." (6.15).
Гл.9-14 еще более сложны и рискованны для толкования. Здесь следует исходить из разделения на два "пророчества" (9.1; 12.1)и принципа перехода от более понят­ного к менее понятному. В 9.1-8 суд над народами рассматривается на фоне радости в Сионе по поводу пришествия Царя. Затем рассказ о суде продолжается. Некоторые ученые обвиняют Захарию в том, что он отказался от милосердного Бога и вновь вернулся к Господу Савоафу41. Однако один из элементов апокалипсиса, хотя и не полностью разработанный, все же присутствовал во времена Захарии — концепция сатанинского. Борьба между Богом и Его противником бушует на этой земле и за ее пределами. Последователи Зороастра иногда развивают это в космический дуализм, однако Библия никогда не рассматривает противника как равновечного и соравного Яхве. Он - одно из Его созданий, как бы он ни изображался: змием (Быт.3.1), царем Вавилонским (Ис. 14.4, 12-14), князем Тира (Иез.28.2-10) или сатаной (Иов. 1.6-12; Зах.3.1-2). Он имеет ограниченную власть на земле, потому что некоторые согласны содействовать его усилиям по уничтожению народа Божиего и искупительных дел Божиих. Именно против этой сатанинской силы направляет Свой гнев Яхве Елохим. Пытаться отделить Яхве Сил от милосердного Бога значит не признавать взаимоотношений между сатанинским и искупительным. Сатанинское превращает правителей в чудовищ и правосудие - в издевательство, попирает права вдов и сирот, растлевает человеческую жизнь на всех уровнях, уничтожает или проституирует землю и ее ресурсы, делает все, чтобы превратить этот мир в ад. Бог, Который не противостоит сатанинскому, Который не может или не хочет однажды   положить
41 CM.Henshaw, стр.495, выше.


ЗАХАРИЯ                                                                 455
конец этим демоническим силам, не есть Бог милосердный. Искупление означает освобождение из рабства сатанинского, и Яхве - Бог, Который искупит Свой народ.
В Книге Захарии изображены следующие события. (Настоящая работа не делает попытки построить схему или программу событий конца времен.)
Пришествие мессианского царя (9.9)
Вселенское владычество мессианского царя (ст. 10)
Появление Яхве, чтобы защитить Свой народ (ст. 11-17)
Суд над пастырями, которые неправильно вели народ (10.2-3)
Воссоединение переселенцев, отличное от дней Захарии (ст. б)
(Возвращение не только из Ассирии) (ст. 10-11)
Нарушение Завета, большее того, что было в 721 и 597 гг. (гл. 11)
Осада Иерусалима, сильнее той, которая была в 586 г. (12.2)
Избавление Иерусалима, победа Иудеи и Иерусалима (ст.4-9)
Дух благодати и умиления, плач о Том, Кого пронзили (ст. 10-14)
Источник очищения дому Давидову и Иерусалиму (13.1)
Поражение пастыря, рассеяние овец, уничтожение двух третей и очищение
оставшейся трети (ст. 7-9)
Сбор народов на войну против Иерусалима, пленение части жителей (14.2) Выступление Яхве против народов (ст.З) Его присутствие на горе Елеонской (ст.4) День, когда не станет света (ст. 6-7) Живые воды, текущие из Иерусалима (ст. 8) Яхве становится царем всей земли (ст.9) Иерусалим будет стоять безопасно (ст. 11 ) Элемент мятежа все же остается (ст. 17-19) Все в Иерусалиме и Иудее станет Святым для Господа (ст.20-21)
Попытки  систематизировать  эти  события  привели  к  разделению  среди  народа Божьего. С другой стороны, игнорирование Писания обедняло его.
Христиане видят исполнение пророчества о пришествии мессианского Царя (9.9) во входе Господнем в Иерусалим в Вербное Воскресенье. Присутствие Яхве на горе Елеонской (14.4) часто рассматривается как Второе Пришествие Христа. Этот раздел Захарии, похоже, ясно указывает на, по-видимому, длительный промежуток между двумя событиями. Некоторые события из Кн.Захарии могут быть отождествлены с событиями нынешнего века, однако толкователю следует принимать во внимание , человеческую подверженность ошибкам. Сатанинский элемент, видимо, остается после воцарения Яхве - некоторые склонны отождествлять это с освобождением сатаны по истечении тысячи лет в Откр.20.7-10.
Ссылки на Книгу Захарии в Новом Завете. В Новом Завете встречается семьдесят одна ссылка на книгу Захарии (31 - из гл. 1-8; 40 - гл.9-14). Большинство из них на­ходится в Кн.Откровения (31; 20-из гл. 1-8; П-из гл.9-14). Еще 27 встречаются в Евангелиях (14-в Евангелии от Матфея; 7 - от Марка; и по 3-от Луки и Иоанна), 21 из которых относятся к гл.9-14. Многие из них находятся в рассказе о последней неделе служения Христа.
Отношение к современности. В настоящее время широко распространен интерес к демоническому, "концу света", "апокалипсису наших дней". Некоторые интеллек-


456                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
туалы склонны очернять такие движения, а многие представители духовенства стараются обойти этот вопрос. Однако исторически, культы и схизматические движе­ния возникают, чтобы заполнить пустоту, образованную отсутствием внимания со стороны техлкто ответственен за обучение мирян. Здоровое, полностью основанное V на Писании, представление о современном веке, о сатанинском противодействии искупительной программе Божией, о духовной греховности в небесных местах, о Втором Пришествии, о царстве правды и мира и о связанных с этим предметах могло бы послужить делу исправления создавшегося положения. И Захария - один из про­роков, которых следует изучать в этой связи.
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ:
Baldwin, J.G. Haggai, Zechariah, Malachi.
Cook, J.M. The Greeks in Ionia and the East. London: 1962. (Особ.рр.61-67, 98-110, 121-172.)
Culican, W. The Medes and the Persians. London: 1965. (Pp. 64-82, 156-167.)
Halpern, B. "the Ritual Baskground of Zechariah's Temple Song". CBQ 40 (1978): 167-190. (1.7-
6.15в свете небиблейской литературы). Jones, D.R. "A Fresh Interpretation of Zechariah IX-XI". VT 12 (1962): 241-259. (Датирует Книгу
первой половиной пятого века и считает ее написанной пророком из Дамаска или его
окрестностей). Mason, R. A. The Books of Haggai, Zechariah and Malachi. Cambridge Bible Commentary. New
York: 1977. Pp. 27-75. (chs. 9-14). (Полезна при рассмотрении редактирования и расшире­ния пророческих произведений вообще). Olmstead, A.T. History of the Persian Empire. Chicago: 1948. (Особ.рр. 107-161, 214-261, 495-
524).
The Persian Empire and the West. САН 4 (1926). (Pp.20-25, 173-193, 214-316.) Smith, G.A. The Book of the Twelve Prophets. Expositor's Bible (1956). 4: 620-639 (chs. 1-8), 668-
679 (chs. 9-14).

ГЛАВА 38
МАЛАХИЯ
КНИГА Малахии - не только последняя Книга Двенадцати; служение этого пророка традиционно считается концом пророческой деятельности (ср.Пс.73.9; Зах.13.2). Во времена Маккавеев было написано: "И была великая скорбь в Израиле, какой не было с того дня, как не стало видно у них пророка" (Макк.9.27; ср.4.46; 14.41). Согласно еврейскому преданию, после смерти последних пророков (Аггея, Захарии и Малахии) Святой Дух покинул Израиль (Tosefta Sotah 13.2; Sank I la). Иосиф Флавий объясняет неполноценную природу "полной истории" после времен Артаксеркса "отсутствием пророческой преемственности" (Arion 1.8, §41).
Апотшный пророк. "Малахия" (евр. malaki), "Мой вестник" (ср.3.1, где то же слово употреблено для описания посланника, высланного для подготовки пути для будущего пришествия Божиего), может вообще не быть собственным именем. Таргум добавляет к 1.1 еще одну фразу, и все утверждение звучит: "...чрез руки Моего вест­ника, чье имя Ездра, книжник"1. Библейская наука, в целом, принимает взгляд на то, что Малахия - не собственное имя, однако не существует согласия по поводу отождествления автора с Ездрой. Г.Л. Робинсон отмечает: "Если бы имя Ездры было первоначально связано с этой книгой, оно не было бы упущено составителями про­роческого канона"2. Некоторые толкователи пытались образовать собственное имя добавлением -ya(h), получая, таким образом, malakiya, однако такое имя не встречается в других местах. В LXX это место звучит как aggelou autou ("его по­сланник"), что указывает на то, что переводчики не воспринимали это как собствен­ное имя; однако замена "мой" на "его" еще больше усложняет проблему.
Зах.9.1; 12.1 и Мал. 1.1 начинаются одним и тем же еврейским словом massa' ("бремя"). Высказывалось мнение, что все три "бремени" были первоначально на­писаны одним человеком3. Б.С. Чайлдз убедительно опровергает эту теорию4. Книга
'Таргум Мал. 1.1; см.3.1; см.также Талмуд Meg. 15а. Э.Дж. Янг, следуя любопытной логике, усматривает в Таргуме указание на то, что "Малахия" - собственное имя автора; "Malachi, book of, /ВЦ р.937.
2 Malachi", /S5?(1939) 3:1969.
3 Dentan F.C. "Introduction and Ezegesis of Malachi", IB 6:1117.
AOld Testament as Scripture, pp.49 If. Однако, замечание самого Чайлдза о том, что massa' в Мал.1.1 употреблено в абсолютной форме, в то время как в Зах.9.1 и 12.1- конструкте, не


458                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Малахии и соответствующие места Кн.Захарии существенно отличаются по стилю и структуре.
Ни одно другое пророчество не является анонимным (включая пророчество Авдия). Анонимность, которая часто указывается как характерная черта еврейских писаний, отвергается как в каноническом пророчестве, так и раввинском иудаизме. В свете этих наблюдений, а также во избежание постоянного повторения фразы "анонимный автор двенадцатого Малого Пророчества", в настоящей работе пророк будет назван Малахией.
Время. По дате этого пророчества между учеными существует глубокое согласие. Храм уже был восстановлен и функционировал, а обрядовые детали были уже не­сколько стары и заезжены (1.10, 13,3.1, 10). Пророчество против смешанных браков (2.10-16) похоже на взгляды Неемии (Неем. 13.23-27), что может указывать на то, что Малахия был либо современником Неемии, либо жил немного раньше его. Приблизи­тельная дата 450 г. представляется разумной.
Описанные условия жизни подразумевают, что возвращение из плена не принесло ничего похожего на мессианский век. Народ был в унынии. Некоторые плакали (2.13), однако другие стали скептичны (1.2; 2.17); 3.14-15). Характерными стали прелюбодеяния, лжесвидетельства, угнетение и дискриминация. К организованной религии относились с презрением (1.14; 3.7-12), что еще более подчеркивалось смешанными браками с неверующими (2.10). Для служения Яхве годилось все (1.9-10). Для того, чтобы народ Божий ходил путями Его, нужны были пророческие откровения о необходимости чего-то нового - нового сердца, нового духа, закона, написанного на сердце, Пастыря, Который был бы совершенным Божественным Образом.
Пророчество. Книгу можно проанализировать следующим образом:
Надпись (1.1)
Любовь Яхве, показанная на примере судьбы Едома (ст.2-5)
Осуждение священников (1.6-2.9)
Идолопоклонство и смешанные браки (2.10-16)
Бог правосудия (2.17-3.5)
Удержание десятины (3.6-12)
Праведники и нечестивые (3.13-4.3 [МТ 3.21])
Илия и день Яхве (4.4-6 [МТ 3.22-24])
Книга построена по принципу вопросов и ответов. "Я возлюбил вас" — говорит Яхве. "В чем явил Ты любовь к нам?" - спрашивает народ. На этот вопрос дается ответ, и оправдание Бога установлено. Народ говорит: "Возвеличился Господь над пределами Израиля!" (ст.5). Вторая тема вводится вопросом и ответом в ст.6-7. Тре­тья часть выделяется вопросами в 2.14-15, 17. Четвертый раздел указывается во­просом в ст. 17, пятый - вопросом в 3.7-8 и шестой - вопросом в ст. 13.
Этот полемический стиль (иногда называемый "дискуссионными вопросами"), характерный для Малахии, указывает на враждебность народа. Не указано, проявля­лось ли это по отношению в пророку или Яхве, однако само использование Малахией
находит подтверждения в масоретском тексте, в котором во всех трех случаях употреблен конъюнктив.


МАЛАХИЯ                                                               459
этого метода показывает, что люди были склонны спорить, ставя под вопрос ранее принятые верования и обряды. Они поставили под вопрос любовь Яхве, проявленную и избрании Израиля. Они не проявляли к Нему должного уважения, ни как к Отцу, ни как к Господину (1.6). Духовенство отказалось от требований (напр., Лев. 1.10), чтобы только лучшие особи стада принимались для жертвоприношений (Мал. 1.7-8). Народ осквернял завет отцов, женясь на женщинах, которые служили языческим божествам, что приводило к тому, что у детей были смешанные религиозные верования (2.15). Народ отверг понятие того, что все приходит от Бога, и платы десятины как признания этого; в результате, они "обкрадывали Бога" (3.8). Они стали самонадеянными, полагая, что делающие беззаконие, которые искушают Бога, процветают и избегают наказания (ст. 13- 15). Как священники, так и народ не относились серьезно к поклонению Яхве.
БОГОСЛОВИЕ
Яхве Сил. Наиболее часто употребляемое имя Бога у Малахии - "Яхве Сил" (рус.'Тосподь Саваоф" - пер.) (yhwh seba'ot), которое сложно объяснить как с точки зрения образования, так и значения5. Возражая против стандартного перевода, некоторые предполагают, что Саваоф - имя Божества6 и что "Яхве Саваоф" -составное имя. Другие считают, что это имя - сокращение от первоначального yhwh elohe seba'ot ("Яхве, Бог Сил"). Однако, более важным, чем эта частная проблема, является значение и использование этого термина7.
Для объяснения значения "Сил" были выдвинуты три основные теории: (1) Ввиду того, что этот термин встречается в связи с ковчегом и его (ограниченным) использо­ванием в сражениях, некоторые предполагают, что "Господь Сил" означает "Господь войск (израильских)", или что-то в роде "Бог-Воин". (2) СР. Драйвер8 и другие по­лагают, что оно относится к небесным силам, ангелам, или звездам. (3) Вместо того, чтобы полностью прекратить попытки определить значение этого имени, В.Эйхродт полагает, что "единственная оставшаяся возможность - предположить, что seba'ot относится не к каким-либо конкретным силам, а ко всем телам, множествам, массам вообще, ко всему, что существует на небе и на земле". Он утверждает, что такой взгляд на пророческое использование слова показывает "универсалистическую тенденцию старой израильской концепции Яхве и доказывает, что эта исходная концепция Верховного Бога Ела не была окончательно забыта"9.
5 Яхве - имя собственное и поэтому, предположительно, не может стоять в конструкте.
6 Имя Саваоф встречается в LXX.
7Это выражение встречается в Ветхом Завете 267 раз, в основном, у пророков; B.W. Andei'son "Lord of Hosts", JDB 3:151. Согласно одним подсчетам, оно встречается 63 раза у Исайи (57 раз в гл. 1-39), 83 раза - у Иеремии, 14 раз - у Аггея, 53 раза - у Захарии (44 раза в ш. 1-S) и 24 раза - у Малахии. У остальных пророков оно встречается лишь пять раз, причем ни разу - у Иезекииля. Принимая во внимание относительный размер Книг, выражение чаще встречается у пророков после пленения, с необыкновенной "плотностью" (т.е. количество слопоупотреблений на страницу текста) - у Малахии.
'"Lord of Hosts", HDB 3 (1900): 137f. Однако В. Эйхродт спорит, что "наименование seba'ot никогда не применяется к небесным силам": Theology 1:192.
9 Там же 1:193. См.также Anderson "Hosts, Host of Heaven", IDB 2:654-56; BDB,p.839.


460


ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА



Бронзовый  жертвенник   с   изображением   поклонника   или  жреца,   приносящего жертву сидящему божеству, Мегиддо, Хв. до Р.Х.
Теодиция. Некоторые ученые находят у Малахии признаки теодиции. В ходе полемики различным образом выдвигается обвинение в том, что Яхве не является справедливым, не сохранил Свою любовь к Израилю, не озабочен качеством при­ношений и, фактически, радуется тем, кто творит зло пред лицем Его. Ответы Яхве на эти нападки на Его справедливость распадаются на три группы:
(1) Яхве - Бог всех. Господь Сил - великий Царь, и Его имя "страшно у народов" (1.14): "От востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву" (ст. II). Вопрос, "Не один ли у всех нас Отец?" (2.10), по-видимому, не следует использовать для доказательства универсальности, поскольку в контексте он относится к Израилю (т.е. Иудее и Иерусалиму). Если универсальность Божия — это недавняя идея,


МАЛАХИЯ                                                               461
возникшая после пленения, то для времени Малахии она несколько ранняя. Однако, как видно из предыдущих глав, значительный объем материала указывает, что эта мысль была ранней, однако затуманенной наплывом языческих идей, а затем про­роки, в особенности Исайя, вновь выделили ее.

  1. Хотя Яхве - Бог всего мира, Израиль занимает особое место в результате
    Божественного избрания. Выбор Иакова и отвержение Исава иллюстрирует этот
    момент (1.2 и далее). Израиль - "сын" и "раб" Яхве, следовательно, обязан проявлять
    почтение и благоговение (ст. 6). Приношения должны быть отборными, поскольку в
    них выражается благодарность Яхве за выбор Израиля. Священность народа как
    семьи Яхве должна оберегаться святостью брака (2.10-16): "Я ненавижу развод (англ.
    nep.KJV, RSV, JB; рус.пер.: "Если ты ненавидишь ее, отпусти" - пер.), говорит Яхве
    Бог Израилев" (ст.  16; это единственный раз, когда такой титул встречается у
    Малахии). Его народ должен признавать, что все принадлежит Ему, что выражается в
    уплате десятины (десятой части всего произведенного или вырученного; Втор. 14.22).
    Не дав Ему то, что принадлежит Ему, "боящиеся Бога" покаялись, и этим положено
    основание различию между праведными и нечестивыми (Мал.3.16-18).
  2. День Яхве, давно известный во времена Амоса и тщательно рассмотренный у
    Иоиля и Софонии, вновь встречается у последнего ветхозаветного пророка. Действи­
    тельно, мысль о нем проходит через всю Книгу, даже в тех местах, где он явно не
    упомянут. В этот день Бог будет отмщен за вызов Его справедливости (4.1 [МТ
    3.19]). "Внезапно придет в храм Свой Господь" (3.1) - "и кто выдержит день при­
    шествия Его?" (ст.2). Как огонь расплавляющий и как щелок очищающий (ст.2). Он
    очистит Своих священников, Он будет судить чародеев и прелюбодеев, тех, которые
    клянутся ложно и удерживают плату у наемника, притесняют вдову и сироту -словом,
    тех, кто "Меня не боится" (ст. 5)

Однако день этот не будет весь тьмой и огнем. У Господа есть "памятная книга", в которую вписаны имена тех, кто боится Яхве10. "И они будут Моими, говорит Господь Саваоф, собственностью Моею в тот день, который я соделаю" (3.17). Раз­личие делается между "праведниками" и "нечестивыми", служащими Богу и не слу­жащими Ему. (ст. 18). День придет, пылающий как печь, "а для вас, благоговеющие пред именем Моим, взойдет солнце правды и исцеление в лучах его" (4.2 [МТ 3.20]).
Предтеча. Уникальной у Малахии является доктрина, касающаяся "Илии пророка" (4.5 [МТ 3.23]). Исайя говорит о "гласе вопиющего: в пустыне приготовьте путь Господу" (40.3). В межзаветный период эта несколько расплывчатая идея о ком-то, кто будет предшествовать мессианскому Царю и подготовит Его пришествие, развилась в полную доктрину и встречается в Кумране и Новом Завете. В 3.1 Малахия называет предтечу "Ангелом Моим", а затем, более конкретно, "Илией" - эта мысль была заимствована иудаизмом". В Новом Завете Иоанн Креститель признается предтечей, хотя это слово и не используется; его спрашивают: "Ты Илия?" (см. Ин. 1.21; см.такжеМк. 1.2-8; Лк.7.27-28; иособ.Мф. 11. 14).
Так завершается пророческий период. Послание ясно говорит - "Неоконченный". Пленение не было концом, а возвращение - началом новой эры. Кн.Малахии остав-
'" Эта мысль - уникальный вклад Малахии.
"Во время пасхального Седера "чаша Илии" остается нетронутой в течение всей службы. Наконец, дверь открывается, однако Илии там нет, и служба заканчивается надеждой на то, что исполнение наступит до начала следующего года.


462                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
ляет ожидание - страх суда и надежду на исцеление. Христиане верят, что выполне­ние этих надежд наступит двумя этапами: Первое Пришествие Христа, дающее спасение всем, кто верит Божественному откровению; и Второе Пришествие, послед­ний суд и окончательное спасение. Малахия, как и другие пророки, не делает это различие. Напротив, он рассматривает близкое и отдаленное под одним углом зрения.
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ:
Baldwin, J.G. Haggai, Zechariah, Malachi.
Braun, R. "Malachi - A Catechism for Times of Disappointment". Currents in Theology and Mission 4 (1977): 297-303. (Комментарий пророчеств и их формы.)
Mason, R.A. The Book of Haggai, Zechariah and Malachi. (Pp. 135-162; в основном Книга цело
стна, написана левитским писателем, который ближе к Кн. Аггея и Зах.1-8, чем к Зах.9-14.)
Morgan, G.C. Wherein Have We Robbed God? Malachi's Message to the Men of Today. New York: 1898.
Neil, W. "Malachi". IDB 3:228-232. (Полное рассмотрение.)
Smith, G.A. The Book of the Twelve Prophets. Expositor's Bible (1956): 4:640-651. (Очень полез­ная работа.)
Sutcliffe, E.F. "Malachias". CCHS, §§555a-558g (Добротный материал.)

ГЛАВА 39
ПИСАНИЯ
НАЗВАНИЕ
ТРЕТИЙ раздел еврейского канона называется "Писаниями" (евр. ketubim). Очевидно, отцы Церкви образовали греческое слово hagiographa ("священные писания") для обозначения этого раздела Ветхого Завета1.
Хотя дата завершения составления Писаний не может быть подтверждена до ок. 100 г. от Р.Х., свидетельства существования третьего раздела канона (наряду с Законом и Пророками) появляются уже в 180 г. до Р.Х., когда внук Иисуса, сына Сирахова, отметил в предисловии к Книге Премудрости, что его выдающийся дед больше других предавался "изучению Закона, Пророков и других отеческих книг". Слова Христа подчеркивают, что канон состоял из трех частей: "...надлежит ис­полниться всему, написанному обо Мне в Законе Моисеевом и в Пророках и Псалмах" (Лк.24.44). Вероятнее всего, "псалмы" были сокращенным обозначением всех Писаний, поскольку эта Книга была наиболее значительным литургическим произведением и стояла первой в этом собрании.
Из неопределенности по поводу точного содержания Писаний в предхристианский период не следует делать вывод о том, будто канон был в состоянии непрерывного изменения. То, что в него не были включены Книги Премудрости Соломона и сына Сирахова, показывает, что достаточно четкие границы были определены еще, по крайней мере, в 50 г. до Р.Х. Кроме того, жаркие споры среди раввинов о каноничности Книг Есфири, Песни Песней Соломона или Екклесиаста указывают на то, что эти Книги были приняты значительной частью иудаизма. Вряд ли Библия, известная Христу и апостолам, сколько-нибудь отличалась по содержанию от современного Еврейского Писания.
ПОРЯДОК
Порядок расположения Книг, которого придерживается Еврейская Библия, возник, вероятно, не ранее XII в. от Р.Х.: Псалтирь, Кн.Иова, Притчей, Руфи, Песни Песней Соломона, Екклесиаста, Плача Иеремии, Есфири, Даниила, Ездры, Неемии, 1-2 Паралипоменон2. Ранние еврейские собрания отличаются местом расположения
1 О.Kaiser, Introduction, p.409.
2 O.Eissfeldt, Old Testament, p.570.


464                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Кн.Паралипоменон - иногда в начале, иногда в конце собрания - а также Кн.Иова и Притчей3. Пять свитков (евр. megillot), используемые во время праздников и постов (Кн.Руфи - Кн.Есфири), появляются вместе, начиная с ok.VI в. от Р.Х., хотя со­временный порядок расположения Книг не сформировался вплоть до XII в.: Песнь Песней Соломона (восьмой день Пасхи), Кн.Руфи (второй день Седмиц или Пяти­десятницы), Кн.Плача Иеремии (девятый день Ава, плач по разрушению храма Соломона), Кн.Екклесиаста (третий день Кущей), Есфирь (Пурим).
Загадкой является то, почему Кн.Паралипоменон следуют за Кн.Ездры и Неемии, хотя рассматриваемый в первых материал исторически предшествует материалу по­следних. С.Х.Гордон предлагает возможное объяснение:
"Выбор Кн.Паралипоменон для завершения Ветхого Завета позволял окончить его на счастливой ноте (указ Кира, знаменующий конец пленения), несмотря на то, что хронологические соображения требуют следующего порядка: Кн. Паралипоменон-Ездры-Неемии"4.
ДАТА И ЗАМЫСЕЛ
Следует отличать дату составления собрания (300 г. до Р.Х. -100 г. от Р.Х.) от дат написания отдельных Книг. Как собрание, Писания появились после Пятикнижия и Пророков, хотя некоторые части Псалтири и Притчей, несомненно, были написаны за несколько веков до того, как более ранние разделы получили свою окончательную форму.
В результате другие факторы, наряду с историческим процессом составления, привели к тому, что эти Книги были соединены вместе в Писаниях, хотя некоторые (Кн.Ездры, Неемии, Паралипоменон, Есфири, Песни песней и Екклесиаста), несо­мненно, были написаны, по крайней мере, в их современном виде, после времени Малахии, последнего письменного пророка. Уникальный характер Книг имеет такое же отношение к их включению в Писания, как и дата их составления или собрания5.
Очевидная цель некоторых книг Агиографы (напр., Псалтири и пяти свитков) -использование их во время общественных богослужений. Другая причина включения некоторых Книг (Иова, Притчей, Екклесиаста) — их использование в качестве практических наставлений о путях Божиих в человеческом опыте. Третьей причиной включения Книг в Писания (Кн.Есфири, Ездры, Неемии) является обновление завет­ной истории с тем, чтобы она покрывала еще около века после возвращения из плена. Несколько отличаются Кн.Паралипоменон: их цель - пересказ израильской истории с тем, чтобы уроки прошлого непосредственно служили нуждам еврейского общества после пленения.
Цель Кн.Даниила и включение ее в Писания, а не в Пророков, куда помещает эту Книгу русский перевод, будут рассмотрены ниже (ст.б.Ю). По всей вероятности, она была включена в канон, когда пророческое собрание было уже закончено. К счастью,
3  Там же, р.443. Иногда Кн.Руфи, в которой приведено родословие Давида, псалмопевца,
предшествовала Псалтири (CM.Talmud В.Bat. 14b).
The Wold of the Old Testament, p.299.
5Хотя многие библейские Книги имеют длительную историю составления до приобретения своей окончательной формы, в случае с Псалтирью и Притчами следует принимать во внимание не только процесс составления отдельных песней или высказываний, но и процесс их сбора.


ПИСАНИЕ                                                               465
верующее сообщество услышало голос Божий в ее примерах веры и мужества и ее видениях надежды и победы.
По существу, цель составления Писаний заключалась в том, чтобы собрать те священные Книги, чей замысел, характер или дата не позволяли включить их в Закон или Пророков.
Хотя Писания не содержат конкретных повелений Божиих, как Закон, или до­словных пророчеств, как Пророки, они тем не менее важны для назидания народа Божиего: в них даны необходимые примеры молитв и восхвалений; они содержат взгляд на дела Божий в истории; они привлекают внимание читателя к урокам, кото­рые следует извлечь из Творения и человеческой общественной среды; они отражают нетерпение и беспокойство верующих людей перед тайнами путей Божиих; и они дают пример мужества и преданности, которые Его народ должен проявлять, не­смотря на человеческую слабость и враждебное противодействие.
Коротко говоря, Псалтирь, литература Премудрости, история Летописца (Кн.Паралипоменон - пер.), песни любви и плача, видения утешения - это порази­тельное выражение той глубины веры, какую Бог ожидает от Своего народа. Влияние закона, пророчества и истории на последующие поколения было бы менее сильным, если бы Бог не вдохновил и не сохранил душевные переживания, наставления и даже разочарования Писаний. Они - существенная часть всего Писания, которое "богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности..." (2 Тим.3.16).
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ:
Childs B.S,, Old Testament as Scripture. (Pp.501-3.)
Henshaw Т., The  Writings:  The Third Division of the Old Testament Canon.  London:  1963. (Исторический фон, обзор и анализ отдельных книг.)

ГЛАВА 40
ПСАЛТИРЬ
НАЗВАНИЕ
НАЗВАНИЕ "Псалтирь" отражает одно из наименований Книги в LXX (Psalmoi). Другое название этой Книги в LXX - "Psalterion" ("Псалмы"). Первоначально эти греческие слова (от гр. psallo — "перебирать или щипать (струны)") использовались для обозначения игры на струнном инструменте или самого инструмента. Позднее, они использовались для обозначения песни (psalmos) или сборников песней (psalterion). Лука (20.42; Деян.1.20) использует полное греческое название "Книга псалмов" (biblios psalmon).
Хотя ближайший еврейский эквивалент слова "псалом" - слово mizmor ("песня, исполняемая под музыкальное сопровождение"), еврейское название Книги - tehillim ("хваления" или "песни хваления"). Форма единственного числа (tehilla) используется в заглавии Пс.144 и встречается более двадцати раз в различных псалмах (напр., 9.15; 21.26; 32.2)1.
В еврейской Библии Псалтирь помещена в начале Писаний2. Раввинская традиция помещает ее перед кн.Притчей и остальной литературой премудрости, предполагая, что собрание Давида должно предшествовать собранию его сына. LXX помещают Псалтирь в начале поэтических Книг. Порядок русского и других переводов, где Кн. Иова предшествует Псалтири, основан, по-видимому, на предполагаемой древности первой.
СТРУКТУРА ПСАЛТИРИ
В течение, по крайней мере, двух тысяч лет Псалтирь разделялась на пять книг: Пс.1-40: 41-71; 72-88; 89-105; 106-150. Наилучшим объяснением такого деления является то, что различные разделы могут отражать ступени в процессе составления. Этот процесс растянулся более чем на пять веков. Ранние собрания содержали псалмы,
1 Евр. tehillim- форма множественного числа мужского рода (исходная форма - tehillot, ср.
21.4), что может указывать на то, что это специальный термин для обозначения сборника. Это
заглавие применялось, по крайней мере, во времена Филона Александрийского (ок.40 г. от
Р.Х.), который использует дословный греческий эквивалент hymnoi.
2 Лука (24.44) признает первенство этой Книги среди Писаний и использует названия
"Псалмы" для обозначения всего собрания.


ПСАЛТИРЬ                                                              467
приписываемые Давиду (3-40; 50-70), Корею (41-48) и Асафу (49-82). К этому были добавлены более мелкие собрания, такие как Песнь Восхождения (119-133) и псалмы, употребляющие "Аллилуйя" (145-150).
Пять книг были сформированы, по-видимому, следуя структуре Пятикнижия. Действительно, количество псалмов (150) примерно соответствует количеству раз­делов, на которые делилось Пятикнижие для чтения в синагоге (153). Синагогальная практика после составления библейского канона, возможно, требовала пения псалма при каждом чтении из Пятикнижия. Пс. 1 с его акцентом на блаженстве, которое дает закон, - подходящее вступление к такому применению Псалтири. Каждая книга за­канчивается славословием: 40.14; 71.18-19; 88.53; 105.48; и 150, который служит также заключительным славословием всего собрания. Септуагинта содержит Пс. 151, предположительно, связанный с единоборством Давида с Голиафом, однако по­мещает его "вне счета (традиционных 150)"3. Хотя как греческая, так и еврейская Псалтири содержат в итоге по 150 псалмов, фактическая их нумерация различается: LXX соединяет Пс.9 и 10 и разделяет Пс. 147 на 146 и 147. Таким образом, в Септуа­гинте номера всех псалмов от 10 до 147 на единицу меньше, чем у соответствующих Масоретских псалмов4.
ЛИТЕРАТУРНЫЕ ТИПЫ
Пять книг, входящие в состав современной Псалтири, отражают исторический процесс ее составления. Каждая содержит разнообразные литературные типы, кото­рые указывают на различное использование в индивидуальном и общественном молении израильтян. Сравнение этих литературных форм позволяет лучше понять как их значение, так и их использование.
Чтобы понять любой псалом, необходимо поставить ряд определенных вопросов: (1) Что выражается в псалме: жалоба, восхваление, благодарение или назидание? (2) Кто говорит: отдельный человек или общество? Если это отдельный человек, явля­ется ли он выразителем группы людей: царем, священником или пророком, или он выступает сам по себе с жалобой на страдания или благодарением за избавление? Употребляются ли местоимения как в единственном, так и во множественном числе, как если бы участвовали и отдельный человек, и собрание? (3) Упоминается ли царь? Обозначают ли такие слова, как "помазанник", "сын", "щит", его отношения с Богом и Израилем?
Важность этих вопросов осознали лишь в нынешнем веке. Вплоть до первых его десятилетий, стандартным подходом к Псалтири и другим Книгам была историческая критика (нем. Zeitgeschichte), которая пыталась "понять Книги Библии при помощи анализа их композиции, авторства, даты, происхождения, замысла и источников"5. Для Псалтири этот метод оказался совершенно неприемлемым из-за отсутствия конкретных данных для определения даты и исторического обрамления различных псалмов. Даже в тех случаях, когда возможный фон указан в заглавиях псалмов
3 В Кумранской пещере 2 была найдена еврейская копия Пс. 151. CM.J.A.Sanders, The
Psalms Scroll ofQumran Cave II. Discoveries in the Judean Desert 4 (London: 1965), pp.54-64.
4 Номера псалмов в Русской Синодальной Библии соответствуют номерам в Септуагинте
(прим.ред.).
s J.Mliilenburg, предисловие к H.Gunkel. The Psalms: A Form-critical Introduction, trans. T.M.Horner (Philadelphia: 1967), p.iv.


468


ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА


(напр.,?, 17, 29, 33, 50-51, 53, 55-56, 58-59, 62), нельзя точно установить ни то, на­сколько основательны причины, породившие эти заглавия, ни то, как данный псалом использовали в израильском богослужении. Упоминаются вторжения и битвы, однако ничего конкретного не говорится. Угрожают враги, однако они почти всегда безы­мянны. Сравнительное исследование выдающихся комментариев девятнадцатого века указывает на отсутствие единого мнения по историческому фону, датам и употребле­нию различных псалмов.
Нужен был новый подход, и Г. Гюнкель (1862-1932), как никто другой, внес огромный вклад в его разработку. Названный формальной критикой (нем. Formgeschichfe), этот подход основывался на трех основных посылках: (1) Поскольку Библия содержит религиозную литературу, которая по своей природе сопротивляется изменениям и стремится сохранить установившиеся схемы, литературный материал можно классифицировать (нем. Gattungen - "категории") по формальному сходству. (2) Сходство форм, вероятно, означает сходство использования; поэтому можно предположить, что схожие формы использовались в одних и тех же проявлениях религиозной жизни (нем. Sitze im Leben). (3) Поскольку обнаружены черты сходства в богослужебных и литургических формах между Израилем и его соседями, религиозные тексты других ближневосточных культур могут оказаться полезными в понимании использования и значения израильских литературных форм. Другими словами, сравнительное изучение литератур и религий может оказаться полезным в понимании Ветхого Завета6.
Частично развернутый кумранский свиток Благодарения.

6 Наряду с работой, приведенной в сн.4, CM.Gunkel, Einleitung in die Psalmen, 3rd ed. HATT (Gottingen: 1975) [завершенное в 1933 г. J.Begrich после смерти Гюнкеля], как готовый источник благодаря тому, как много автор сделал для изучения Псалтири. См.также подход Гюнкеля к формальной критике в работе A.R.Johnson "The Psalms", pp. 166-181 in OTMS.


ПСАЛТИРЬ                                                              469
Благодаря Гункелю, акцент в изучении Псалтири переместился с попыток опре­делить время и обрамление каждого конкретного псалма на стремление проследить использование псалма в общественном богослужении или личных молитвах. Со­средоточенность на авторстве самом по себе уступила место исследованию религиоз­ного окружения, в котором данный псалом мог возникнуть, и путей его устной пере­дачи в живом богослужении7.
Несмотря на почти шесть десятилетий научных разработок, анализ литературных категорий Гункеля остается костяком современных подходов к Псалтири. Нижепри­веденный перечень представляет очерк подхода Гюнкеля, дополненный более позд­ними исследованиями:
Гимны. Гимны, или псалмы восхваления, наполнены воодушевлением молящихся, которые осознают, что находятся лицом к лицу с Богом. Гимны часто содержат три элемента:
(1)  Призыв к поклонению, в котором руководитель призывает собрание вос­
хвалить Господа:
"Славьте Господа; призывайте имя Его..." (104.1). Часто молящиеся называются по имени:
"Вы семя Авраамово, рабы Его, сыны Иакова, избранные Его (ст.6). Призывы стоят во множественном числе, указывая на участие целого собрания или многочисленной группы внутри его.
(2)  Описание Божественных дел или качеств, обычно составляющее основную
часть гимна и объясняющее причины восхваления:
"Он Господь Бог наш: по всей земле суды Его" (ст.7).
"И вывел народ Свой в радости, избранных Своих в веселии" (ст.43)8.
(3)    Заключение,   призывающее   к   новым   восхвалениям   или   послушанию:
"Аллилуйя!"9 (ст.45в).
(4)  Псалмы, которые так или иначе содержат эти элементы: Пс.8, 18, 32, 103-104,
ПО, 112-113, 116, 134-135, 144-150.
Жизненные ситуации (Sitze im Leben), в которых гимны использовались и внутри которых они образовались, очевидно, были многочисленны: победы в сражениях, благодарения за урожай, избавление от засухи или эпидемии, память об Исходе, праздничные события, такие как сезонные праздники, бракосочетания и посвящения.
'Анализ философских и культурных направлений, которые способствовали этому переходу от исторической к формальной критике, см. в E.Gerstenberger, "Psalms", pp. 179-183 in J.H.Hayes, ed.. Old Testament Form Criticism.
8 Этот центральный раздел обычно выражается: (1) еврейскими причастиями, описываю­щими Божественную деятельность, которые обычно переводятся сравнительными предложе­ниями (напр., "Ты одеваешься светом, как ризою, простираешь небеса как шатер"; 103.2); или (2) с помощью "ибо" (евр. ki), которое представляет причины восхваления (напр., "Ибо благ Господь: милость Его вовек..."; 99.5.
'Часто использование слова "Аллилуйя" ("Хвалите Господа!") в начале и/или конце гимнов подтверждает утверждение Гюнкеля о том, что "основной формой ранних гимнов, а также первоначальным ядром пения гимна было слово "Аллилуйя"; Psalms, р. 11.


470                                                ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Был определен ряд подкатегорий, которые ассоциируются с конкретными со­бытиями:
(1) Победные  песни (напр.,  Пс.67)  построены  по  форме  волнующей песни
Мариами:
"Пойте Господу; ибо высоко вознесся Он, коня и всадника его ввергнул в море" (Исх. 15.21)10.

  1. Паломнические гимны описывают чаяния и ожидания паломников и моля­
    щихся, приближающихся к храму. Некоторые отражают зной во время путешествия и
    предвкушение благословения (Пс.83, 121). Другие передают "литургию входа" —
    часть церемонии, во время которой паломники проходили испытание на верность
    Богу   перед   тем,   как   быть   допущенными   во   двор   храма   (14,   23).   Третьи
    сосредоточиваются     на     процессии,      которая,      возможно,      предшествовала
    богослужению. Такие песни, как Пс.131; 68.25-28 [МТ 68.25-28], передают движение
    молящихся в процессии, возможно, в сопровождении ковчега завета, что напоминает
    2 Цар.6.1-11,  где Давид впервые принес ковчег на холмы  Иерусалима. Часты
    описания славных стен и зданий святого города (86).
  2. Сионские песни (Пс.45, 47, 75) восхваляют Господа за Его величественное
    присутствие на Сионе:

"И было в Салиме жилище Его и пребывание Его - на Сионе" (75.3 [МТ 76.3]).
Неясно, каким образом эти песни использовались при богослужении. Библейские свидетельства наличия возможного Сионского праздника в израильском календаре отсутствуют".
(4) Псалмы царства Господнего (46, 92, 95-98) восхваляют царствование Бога как
Господа всех народов. Для них характерны две детали: обращение во множественном
числе, призывающее народы и творение восхвалить Яхве; указание причин вос­
хваления — пришествие Божие (96.2-5), спасительные деяния по отношению к
Израилю (98.6-7), сила (96.4), слава (95.6), справедливость (98.4) и победоносность
(46.4 [МТ 47.4]).
3. Мовинкель сконцентрировал внимание на этих псалмах, реконструировав "праздник возведения Яхве на престол". Этот предполагаемый праздник был связан с осенним урожаем и приготовлениями к новому году, обычно называемыми праздни­ком Кущей (Лев.23.33-36). Предположительно, учрежденный в начале периода монархии, этот праздник олицетворял воцарение Яхве царем всего создания, вызывал к памяти Его победу над хаосом при творении и Его победу над фараоном и другими врагами во время Исхода, переосвящал храм и отмечал память о царствовании Давида и его поселении в Иерусалиме. Этот праздник был так важен для религиозной жизни Израиля, что Мовинкель относит к нему множество псалмов, не являющихся в строгом смысле слова псалмами царства (напр., 46, 67, 80, 94, 131)12.
Г.-И. Краус усомнился в реконструкции Мовинкеля, поставив под сомнение его толкование (1) с грамматической точки зрения: Краус привел довод против перевода
|0См, песнь Деворы по поводу победы над Сисарой, Иавином и их хананейской армией (Суд. 5.2-31). Враги Израиля также возносят свои хвалебные песни, какой, например, была реакция филистимлян на захват Самсона (16.23-24).
11    Gerstenberger, "Psalms", pp.216-18.
12   The Psalms in Israel's Worship, trans.D.R.Ap-Thomas (Nasville: 1967) 1:106-192; см.особ. р.
129f.


ПСАЛТИРЬ                                                              471
фразы yhwh malak как "Яхве станет Царем", что было столпом построений Мовинкеля, показав, что здесь имеется в виду состояние, а не действие, поэтому, следует читать: "Яхве (есть) Царь"13; (2) с культовой точки зрения: Как можно было Бога возвести на престол, когда не существовало Его образа или изображения, как в вавилонских и хананейских культах, из которых Мовинкель берет данный обряд? (3) с богословской точки зрения: Израильский взгляд на "живого Бога" не предполагал какого-либо мифического цикла, согласно которому Яхве ежегодно бы умирал или ослабевал в период летней засухи, как языческие божества плодородия; (4) с экзегетической точки зрения: Краус приводит "то, как восхваляется неизменное и вечное царство Господа" в Пс.92.2, как "не подверженное переменам"14 .
Как Мовинкель, так и Краус отмечают, что псалмы царства имеют историческое (воспоминание о прошлом избавлении Божием) и эсхатологическое (ожидание буду­щей победы Божией) измерения. Краус подчеркивает их исторический и эсхатологи­ческий характер, в то время как внимание Мовинкеля приковало их использование в культе для выражения современной действительности провозглашения Бога Царем15.
Этот спор еще не завершен. Настоящий обзор поддерживает критику Мовинкеля Краусом, однако не разделяет его (и Вестермана) выводов о том, что эти псалмы написаны после пленения по образцу "эсхатологической хвалебной песни" в Ис.52.7-10 |6. Царство Яхве засвидетельствовано в израильском сознании за века до пленения (Втор.33.5), однако не существует согласия о том, как и где оно стало частью их веры17.
Жалобы народа^. Такие псалмы, как И, 43, 57, 59, 73, 78-79, 82, 84, 89 и 125 - это молитвы всего собрания в часы национальных бедствий: вторжения или поражения (43, 59, 73, 78-79; ср.Плач.5), угнетения жестокими врагами (57), опасности на­падения (87), эпидемии, засухи, голода или других естественных угроз (84, 125; ср.Иоил.2.15-17). В состав большинства псалмов общественной жалобы входят следующие литературные элементы:
(1) Обращение к Богу и вступительная мольба о помощи:
"Для чего. Боже, отринул нас навсегда?" (73.1).
13    Мовинкель отвергает это противопоставление: "Для израильского образа мысли не
существовало противоречия между тем, что Он становился Царем, и тем, что Он Царь
навсегда; такое противопоставление является современным и рационалистическим"; там же
(1:115).
14    Worship in Israel, trans.G.Buswell (Richmond: 1966), pp.205-7.
15       Вестерман    решительно    поддерживает    Крауса,    утверждая,    что    выраженные
эсхатологические надежды — основная характеристика этих псалмов; The Praise of God in the
Psalms,
trans.K.R.Crim (Richmond: 1961), pp.145-151.
16   Там же, стр. 146 f.
17   Следуя за Шмидтом, Краус, по аналогии с хананейским верованием о том, что царское
достоинство бога утверждается после строительства посвященного ему храма, связывает
царство Яхве со строительством иерусалимского храма: Worship in Israel, pp.203-5.
18   Термин "жалобы" предпочтительнее "плача" в описании молитв о помощи в Псалтири.
Слово "плач" больше подходит для перевода евр. qina - погребальной формы, используемой в
Плач. 1-2, 4, где тон похоронный, а трагедия необратима.
16 Зак. 3667


472                                                                     ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
(2) Жалоба, описывающая страдания народа, часто очень образная. Временами, речь идет о трех участвующих сторонах - врагах, самом народе и Яхве:
(а)  "Рыкают враги Твои среди собраний Твои' (ст.4);
(б)  "Знамений наших мы не видим, нет уже пророка, и нет с нами, кто знал бы,
доколе это будет" (ст.9).
(в)  "Для чего отклоняешь руку Твою и десницу Твою?" (ст.11).
(3) Исповедание веры, часто основанное на прошлых свершениях Божиих:
"Боже,   царь   мой   века   устрояющий   спасение   посреди   земли"   (ст.    12).
(4)  Прошение о спасении, обычно выраженное повелительным наклонением и
часто призывающее наказание на врагов:
"Не предавай зверям душу горлицы Твоей; собрания убогих Твоих не забудь навсегда" (ст.73.19).
"Не забудь крика врагов Твоих; шум восстающих против Тебя непрестанно поднимается" (ст.23).
(5)  Воззвание к доброму имени Божиему или Его заветным обязательствам:
"Вспомни же: враг поносит Господа, и люди безумные хулят имя Твое"(ст. 18).
(6)  Обет восхваления, в котором страдающие обещают всенародно отпраздновать
свое спасение:
"А мы, народ Твой и Твоей пажити овцы, вечно будем славить Тебя
и в род и род возвещать хвалу Тебе19(78.13; ср-73.21).
Использование этих жалоб понятно. Посвятительная молитва Соломона включает подробное описание случаев, когда народ Божий будет собираться в храме, чтобы молить об избавлении (3 Цар.8.33-40). При более драматических обстоятельствах пророк Иоиль призывал народ собраться в храме со священниками, чтобы молить Бога пощадить Свой народ от ужасной саранчи (2.15-17).
У Иоиля за жалобой следует спасительная речь - обещание избавления, передан­ное Собственными словами Яхве (ст. 19-29). Такие речи, произнесенные священником или храмовым пророком, вполне могли сопровождать или прерывать жалобы и заверять народ в том, что его молитвы будут услышаны20.
Несколько псалмов могут быть жалобами народа, несмотря на произнесение от первого лица единственного числа (Я-форма). В таких случаях руководитель, веро­ятно, царь, может выступать в качестве представителя общества (Пс.88, 143)21. Даже
19 Данная схема заимствована из анализа Вестермана; The Praise of God in the Psalms, p.53f. "Двойное желание" спасения Израиля и уничтожения врагов не включено здесь, потому что его форма представляется менее определенной (однако см.Пс.78.9-12; 79.176-18).
Пс.11.6 [МТ 12.6] является такой речью, расположенной в середине того, что представ­ляется общественной жалобой.
21 Пс.88 начинается как индивидуальная благодарственная песня с сильным исповеданием веры, гимноподобным описанием мощи и величия Божия и напоминанием о Божественном завете с Давидом (88.2-38 [МТ 89]). Однако ст.39-52 - это явно жалоба, в которой высказы­вается просьба об избавлении от вражеского нашествия. Указания на "Давида", "Твоего раба" и "Твоего помазанника" ясно показывают, что говорит царь (ст.50-52). Ср. 143.10 ("Давид") и


ПСАЛТИРЬ                                                              473
в псалмах, где преобладает "мы-форма", иногда используется "я" или "мое", как будто собрание чередуется со своим представителем в произнесении жалобы (43.7, 16 [МТ44.7, 16]; 73.12; 82.13 [МТ 83.14]22).
Непонятно, использовались ли такие общественные жалобы и во время сезонных праздников (возможно, в День Очищения [Лев. 16]). В библейских свидетельствах не упоминается о церемонии (напоминающей вавилонские обряды), когда бы царь под­вергался общественному унижению и страданиям, во время которых он произносил жалобу23.
Индивидуальные жалобы. Эта категория псалмов самая многочисленная24. Индивидуальные жалобы включают те же составные части, что и общественные.
(1) Обращение к Богу и крик о помощи:
"Боже мой! Боже мой! для чего Ты оставил меня?" (21.2 [МТ 22.2])
(2) Высокопоэтическая жалоба:
"Множество тельцов обступили меня; тучные Васанские окружили меня;" (ст. 13) "Я пролился как вода; все кости мои рассыпались"; (ст. 15) "Ты свел меня к персти смертной" (ст. 16в).
(3) Исповедание веры:
"На тебя уповали отцы наши; уповали, и Ты избавлял их,(ст.5).
(4) Прошение, иногда выраженное в форме пожелания, но чаще - в повелительном
наклонении, иногда с такими мольбами, как "услышь", "вспомни", "спаси":
"Но Ты, Господи, не удаляйся от меня; сила моя! поспеши на помощь мне; избавь от меча душу мою и от псов одинокую мою" (ст.20-21).
(5) Дополнительный довод, например, воззвание к особой заботе Божией, описа­
ние радости врагов Божиих, молитва исповедания (50.57 [МТ 51.5-7]), или утвержде­
ние невиновности (25.3-8)25.
"Но Ты извел меня из чрева;
вложил в меня упование у грудей матери моей" (21.10).
(6)  Обет восхваления, обещающий общенародное свидетельство и принесение
благодарственной жертвы (Лев.7.1 1-18):
143.12-15 (первое лицо множественного числа - народ как бы присоединяет свои пожелания победы и благополучия).
22   Анализ народных псалмов в "я-форме", проведенный Мовинкелем, - важное свидетель­
ство, хотя его выводы об их количестве и возможном культовом использовании, несомненно,
являются преувеличением.
23   По поводу возможного употребления см. H.H.Guthrie, Israel's Sacred Songs (New York:
1966), pp. 135-145.
24   Напр., 3, 5-7, 12, 16, 21, 24-27, 30, 34-35, 37-39, 41-42, 50, 53-56, 58, 60, 63, 68-70, 85, 87,
101,107-8,119-129,138-142.
25   Westermann называет их "лейтмотивами, рассчитанными подтолкнуть Бога к вмешатель­
ству"; The Praise of God in the Psalms, p.64.


474                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
"Буду возвещать имя Твое братьям моим, посреди собрания восхвалять Тебя"
(21.23; ср.ст.26-27).
Этот обет имел значение для всего собрания, особенно для его более бедных членов, поскольку приношение разделялось с друзьями страдальца и другими моля­щимися26:
"Да едят бедные и насыщаются; да восхвалят Господа ищущие Его!" (ст.27)
(7) Заверения о том, что Господь его слышит, где страдалец наперед выражает свою уверенность в Божественном ответе:
"Ибо Он не презрел и не пренебрег скорби страждущего,
не скрыл от него лица Своего,
но услышал его, когда сей воззвал к Нему" (ст.25)27.
Возможно, последняя строфа Пс.21 (ст.28-32) - также часть заверения, описы­вающая широкое воздействие, которое будет иметь Божественное избавление. В своем случае псалмопевец видел возможность грандиозных спасительных действий. Для Бога, Который спасет его, нет ничего невозможного. Как и в общественной жалобе, заверение могло временами основываться на пророчестве спасения, произ­носимом пророком или священником во время храмовой службы, в которой произ­носилась жалоба28.
Молитвы индивидуальной жалобы могли быть вызваны тремя видами обстоя­тельств: (1) несправедливым обвинением в преступлении или проступке, в котором лжесвидетель действовал сообща с врагами страдальца, чтобы ложно обвинить и наказать его29; (2) раскаянием в собственных грехах (50, 129); (3) болезнью или не­трудоспособностью (6, 38, 61, 87), которые временами сочетались с несправедли­выми обвинениями (12, 21, 27, 30.10-34, 34, 37, 40, 68, 70, 85, 101, 108). Привели ли обвинения к болезни страдальца, или болезнь - к обвинениям в грехе (ср.Иов.4), страдалец одновременно испытывает физическую и моральную боль и покинутость своими близкими.
Индивидуальные благодарственные песни. По форме такие песни часто напоминают индивидуальные жалобы. Они были предназначены для использования после того, как молитвы были услышаны и избавление свершилось. Среди благодарственных песней Пс.22„ 29, 31, 33, 39.1-10, 65, 91, 106, 114-115, 137-138, 145. Структурные элементы, чаще всего встречающиеся в таких псалмах, включают следующие: (1) Провозглашение радости и восхваления:
10CM.R.de Vaux, Ancient Israel, p.417f.
27    В Пс.21 заверение выступает в близкой связи с обетом восхваления (ст.23) и, фактиче­
ски, является частью гимна, в котором псалмопевец будет призывать собрание воспеть, когда
произойдет избавление: "Боящиеся Господа! Восхвалите Его." (ст.24).
28    CM.W.Beyerlin, "Die toda der Heilsvergegenwartigung in den Klageliedem des Einzelnen",
ZAW79 (1967): 208-224.
29   К данному виду относятся Пс.3-5, 7, 12, 16, 24-26, 30.2-9 [МТ 31.2-9], 41-42, 51, 53-56,
58, 63, 70, 93.16-23, 119, 139-142. СМ. E.A.Leslie, The Psalms (Nashville: 1949), p.316, который
следует  за  первопроходческой  работой  H.Schmidt,   Das  Gebet  der Angeklagten  im Alten
Testament. BZAW 49 (1928). Такие несправедливые обвинения были особо объявлены вне
закона в Десяти Заповедях (Исх.20.16; Втор. 5.20; ср.Исх.23.1; Втор. 17.6-7).


ПСАЛТИРЬ                                                              475
Я радуюсь..." (114.1)30.
(2) Указание повода радости:
"...что Господь услышал голос мой, моление мое (ст.1; ср.ст.2).

  1. Поэтизированное воспоминание о времени нужды:
    "Объяли меня болезни смертные," (ст.З).
  2. Рассказ о покаянии и спасении:

"Тогда призвал я имя Господне: Господи! избавь душу мою (ст.4).
(5) Обновление обета восхваления:
"Обеты мои воздам Господу пред всем народом Его" (Пс.115.5; ср.ст. Пс. 115.3-10).
(6) Выражение восхваления:
Милостив Господь и праведен, и милосерд Бог наш" (ст.5; ср.ст.б-8, 115.10).
Два рассказа служат иллюстрацией употребления благодарственных песней: у жертвенника в Силоме Анна радовалась тому, что Бог услышал ее мольбу (1 Цар.2.1-10; ср. 1.9-18); Иона, заключенный в чреве кита, предвкушал освобождение и воз­носил благодарения (Ион.2.1-9). Эти две зарисовки указывают на трудности, связан­ные с точным определением связи между конкретными типами псалмов и общест­венным богослужением Израиля31.
Царские псалмы. Хотя и не обозначая, в строгом смысле слова, литературный тип, этот термин часто используется по отношению к небольшому количеству псалмов, касающихся израильского царя. Они проливают свет на роль царя в израильском богослужении, на надежды и обязанности, возложенные заветом на сынов Давида и на качество мессианских упований Иудеи. Они также показывают, что попытки отнести большинство псалмов к периоду после пленения, когда у Иудеи не было царя, противоречат свидетельствам самого текста.
Содержание и литературные формы позволяют сделать разумные предположения по поводу использования царских псалмов в общественном богослужении:
(1) Бракосочетания. Как глава и религиозный руководитель народа, царь отмечал свое бракосочетание, как общественную церемонию. Части этой церемонии записаны в Пс.44. Ст.2-10 описывают жениха и восхваляют его силу, красоту и преданность правде; ст. 11-18 описывают невесту, призывая ее быть верной царю и обещают ей славу и плодовитость. Говорит это ("сделаю" в ст.2, 18) священник или храмовый пророк, который обращается к царственной паре от имени Яхве. Во время брако­сочетания повторяется ряд призывов и обещаний, которые обычно произносились во время царской коронации (ст.5, 7). Бракосочетание давало возможность подчеркнуть роль царя как военного вождя и поборника справедливости, помазанного Самим Богом (ст. 8)32.
30  Этот Псалом в МТ и RSV присутствует как Пс. 116, в Синодальной Библии это Пс. 114 и
Пс. 115- пр. ред.
31   По поводу современного состояния спора, начатого Гюнкелем и Мовинкелем по поводу
того, какие псалмы предназначались для культового употребления, см. Guthrie, Israel's Sacred
Songs,
pp. 14-25, 147-157; также Gerstenberger, Psalms, p.200-205.
32  Другие возможные толкования приведены в КН.А.А.Anderson, The Book of Psalms. NCBC
(Grand Rapids: 1981)l:346f.

476                                                ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА

  1. Коронации. Неясно, использовались ли такие псалмы, как 2, 71, 100 и 109, во
    время коронационных служб, годовщин восшествия на престол, или в обоих случаях.
    Отрывочные знания о таких церемониях можно почерпнуть из кратких отчетов о
    поспешном помазании Соломона (3 Цар. 1.32-40) или кровавом восшествии на пре­
    стол Иоаса (4 Цар. 12.1) и отрывков псалмов, которые возвращаются к коронацион­
    ным обрядам (напр., Пс.88.20-38). Заманчиво соединить воедино отрывки коронаци­
    онного обряда: Пс.2 противопоставляет царя языческим царям и подтверждает его
    власть и авторитет как помазанника (ст.2) и приемного сына Божия (ст.7); Пс.71 -
    молитва священника и/или народа о том, чтобы Бог дал царю силы выполнить пред­
    писанную ему роль поборника справедливости (ст. 1-4), защитника мира (ст.5-7),
    сюзерена над вассальными государствами (ст. 8-Н), избавителя угнетенных (ст. 12-
    14), творца благополучия (ст.  15-17); Пс.  100 звучит как ответ царя, его клятва
    честности при вступлении в должность, произнесенная от своего имени и от имени
    его дома; Пс.   109 своим повторением клятвы Яхве поддерживать нового царя,
    особенно во время войн, напоминает Пс.2. Сценарий или ритуал, сопровождающий
    эти    отрывки    коронационной    церемонии,    неизвестен,    однако    они,    видимо,
    соответствовали великолепию поэзии.
  2. Молитвы перед или после сражения. Пс.  19-20, 88 и 143 использовались,
    чтобы просить у Яхве благословения и победы в сражении. Царь как военный вождь
    упоминается особо. Иногда, вдохновенный священник или пророк мог во время этих
    молитв произносить заверение о победе (обратите внимание на слова Иозиила к
    Иосафату; 2 Пар.20.14-17). Действительно, какое-то божественное заверение должно
    было иметь место между ст.б и 7 в Пс. 19, чтобы объяснить победоносное вос­
    клицание:

"Ныне познал я, что Господь спасает помазанника Своего; отвечает ему со святых
небес Своих могуществом спасающей десницы Своей"(ст.7)33.
Пс. 8 8 отличается от других молитв перед сражением, имея форму индивидуаль­ной жалобы, напоминающей Господу о Его прошлых обещаниях и нынешнем отсут­ствии.
Пс. 17 (известный также как 2 Цар.22) является благодарением за крупную победу. Особый интерес представляет поэтическое описание Божественного вмеша­тельства (Богоявления), которое сделало победу возможной. Все творение участвует в Божественном спасении Своего царя (17.8-20)34.
Все эти псалмы отражают уникальную связь между Яхве и царем, хотя точная природа этой связи не очевидна. Д.Дж.А. Клайнз приводит несколько возможных определений: Божественное царство (царь - воплощение Бога); сакральное царство (царь - посредник Божественного благословения); харизматическое царство (царь правит силой Божественного дара); священническое царство (царь выполняет функ­ции священников); и Божественно назначенное царство (царь правит авторитетом и выбором Божиим). Хотя каждое из толкований не лишено некоторой поддержки в
33   Различные исследователи по-разному классифицировали Пс.20, относя его то к корона­
ционным молитвам, то к молитвам перед или после сражения. Ст.9-13, видимо, относятся к
будущему времени, поддерживая классификацию этого псалма как молитвы перед сражением;
эти стихи могли быть пророчеством победы, действительно записанным во время молитвы.
34   Пс. 131 часто классифицируется как царский псалом, из-за его акцента на ковчег завета.
Была ли процессия с ковчегом частью коронационных или юбилейных торжеств— неизвестно.


ПСАЛТИРЬ                                                              477
тексте, наибольшее ударение следует сделать на последнее: израильский царь по­лучает свою власть Божественной санкцией, исполненной в человеческом выборе и действиях, таких как церемония помазания и всенародного провозглашения. Библей­ское повествование уделяет человеческому фактору воздвижения царей такое же внимание как и Божественному фактору35.
Ранняя Церковь слышала в царских псалмах обетования о Мессии36. Поэтические описания и идеальные надежды не нашли воплощения ни в сынах Давида от Соломона до Седекии, ни в Маккавейских героях. Неспособность земных царей при­нести правду, справедливость, благополучие и суверенитет, воспетые в этих песнях и молитвах, помогла поднять взоры народа Божиего на грядущего Царя. Петр выразил Божественное откровение об истинной Личности Царя словами, взятыми из царских псалмов: "Ты Христос, Сын Бога Живого" (Мф.16.16).
Псалмы учительные. Фактически, все исследователи Псалтири согласны с тем, что небольшое количество псалмов содержат наставления по мудрой и ответственной жизни. Спор возникает по поводу того, какие из них являются псалмами учитель­ными в чистом виде и как они использовались.
Чтобы попасть в эту категорию, псалом должен: (1) содержать литературные приемы поучений - т.е. употреблять притчи, акростихи, ряды перечислений, сравне­ния, начинающиеся словом "лучше", наставления сынам, слово asre ("блажен(ы), благословен(ы)"), речевые образы, взятые из природы; (2) иметь явное намерение поучать посредством прямого назидания (напр., Пс.1, 126-127) или попытки раз­решать проблемы, подобные проблеме благополучия нечестивых (напр., 36, 48, 72); (3) содержать темы, характерные для поучений - напр., доктрину двух путей, противопоставление праведных и нечестивых, важность благочестия в речи, работе, использовании богатства и повиновении старшим.
Применяя эти критерии и рассматривая использование "словарного состава" по­учений, Кунтц Н.К. определяет три подгруппы учительных псалмов: (1) псалмы-изречения (126-127, 132), описывающие примерное поведение и его результаты, ис­пользуя распространенные притчи и сравнения; (2) псалмы-акростихи (33, 36, III), в которых каждый стих или строка начинаются следующей буквой еврейского алфа­вита; (3) интегративные псалмы (1, 31, 48) - тщательно построенные сочинения, концентрирующиеся на важных темах премудрости, а именно, на взаимоотношениях между мудростью и Законом (Торой) (1), на неизбежности справедливого, хотя и на время отложенного, воздаяния (48), и на уроках, которые следует извлечь из Божест­венного прощения (31)37.
^Theological Students Fellowship Bulletin 71 (1975): 1-8. Слабость большинства взглядов ни царство заключается в том, что они навязывают Писанию модели, встречающиеся в других ближневосточных обществах.
36 Например, Деян.4.25-26 указывает на Пс.2.1-2; Евр. 1.8-9 - на Пс.44.7-8; Мф,22.44 - на 1 1с. 109.1; Евр-5.6, 10 - на Пс.109.4. Доводы в пользу того, что Пс.109 - это не просто царский пеплом, а непосредственное мессианское пророчество, см.R.T.France, Jesus and the Old Testament (London: 1971), pp. 163-69.
"Канонические псалмы премудрости в древнем Израиле - Их риторические, тематические и формальные измерения", pp. 186-222 in J.J.Jackson and M.Kessler, eds., Rhestorical Criticism.


478                                                   ОБЗОР ВЕТХОГО ЗА BETA
Наряду с этими учительными псалмами другие содержат стихи или строфы, которые отражают влияние учительной литературы. Р.Э. Мэрфи выделяет следую­щие: Пс.24.8-10, 12-14; 31.24-25; 38.5-6 [МТ 39.5-6]; 39.5-6 [МТ 40.5-6]; 61.9-11; 91.6-8; 93.8-15 . То, что такие отрывки находятся в псалмах жалоб и благодарения, может указывать на более близкие связи, особенно в поздние периоды сбора псалмов (500 г. до Р.Х.), между храмом и учительным движением, чем предполагалось ранее.
Наличие учительного материала смущало тех, кто рассматривает псалмы как, в основном, песни и молитвы общественного богослужения. Мовинкель, например, выработал определения для псалмов, которые не имеют дидактических качеств, и поэтому озабочен тем, как "такая личная поэзия могла быть включена в собрание культовых псалмов, которое унаследовали мы, или даже, как она использовалась во время официальных богослужений в храме"39.
Мовинкель и другие предложили несколько возможных решений данной проблемы: (1) достаточно близкие связи могли существовать между учителями или книжниками и храмовыми пророками и певчими; учителя могли помогать в составле­нии и сохранении Псалтири, включая в нее свои собственные сочинения; (2) не следует проводить четких границ между различными должностями и служениями -священниками, певчими, пророками, книжниками, учителями; имеются многочис­ленные свидетельства их сочетания40; (3) возможно, в израильском богослужении не существовало четких различий между назиданиями и молитвами; благодарственные песни особенно давали возможность личного свидетельства о Божественном руко­водстве и личной проповеди, так что практически невозможно провести черту между учительными псалмами и индивидуальными благодарственными псалмами (см.31, 72, 77)41.
ПСАЛМЫ И ИЗРАИЛЬСКОЕ БОГОСЛУЖЕНИЕ
Иерусалимский храм был, по-видимому, оживленным местом, Законы предписывали ежедневные службы (Исх.29.38-42; Числ.28.2-8) утром и вечером, субботние обряды с дополнительными жертвоприношениями (Числ.28.9-10) и большим количеством участников (4 Цар. II.5-8) и особые всесожжения в новолуние (начало лунного месяца; Числ.28.11-15; ср.0с.2.11 [МТ 13]). Кроме того, те, кто имел доступ к храму, могли использовать его, отмечая свои особые семейные праздники. Общественные события также отмечались в храме: коронации царей, победы в сражениях, избавление от засухи или эпидемии, а также во время национальных бедствий.
38   "A Consideration of the Classification, 'Wisdom Psalms'", 9(1962): 165-67.
39   "Psalms and Wisdom", VTS3 (1955): 216.
40    Gerstenberger, "Psalms", p.221, указывает на то, что вавилонская теодиция (ANET, рр.601-
4) - акростих, написанный священником для общественного, даже культового использования.
Такое сочетание формы и темы поучения со священнической деятельностью,  возможно,
прольет свет на учительные псалмы и их возможную культовую связь.
41Murphy, VTS9 (1962): 156-167, видит в благодарственных псалмах мост, соединяющий псалмодию и премудрость воедино в культе: "Ясно, что псалмопевцы находили темы пре­мудрости полезными и использовали стиль премудрости как подходящий способ выражения", р. 167.


ПСАЛТИРЬ                                                              479
Ежегодные праздники продолжались несколько дней и привлекали в Иерусалим паломников со всей страны: Опресноков и Пасхи, объединенный праздник в начале весны (Исх.23.15; Лев.23.5); Седмиц (праздник урожая поздней весной, названный в Новом Завете Пятидесятницей; Исх.23.16; 34.22; Числ.28.26; Деян.2.1); Кущей - в начале осени (называемый также праздником Собирания; Исх.23.16; 34.22; Втор. 16.16). Праздник Кущей, который отмечал завершение летнего урожая, а также отмечал память о странствованиях Израиля по пустыне, очевидно, стал самым значи­тельным религиозным событием года, хотя его конкретная роль вызывает горячие споры42.
Разнообразие праздничных действий и отсутствие конкретного упоминания о праздниках в Псалтири требуют настороженного отношения к теориям, которые пытаются привязать псалмы к конкретным праздникам. Подобно тому, как вызвавшая критику попытка Мовинкеля реконструировать праздник возведения на престол или нового года43, теория А. Вейзера о празднике обновления завета, совпадающего с Кущами44, также вызвала горячие возражения. Его подход имеет несколько недостатков: (1) он исходит из более близкой связи между рассказом о богоявлении на Синае и теофаниями или епифаниями Псалтири, чем это можно доказать45; (2) рассматривая заветные церемонии времен Судей, он не уделяет должного внимания роли завета с Давидом в Псалтири; (3) как и Мовинкель, он пренебрегает "сложностью израильского предания и культовой жизни, жертвуя историческим разграничением в пользу всеобъемлющей теории"46.
Более широко и сбалансировано выстроен обзор израильского культа, сделанный Краусом: (1) праздник скиний, отмечающий Исход и странствования по пустыне, позднее вошел в состав праздника Кущей; (2) церемония обновления завета, воз­можно, первоначально исполненная в Сихеме (Ис.Пав.24), также составила часть обряда Кущей; (3) избрание Давида царем и захват Иерусалима вспоминается во время Кущей, наряду с входом ковчега в святой город (2 Цар.б)47.
Хотя реальное богослужение в Израиле и употребление псалмов было, вероятно, еще сложнее и разнообразнее, чем это признает анализ Крауса, его подход все же выявляет пути, посредством которых были соединены ранние и поздние элементы, и придает одинаковый вес компонентам времен скитания/поселения и позднейшим событиям периода монархии. Наиболее важно то, что Краус, как и Вейзер, основывает рассмотрение общественного богослужения Израиля только на событиях его собственной истории, а не на мифах и церемониях соседей, как это делает Мовинкель.
42 Описание праздников и рассмотрение их истории, развития и значения см. в KH.de Vaux, Ancient Israel, p.71-1 10; Kraus, Worship in Israel, p.26-69.
43см. критику Крауса, обобщенную выше. Де Во также указывает на отсутствие библейских свидетельств в пользу теории Мовинкеля; Ancient Israel, pp.502-6.
"Psalms, trans.H.Hartwell. OTL (Philadelphia: 1962), pp.35-52.
45   Westermann делает различие между теофанией (богоявлением для откровения) и епифа-
нией (богоявлением для спасения); The Praise of God in the Psalms, pp.98-101. Взгляд на то, что
теофания в культе - не "драматическое представление", как в вавилонских мифах и обрядах, а
характерное израильское объявление о пророческом видении, см.в КН.Kraus, Worship in Israel,
P.216.
46   Guthrie, Israel's Sacred Songs, p. 19.
"Kraus, Worship in Israel, pp. 131 f., 136-141, 179-188.


480                                                ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Заслуживает внимания картина храмового праздника, нарисованная Краусом, особенно в отношении Кущей, который был наиболее важным из ежегодных торжеств до того, как ключевое значение приобрела Пасха (4 Цар.23.21-23) во времена Иосии (639-609). Возможные составные части праздника включают:

  1. паломничество к Сиону, предвкушаемое с радостью (Пс.41.2-3), совершаемое
    с терпением (83.7) и завершаемое с восторгом (121.1-2);
  2. перенос ковчега (вероятно, из района южнее города Давидова), который со­
    провождался гимнами, призывающими войти в храм (94.1-6; 99), воспоминаниями об
    обретении ковчега в Кириаф-Иариме (131.6) и провозглашением Божиего завета с
    Давидом (ст. 11-12);
  3. входные наставления (15; 23.1-6), с вопросами о качествах истинных верую­
    щих и ответами (которые дают священники?), в которых приводятся такие черты, как
    верность Богу и честность по отношению к ближнему;

(4)   входной  чин  (23.7-10),   содержащий  диалог  священников   в   процессии,
умоляющих разрешить войти, и священников внутри храма, которые требуют в каче­
стве пароля исповедание веры в "Господа Сил" (ст. 10);

  1. поклонение Яхве во дворах храма, выраженное в гимнах под инструменталь­
    ное сопровождение (149), насыщенных воспоминанием славных дел Божиих во время
    Творения (103) и в истории (104,  135), кульминацией которого было, очевидно,
    ожидание Богоявления (49.1-3; 79.2-4) - особого проявления Божественного присут­
    ствия и славы, которого жаждали паломники, хотя они и знали, что Бог постоянно
    присутствует в священном городе (45.6);
  2. благословение на расход (90; 117.26; 121), заверяющее паломников в Божест­
    венной защите и заботе, хотя они и не могли постоянно оставаться в храме, как это
    делали священники (83.11)48.

В своих праздниках и постах, ежедневных и праздничных богослужениях, израильтяне вспоминали и переживали прошлые победы Бога; подтверждали свое настоящее стремление соблюдать заветные законы, которые требовали безо­говорочной верности Яхве; и предвкушали будущие победы, особенно окончательное поражение врагов Яхве. Благодарение за прошлое, подтверждение настоящего и ожидание будущего были всеобъемлющими составными частями израильского богослужения, как это выражено в псалмах - богослужения, основанного на исцеляющем, принуждающем и внушающем надежду откровении Бога в их истории.
ЗАГЛАВИЯ И СПЕЦИАЛЬНЫЕ ТЕРМИНЫ
Ни в одной области изучения псалмов не существует столь малой определенности, как в попытках расшифровать заглавия и заметки в начале и в конце отдельных псалмов. Значение и время появления этих заметок нельзя определить с достаточной степенью точности. Хотя заголовки и заметки об авторстве встречаются в месопотамских и египетских текстах псалмов задолго до Давида, имеющиеся свидетельства говорят о том, что большинство заглавий, встречающихся в тексте Библии, были
48Там же, рр.208-218. Более подробные комментарии по поводу "благословения на расход" см.в Westermann, "Book of Psalms", IDBS, p.708.


ПСАЛТИРЬ                                                              481
добавлены после начала распространения и перевода псалмов в последние два века до Рождества Христова49.
Настоящая работа придерживается подразделения этих надписей на пять катего­рий, предложенного А.А. Андерсоном:
Собрания, составители или авторы. (1) "Давида" (/" dawid, 73 раза) - возможно, здесь подразумевается "написанный Давидом", чьи музыкальные занятия имеют множество свидетельств (1 Цар. 16.17-23; 18.10; 2 Цар.1.17-27; 3.33-34; 23.1-7; AM.6.5), "ОТ имени Давида" (Пс.19 - молитва царя давидовой династии перед сраже­нием), или "принадлежащий Давиду", т.е. псалом, входящий в состав царского собра­ния, которое, возможно, включало и собственные произведения Давида.

  1. "Сынов Кореевых" (11 раз; Пс.41-48, 83-84, 86-88) - по-видимому, эти псалмы
    связаны по авторству и/или собранию с семейством храмовых певчих, родственным
    потомку Левия, упомянутому в 1 Пар.6.22 [МТ 7].
  2. "Асафа" (12 раз; Пс.49, 72-82) - эти псалмы связаны с одним из музыкантов
    Давида (1 Пар.6.39 [МТ 24]; 15.17; 2 Пар.5.12) и его семейством храмовых певчих
    (Езд.2.41).
  3. Другие лица, названные в связи с псалмами: "Соломона" (Пс.71, 126); Еман
    Езрахит (87; мудрец, 3 Цар.4.31; храмовый певчий времен Давида, 1 Пар. 15.17-19;
    "царский прозорливец", 25.5); Ефам Езрахит (Пс.88; связывается с Емамом в 3
    Цар.4.31; 1 Пар. 15.17); "Моисея" (Пс.89); "Идифуму" (39) или "Идифумова" (61, 76;
    перечислен среди музыкантов Давида, 1 Пар. 16.41).

Неясно, указывают ли эти заглавия на авторство, однако они содержат свидетель­ства в пользу датировки большинства псалмов четырьмя веками монархии, а не периодом после пленения. Определение Псалтири как книги песен Второго Храма (построенного Зоровавелем в 516 г.) в последние годы было расширено, чтобы включать и храм Соломона.
По крайней мере, три фактора способствовали тому, что большинство псалмов были написаны и употреблялись до пленения: (1) стихотворная форма псалма была хорошо известна таким пророкам, как Амос (строфы, приведенные в 4.13; 5.8-9; 9.5-6) и Иеремия (гимн в 10.12-16; жалобы в 15.15-18; 17.14-18). (2) Царские псалмы с их указаниями на роль царя в общественном богослужении больше подходят для периода монархии50. (3) Частые параллели словарного состава, грамматики и поэтической структуры между псалмами и угаритской эпической поэзией (XIV в. до Х.Р.) слишком многочисленны и поразительны, чтобы не требовать объяснения, если только псалмы не относятся к раннему, а не позднему периоду51.
49По поводу возможной древности заглавий см K.A.Kitchen, "The Old Testament in its Context 3", Tyndale Study Fellowship Bulletin 61 (1971): 12. Однако O.Eissfeidt, Old Testament, p.451 указывает на отсутствие согласия в заголовках в еврейском, греческом и сирийском текстах.
50  Mowinckel, Psalms, 1:46-48, убедительно оспаривает этот вывод.
51   CM.Dahood, Psalms. Anchor Bible (Garden City) 1 (1965): xxix-xxx; 3 (1970): xxxiv-xxxvii.
Эта объемная  работа отличается  использованием  угаритских  и других  северосемитских
текстов для прояснения значения псалмов. Степень достоверности выводов Дейхуда еще вы­
зывает споры, однако его исследование, несомненно, окажет влияние на все специальные
исследования псалмов последующего поколения.


482                                                ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Типы псалмов. Чаще всего встречается название Псалом {mizmor), использован­ное более пятидесяти раз в Псалтири и нигде более в Ветхом Завете. Оно представля­ется специальным термином для обозначения культовых песен, исполняемых под сопровождение струнных инструментов. Тридцать псалмов названы Песнями (sir) и, возможно, первоначально имели светский смысл. Неясно, чем они отличаются от mizmor, хотя несколько песен (65, 75-76, 92) имеют оба названия. Шесть псалмов (15, 55-59) обозначены еврейским словом miktam', не существует единого мнения о значении этого слова, хотя возможным переводом может служить "искупление" (ассир. katamu). "Молитва" {tepilla), видимо, служит для обозначения жалобы (16, 85, 89, 101, 141). Евр. maskil, употребленное по отношению к тринадцати псалмам (31, 41, 43), вероятно, означает, "для назидания" или "для размышления, созерцания", хотя точное значение неясно. Заглавие "Песнь восхождения" (120-136), скорее всего, указывает на использование данного псалма во время процессии восхождения к храму. Пс.144 назван "Хвала" (tehilla), откуда произошло еврейское название Псал­тири. Пс.44 подобающе назван "Песнь любви" (sir yedidot). Значение евр. siggayon (рус. пер."плачевная песнь" - пер.) неопределенно.
Литургические цели и использование. Некоторые термины, по-видимому, указы­вают на то, в каком случае псалом употреблялся: евр. toda (100) мог указывать либо на псалом, который использовался во время благодарственной жертвы (Лев.7.12; 22.29), либо на псалом благодарения; евр. hazkir (Пс.37, 69) объясняется либо как псалом для памятной жертвы ('azkara, Лев.24.7), либо как псалом для напоминания Яхве о страданиях, высказанных в жалобе; Пс.29 обозначен как "псалом при по­священии храма"; евр. lelammed (59), по-видимому, означает "для назидания", хотя Мовинкель связывает его с глаголом "побуждать", высказывая предположение, что в нем Давид пытается побудить свою армию к сражению или что народ пытается по­будить Яхве к вмешательству"52. Пс.91 обозначен как "песнь на день субботний"; значение евр. leannot) неопределенно, возможно, он обозначает "для покаяния", "для пения" или какое-либо указание музыканту.
Специальные музыкальные выражения. В этой области имеется еще меньше со­гласия. Такие слова, как bineginot струнными инструментами"; Пс.4, 6, 53-54, 66, 75 и, вероятно 60) и el-hannehilot ("Для флейт"; Пс.5), указывающие на вид аккомпа­немента, достаточно понятны. Однако, такие термины, как higgayon (9.17), hasseminit (рус."на восьмиструнном"; Пс.б, II), haggittit (рус. "на Гефском орудии"; Пс.8^ 80, 83), alamot (рус. "на музыкальном орудии Аламоаф"; Пс.45), sosannim ("лилии" (рус. "на музыкальном орудии Шошам", Пс.44; "на Шошанниме", Пс.68; "на музыкальном орудии Шошанним-Эдуф", Пс.79)), mahalat (рус. "на духовом орудии", Пс.52), "al-tashet (рус. "не погуби", Пс.57-58, 74), все еще ожидают дальнейших исследований. Среди предположений - названия мелодий, инструментов для аккомпанемента, или заметки по храмовым обрядам.
Даже слово lamenasseah, употребленное в Псалтири пятьдесят пять раз (ср.Ав.3.19) и часто передаваемое как "начальнику хора", вызвало многочисленные толкования: "для восхваления", "для милостивого расположения (Господа)", "для умилостивления" или как обозначение собрания псалмов. Слово "Села" (евр. sela), употребленное более семидесяти раз, продолжает оставаться загадкой для толковате-
" Psalms 2:217'.


ПСАЛТИРЬ                                                              483
лей, которые склонны видеть в нем музыкальное обозначение, указывающее на увеличение громкости или инструментальную интерлюдию, или на указание какого-либо физического действия во время богослужения, напр., на земные поклоны.
Исторические заметки. Основной ценностью заметок, связывающих псалом с каким-либо историческим событием (напр., 3, 7, 17, 33, 50-51, 53, 55-57, 58-59, 62, 141), является содержащаяся в них информация о том, как понимали эти тексты еврейские толкователи периода после пленения. Большинство этих заглавий - позд­ние вставки и не позволяют сделать точные выводы о происхождении псалмов.
ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ БИБЛЕЙСКОГО БОГОСЛОВИЯ
Как и витражи и изваяния средневековых соборов, Псалмы были проявлениями веры людей, которые не имели дома Книг Священного Писания и не могли прочесть их. Даже если евреи знали лишь Псалтирь (многие, видимо, знали большое количество псалмов наизусть), они все же имели достаточно глубокое понимание своей веры. Исторические обзоры (напр., Пс.77, 104-106, 136), наставления по благочестию (напр., Пс.1, 118), прославления творения (Пс.8, 18, 103), знания о Божественном суде (38, 48, 72), заверения о Его постоянной заботе (102), осознание его суверенной власти над всеми народами (2, 109) глубоко проникали в их веру с помощью Псалтири.
Однако, более всего псалмы были декларацией отношений между народом и их Господом. Они приняли завет Божий к исполнению, защите и сохранению. Их песни восхваления, исповедания грехов, заявления о невиновности, жалобы о страданиях, мольбы об избавлении, заверения в услышанности, прошения перед сражениями и благодарения после них были выражениями их уникальных отношений с Единствен­ным Истинным Богом.
Благоговение и близость сочетались в признательности Израиля за эти отношения. Они благоговели перед силой и славой Бога, Его величием и властью. В то же время они страстно молили Его, настойчиво споря с Его решениями и горячо и упорно умоляя о заступничестве. Они почитали Его как Господа и обращались к Нему как к Отцу.
Это чувство особых отношений наилучшим образом объясняет псалмы, в которых призывается проклятие на врагов Израиля. Завет настолько тесно связывал Израиля с Богом, что враги Израиля были врагами Бога, и наоборот. Кроме того, их отношения с Богом были выражены в лютой ненависти ко злу, которая требовала суда такого же сурового, как и преступление (108; 136.7-9). Даже призыв к суду был результатом завета, убежденности в том, что праведный Господь защитит Свой народ и покарает тех, кто презирает Его богослужение и Его законы. Суд, очевидно, должен был произойти еще при жизни нечестивцев"53. Учение Христа о любви к врагам (Мф.5.43-48), возможно, затрудняет христианам применение этих псалмов в молитве,
53 Недавняя работа Дейхуда вновь поставила вопрос о том, содержат ли псалмы признаки надежд на загробную жизнь. То, как он комментирует и рассматривает богословие псалмов, препятствует ученым оставаться столь догматичными по поводу того, что псалмы относятся только к земной жизни; Psalms, особ. 3 (1970): xli-lii.


484                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
однако христиане не должны терять той ненависти к греху или рвения, которые вызвали их появление54.
Г. фон Рад озаглавил раздел своего труда "Ветхозаветное богословие", посвящен­ный Псалмам, - "Ответ Израиля"55. Несомненно, псалмы были откликом священников и народа на дела Божественного избавления и Его откровение в их истории56.
Однако псалмы — не только отклик, но и откровение. Посредством их можно узнать о том, что значит Божественное спасение в различной его полноте для Божиего народа, а также о высотах восхваления и пределах послушания, которые ему назначены. Неудивительно, что, наряду с Кн.Исаии, Христос и Его апостолы чаще всего ссылаются на Псалтирь. Ранняя Церковь, как и ее еврейские предшественники, слышала слово Божие в этих гимнах, жалобах и назиданиях и сделала их основанием своей жизни и богослужения57.
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ:
Allen, R.B. Praise/A Matter of Life and Breath. Nathville: 1980. (Вводное исследование Псалтири
с предположениями относительно их практического употребления.) Eaton, .l.H. 'The Psalms and Israelite Worship". Pp. 238-273 in G.W. Anderson, ed., Tradition and
Interpretation. (Обзор недавних исследований.) Gray.    .1.    The.    Biblical   Doctrine    of  the   Reign    of   God.    Edinburgh:    1979.    (Pp. 1-166
сосредоточиваются на Псалтири.)
Hayes, J.H. Understanding the Psalms. Valley Forge: 1976. (Хорошее общее введение.) Hunt, 1. "Recent Psalm Study". Worship 49 (1975): 202-214. Johnson, A.R, The Cultic Prophet andisarel's Psalmody. Cardiff: 1979. O'Callaghan, R.T. "Echoes ofCanaanite Literature in the Psalms". VT4 (1954): 164-176. Paterson, J. The Praises of Israel. New York: 1950. (Экзегетическое применение критических
исследований). Perdue, L.G. Wisdom and Calf. SBL Dissertation Series 30. Missoula: 1977. ("Критический анализ
взглядов культа и литературы премудрости в Израиле и на древнем Ближнем Востоке".) Ridderbos, N.H. "The Psalms: Style-Figures and Structure". OTS 13 (1963): 43-76. Sabourin, L. The Psalms: Their Origin and Meaning. Staten Island: 1974. Tsevat, M. A. Study of the Language of the Biblical Psalms. JBL Monograph. Philadelphia: 1955.
(Лингвистический анализ идиом Псалтири, как отличающихся от всей классической древ­нееврейской литературы.)
54С.S.Lewis, Reflection on the Psalms, p.20-33, содержит полезные комментарии об этих проклятиях. Рассмотрение проклинающих псалмов, в котором акцент делается на страданиях, вызвавших их появление, см.в КН.Н.Н.Rowley, Worship in Ancient Israel, pp. 167-68.
55 1:355-459.
56B.C. Чайлдз утверждает, что израильтяне все больше осознавали ценность этих откликов среди авторитетных и священных писаний и то, что "они могли быть переработаны или ис­правлены для нужд другой ситуации, не теряя своего значения... Далеко не являясь признаком потери почтительности или привязанности к прошлому, этот шаг свидетельствовал о желании израильтян, посредством переосмысления старых форм, воздать новую хвалу Богу"; Old Testament as Scripture, p.515.
57 Множество полезных работ пытаются кратко резюмировать богословское богатство Псалтири. CM.G.S.Gunn, God in the Psalms (New York: 1956); Guthrie, Israel's Sacreds Songs', H.Ringgren, The Faith in the Psalmicts (Philadelphia: 1963); E.Routley, Exploring the Psalms (Philadelphia: 1975);Rowley, Worship in Ancient Israel, p.246.

ГЛАВА 41
УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА
Библейская учительная литература - вклад Израиля в обширное собрание письмен­ных и устных высказываний, которые составили мудрые наблюдения о жизни и в запоминающейся форме правила достижения успеха и счастья. Поучения глубоко уходят корнями в древность. "Египетские наставления" визиря Птах-хотепа были написаны около 2450 г. до Р.Х., а "Наставления" для царя Мерие-ка-ре1 - ок.2180 г. Древняя Месопотамия располагала богатством и разнообразием учительных писаний задолго до времени Авраама. С.Н. Крамер различает пять категорий шумерских из­речений: притчи; миниатюрные очерки; поучения и наставления; очерки, относя­щиеся к месопотамской школе и письменности; и диспуты и споры2.
Таким образом, библейской учительной литературе, имеющей свое формальное начало в десятом веке, предшествовали полтора тысячелетия письменных поучений на древнем Ближнем Востоке, а также бесчисленные века, во время которых советы и наблюдения мудрецов устно передавались из поколения в поколение. Поскольку по форме, даже если не всегда по содержанию, библейские учительные писания схожи с неизраильскими писаниями, полезно в общих чертах обрисовать основные темы и формы небиблейской учительной литературы.
ВИДЫ УЧИТЕЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Обычно выделяются два основных вида учительных писаний: притчи - краткие, лаконичные высказывания, излагающие правила личного счастья и благополучия или на основании мудрого опыта делающие точные наблюдения о жизни; и созерцатель­ные или умозрительные поучения - монологи, диалоги или очерки, которые углубля­ются в основополагающие вопросы человеческого существования, такие как смысл жизни или проблема страданий. Не следует вкладывать в термины "созерцательный"
' Этот документ показывает, какую ярко выраженную религиозную форму могли при­нимать наставления в Первый период между царствами: "Не верь в долготу лет, ибо жизнь -всего лишь час один. Человек переходит через смерть, и дела его громоздятся пред ним. Однако, бытие там - для вечности, и жалующийся на это, - глупец. Приходящий же туда без прегрешений будет там как бог, ходя свободно, как властелин вечности" (ANET, р.415).
2 "Sumerian Wisdom Literature: A Preliminary Survey", BASOR 122 (1951): 28-31. Очень полезный обзор египетских и месопотамских поучений см.в KH.w. McKane, Proverbs: A New Approach. OTL (Philadelphia: 1970), pp.51-208. СМ. также R.J.Williams, "Wisdomin the Ancient Near East", IDBS, pp.949-952.


486                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
или "умозрительный" слишком много мистицизма или философии. Древние мудрецы не теоретизировали, а имели дело с практическим и эмпирическим; они обсуждали не абстрактные проблемы, а конкретные примеры: "Был человек в земле Уц, имя его Иов".
Поучения в притчах. С незапамятных времен люди, наделенные мудростью и разумом, сознавали и собирали мудрые изречения о жизни. Эти учители, образован­ный класс древних обществ, использовали эти высказывания как нити, на которые они нанизывали поучения для своих учеников, и как указатели для тех, кто искал совета. Одним из признаков великой личности была способность облечь мудрость в форму притчи или перехитрить врага умным высказыванием. Например, цари поль­зовались техникой изречений в официальных посланиях (напр., "Пусть не хвалится подпоясывающийся, как распоясывающийся", 3 Цар.20.11)3.
Происхождение притч теряется в долитературном тумане древности, однако многие области жизни, вероятно, способствовали их развитию. Самые ранние притчи были рассчитаны на устную, а не письменную передачу, и многие писания мудрости сохраняют этот устный акцент. Книга Притчей, например, делает гораздо большее ударение на слушании поучений, а не чтении их (см.Притч. 1.8; 4.1, и т.д.). С древ­нейших времен мудрые изречения, особенно в Месопотамии, видимо, были связаны с религиозными и магическими обрядами. В.Г. Ламберт указывает, что в Вавилоне вместо нравственного содержания "изречения в основном относились к культовому искусству и магическим знаниям, а учители были посвященными"4 , т.е. способными получить от богов то, что они хотели. Некоторые исследователи прослеживают про­исхождение мудрых изречений исключительно к культовым обрядам, однако другие факторы, такие как торговля, коммерция и политика, по-видимому, также внесли большой вклад5. Имея дело с явлением столь широко распространенным и древним, следует остерегаться упрощений, поскольку представляется, что попытки системати­зировать наблюдения за жизнью - общечеловеческая черта.
Наиболее ранние литературные документы свидетельствуют об усложненных формах дидактических высказываний, особенно в Египте, где вместо кратких, взаимонезависимых и часто метафорических утверждений мудрецы были склонны использовать целые абзацы, посвященные одной теме. Обратите внимание на Настав­ления визиря Птах-хотёпа:
"Пусть не набухает сердце твое знаниями твоими; не полагайся на то, что ты
мудрец. Ищи совета не только у мудрых, но и у невежественных. Пределов знания
добиться нельзя, и нет такого мудреца, который имел бы достаточно знаний.
Хорошая речь сокрыта более нежели изумруд, однако ее можно найти у рабыни,
работающей у жерновов6..."
3 Обратите внимание на вопрос Голиафа к Давиду: "что ты идешь на меня с палкою? разве
я собака?" (1 Цар. 17.43); и резкий упрек Иоаса Израильского Амасии Иудейскому: "Терн,
который на Ливане, послал к кедру, который на Ливане же, сказать: "отдай дочь свою в жены
сыну моему". Но прошли дикие звери, что на Ливане, и истоптали этот терн". (4 Цар. 14.9).
4 Baby Ionian Wisdom Literature (London: 1960), p. 1.
5 CM. A.Bentzen, Introduction 1:174-77.
6 J.A.Wilson BANET,pA\2.


УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА


487



Фигура египетского писца из Саккара, Пятая династия (ок. 2494-2 345 до Р.Х.). По смыслу эти "наставления" следовало бы, вероятно, отнести к категории поучений и наставлений, а не притч. Этим поучениям соответствуют вавилонские "Советы мудрости", которые Ламберт датирует периодом касситов (1500-1100 гг.). В них советуется избегать дурной компании, проявлять доброту к тем, кто в нужде, избегать жениться на рабыне и даны наставления об обязанностях и пользе религии :
Владей устами своими и охраняй речь свою:
В них богатство человека - да будут губы драгоценны.
Дерзость и богохульство да будут тебе отвратительны;
'Lambert, Babylonian Wisdom Literature, p.96-107.


488                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Не произноси скверны или лжесвидетельства. Сплетник да будет проклят.
Не воздавай злом спорящему с тобой; Отплачивай добром причиняющему тебе зло, Будь справедлив к врагу своему, Улыбайся противнику своему.
"Дом, управляемый рабыней, разрушается".
Поклоняйся богу твоему каждый день.
Жертвоприношение и молитва - должное сопровождение фимиама.
Добровольно воздавай приношения богу твоему.
Ибо так должно поступать по отношению к богам8.
Эти отрывки лучше всего иллюстрируют практический, нравственный и религиозный характер ближневосточной учительной литературы. В определенном смысле они схожи с дидактическими очерками Притч. 1-9 и предупреждают против попыток датировать эти более длинные и целостные главы более поздним периодом, чем остальные части книги.
Краткие, независимые притчи и народные поговорки часто встречаются в шумер­ских, вавилонских и ассирийских текстах. Народные поговорки распространялись среди простых людей и иногда были рассчитаны больше на развлечение, чем на нрав­ственное назидание. Многие из них, очевидно, позднеассирийские (ок.700 г.), схожи с баснями, в которых приводятся поступки и разговоры животных и насекомых. На­пример:
Паук сплел паутину для мухи.
К несчастью для паука,
в нее попалась ящерица!9
Комар уселся на слона
и сказал: "Брат, я не придавил тебе бок? Я сойду у водопоя".
Слон ответил комару:
"Что мне за дело, что ты сел - что ты для меня? -
и что мне за дело, что ты сойдешь"10.
Более длинная и развитая аккадская басня передает спор между финиковой пальмой и тамариском. Каждая утверждает, что она полезнее царю: пальма дает ему день и плоды, тамариск - древесину и листву".
Различие между народной поговоркой и притчей провести нелегко. Обе исполь­зуют наблюдения за природой и содержат наставление или мораль. В настоящей работе термин "притча" использован по отношению к кратким резко очерченным
8 Там же.
9 Там же, стр.220. Смысл, вероятно, заключается в том, что люди иногда падают в ямы,
которые они роют другим - знакомый мотив Кн.Притчей (12.13; 29.6).
10   Там же, стр.217, 219.
"CM.R.H.PfeifFer в ANET, pp.410f.; см.также притчу Иофама о терновнике в Суд.9.7-15, где деревья спорят о том, кому из них быть царем.


УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА                                                489
афоризмам, которые находятся в рядах, однако являются взаимонезависимыми. В месопотамской литературе притчи обычно встречаются в двуязычной форме, парал­лельными столбцами, на шумерском и аккадском языках. Например: Кого ты любишь - того бремя ты носишь.
Видя, что ты сделал зло своему другу, что же ты сделаешь своему врагу ?12
Народ без царя, как овцы без пастуха13.
Положишь ли ты кусок глины в руку бросающего?14
Она забеременела без сношения? Она потолстела без еды?15
В прошлом году я ел чеснок; в этом году у меня изжога16.
Эти высказывания древней Месопотамии иллюстрируют конкретную природу восточной мысли. Наблюдения о жизни изложены на примере земных объектов, существ, переживаний, с очень малой долей абстрагирования и теоретизации. Притчи и народные поговорки обладают непосредственностью и жизненностью, позволяю­щими им быстро и прямо достичь цели. Для примера, сравните английскую по­словицу "в единстве сила" с арабской "две собаки убили льва", или "чем больше знаешь, тем меньше ценишь" - с еврейской поговоркой "бедняк голодает и не знает об этом"17. "По заслугам и честь" бледнеет по сравнению с гораздо более острым наблюдением:
Добродетельная жена — венец для мужа своего;
а позорная — как гниль в костях его. (Притч. 12.4)
или
Что золотое кольцо в носу у свиньи,
то женщина красивая и безрассудная (1 1.22).
Еврейский эквивалент пословицы "Для мудрого и одного слова хватит" - "На разум­ного сильнее действует выговор, нежели на глупого - сто ударов". Действительно, английские пословицы могут быть конкретными ("Птица в руке стоит двух на дереве"; "Живущие в стеклянных домах не должны бросать камни"), однако еврей­ские и семитские пословицы почти всегда таковы.
Что же необходимо для того, чтобы пословица (притча) была действенной? Почему одни остаются на века, а другие забываются? Архиепископ Р .К. Тренч,
12 Lambert, Babylonian Wisdom Literature, pp.230, 232. Последняя предвосхищает со­временную поговорку: "С такими друзьями и враги не нужны".
|3Там же, стр.232; любимая библейская аналогия (напр., Иез.34.5; Зах.10.2; Мф.9.36).
14Там же, стр.235.
15Там же, стр.247. Эта причинно-следственная притча, риторический вопрос, предпо­лагающий единственный ответ "конечно же, нет", напоминает об изречениях в Ам.3.3-6.
16   Там же, р.249; ср. "что посеешь, то и пожнешь".
17   J.Paterson, The Book That Is Alive (New York: 1954), pp. 12ff.


490                                                ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
выдающийся библеист прошлого века, привел несколько условий, необходимых для того, чтобы пословица (притча) имела успех: (1) краткость - громоздкие высказыва­ния не сохранятся в памяти, а притчи должны быть запоминающимися; (2) понят­ность - смысл должен схватываться мгновенно; (3) остроумие - лишь острые по­словицы оседают в памяти; и (4) употребляемость - даже хорошая пословица отомрет, если ее часто не повторять и не передавать из поколения в поколение18.
Умозрительные поучения. Древние были так же озабочены насущными пробле­мами жизни, как и современные люди. Имеет ли жизнь какой-либо истинный смысл? Почему иногда страдают праведные, а нечестивые остаются безнаказанными? Такие вопросы рассматривались в древних учительных писаниях в Месопотамии и Египте.
Из периода Касситов в Месопотамии исходит монолог страдальца, который чувствует, что вся жизнь обернулась против него. Этот текст назван по первой строке "Ludlul Bel Nemeqi"{"5{ восславлю Господа мудрости" - Мардука - верховного бога вавилонян). Первоначальная поэма, похоже, имела четыреста - пятьсот строк, со­храненных в трех таблицах, возможно, в четырех, если материал этой четвертой связан с первоначальным текстом19. Когда текст впервые становится разборчивым, рассказчик жалуется на то, что его боги покинули его:
Мой бог покинул меня и исчез,
Моя богиня подвела меня и держится вдали.
Мой благосклонный ангел, который (ходил) подле [меня], отошел,
Мой охранительный дух отлетел и ищет другого.
Моя сила исчезла; мой вид стал мрачным;
Мое достоинство улетело, моя защита бежала. (1, 43-48)
За божественным отвержением последовало равнодушие и враждебность его друзей, доброжелателей и рабов:
Я, который шествовал как знатный, научился проскальзывать незаметно.
Хотя и сановник, я стал рабом.
Для моих многочисленных родственников я стал как отшельник.
Если я иду по улице, уши насторожены;
Если я вхожу во дворец, глаза моргают.
Мой друг стал врагом,
Мой товарищ стал злым негодяем.
Мой   близкий  друг  подверг  мою   жизнь  опасности,   Мой   раб   общенародно проклинает меня в собрании20. (1, 77-81, 84-85, 88-89)
18 Из Proverbs, and Their Lessons, 7th ed. (London: 1857), приведено в Paterson, The Book Thai Is Alive, p.47. Тщательное исследование притчей в древности, см. J.M.Thompson, The Form and Function of Proverbs in Ancient Israel (Hague: 1974).
19Отрывки взяты из кн. Lambert, Babylonian Wisdom Literature, p.33-61.
20Эти двустишия являются примером использования синонимического параллелизма в аккадской поэзии. Как и в древнееврейских писаниях, этот параллелизм отличает поэзию от прозы.


УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА                                               491
Отверженного теми, кому он доверял и «а небе, и на земле, страдальца преследуют еще и физические болезни. Традиционные ритуалы и магические приемы лечения не дают облегчения, и он спрашивает, почему боги обошлись с ним, как с грешником:
Ни маг-прорицатель взглядом своим в горе мое не проник,
Ни снов толкователь не дал облегченья мне ни на миг.
И духи подземные не дали мне просвещенья.
И жрец-заклинатель от божьего гнева не дал облегченья.
Кто волю неба познает?
Кто вникнет в подземных богов намерения?
О смертный, тебе ли изведать тайные бога пути?
Вчера еще живший, сейчас в царство мертвых ты должен идти.
Мгновение горя сменяется радости бурной волной.
То в миг один песни звучат, то рыданья в другой.
Меня ж, изнуренного, буря уносит прочь!
И свора болезней терзает меня день и ночь:
Мой стан величавый, как ветхую стену, они сокрушили,
И тело, здоровия полное, словно тростник, подрубили.
Повержен я ниц, как растенья болотного жалкий пучок (II, 6-9, 36-42, 49-50, 68-
70).
Текст завершается рядом снов, которые повторяют трагическое состояние страдальца и показывают, что гнев Мардука умиротворен:
Как тяжела его рука на мне, не мог я выдержать ее.
Я в страхе трепетал пред ним...
И в третий раз я видел сон,
И в этом сне жена младая, ликом ясная,
Царица.., равная богам..
Сказала мне: "Избавлен будь от горести твоей.
Кто б ни был ты, увидевший виденье это".
И ветер по велению его унес мои обиды (III, 1-2, 29-32, 37-38, 50-51, 60). Хотя это произведение часто называет "Вавилонской Книгой Иова", ее автор не пытается разобраться в том, почему праведные страдают. Кроме того, акцент на культе и магии, демонах как орудиях несчастий, на видимых посланниках исцеления делает эту поэму далекой от Книги Иова, где Бог принимает на Себя всю ответствен­ность и за страдание, и за исцеление. В то время как Иов в конце Книги предстает пред лицом живого Бога и, таким образом, научается принимать свое положение, автор Ludlul долго описывает ступени своего исцеления. Его действительные отношения с Мардуком остаются неисследованными, в то время как отношения между Богом и Иовом стоят в центре библейского произведения.


492                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Древние учительные писания мудрости иногда принимают форму диалога, как, например, "Вавилонская теодиция" - акростих, состоящий из двадцати семи строф, каждая из которых имеет одиннадцать строк. Датированная Ламбертом ок. 1000 г., эта поэма — разговор между страдальцем, который жалуется на социальную несправедливость, и другом, который пытается согласовать это с традиционными взглядами на божественную справедливость21.
Оставшись в раннем детстве сиротой, страдалец недоумевает, почему боги оставили его без защиты, вместо того, чтобы оказывать несравнимо большую поддержку и защиту первенцу его родителей. Друг отвечает, что благочестие принесет благополучие:
Тот, кто надеется на бога своего, имеет ангела-хранителя,
Смиренный человек, боящийся своей богини, богатство получает. Страдалец оспаривает это примерами из природы и общества, где этот принцип нарушается. Однако друг убежден, что все нарушения справедливости будут исправ­лены, и призывает страдальца сохранять благочестие и терпение. Страдалец продол­жает взывать о несправедливости, виня в своем ужасном состоянии даже свою набожность:
Людей я наблюдал, свидетельства обратны.
Бог не мешает дьявола путям.
Отец влачит ладью,
Сын нежится в постели.
Наследник татем рыщет на дороге,
А младший сын питает бедняков.
Что за награда мне от поклоненья богу моему?
Иль,   может,  должен  я  склониться  до  земли  пред  встречным   нечестивцем?
Людская нечисть с кошельком тугим презренье изливает на меня (243-246, 249-
253).
Друг, теперь уже несколько впечатленный приведенными аргументами, прибегает к мысли о том, что пути богов неисповедимы:
Как глубина небес, божественное разуменье далеко нам;
и его познанье людям не дано (256-257).
Наконец, и друг, и страдалец, похоже, согласились на том, что, в конечном итоге, боги ответственны за человеческую несправедливость, поскольку они сотворили людей, склонными к этому. Друг признает, что божества:
Речь извращенную в уста вложили человекам.
Ложь и неправда - вечный их удел.
Приветствуют богатого: Он царь.
И всякое богатство на стороне его!"
Однако обокрасть готовы бедняка,
Клевещут на него, убийство замышляя,
Страданьям подвергают, как преступника, и нет ему защиты,
1' Lambert, Babylonian Wisdom Literature, pp.63-91.


УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА                                                493
Безжалостно приводят жизнь его к концу и гасят, как огонек светильника (279-
286). Страдалец заканчивает, подтверждая свою мольбу о передышке.
Собственно, диалог заканчивается, оставляя вопрос без решения. Ответствен­ность за порочное поведение людей полностью перекладывается на богов. При этом несколько важных моментов смазываются. Является ли окончательным ответом то, что боги несправедливы? Если да, то какую ответственность несут люди за свои действия? Отличие от подхода Иова к проблеме страданий и несправедливости очевидно. В библейском рассказе Божественное вмешательство решает проблему, и, хотя Его праведность могла вызывать сомнения, она восстановлена в конце диалога.
К позднему периоду относится вавилонский "Диалог о пессимизме", обычно датируемый первой половиной первого тысячелетия. Этот диалог между хозяином и его рабом построен по простой модели: вельможа рассказывает своему рабу о своих планах развлечься и получить определенное удовольствие. Раб отвечает, описывая достоинства данного предложения. Затем хозяин неожиданно решает не осуществ­лять данный план. Раб безотлагательно находит убедительные причины отказаться от этого плана22:
"Раб, слушай меня". "Я здесь, господин мой, я здесь".
"Быстро достань колесницу мне и запряги ее,
чтобы мог я выехать в чистое поле".
"Езжай, господин, езжай. Охотник всегда имеет полный желудок.
Охотничьи собаки раздробят кости добычи,
Охотничий сокол сядет,
И быстрый дикий осел... (.)"
"Нет, раб, я ни в коем случае не поеду в чистое поле".
"Не езжай, господин, не езжай.
Охотничье счастье переменчиво:
Зубы охотничьи собаки сломаются,
Дом охотничьего сокола в [...] стене,
А логовище быстрого дикого осла высоко в горах" (17-28)
"Раб, слушай меня" ."Я здесь, господин, я здесь". "Я собираюсь полюбить женщину". "Полюби, господин, полюби. Мужчина, который любит женщину, забывает скорбь и страх" "Нет, раб, я ни в коем случае не полюблю женщину".
["Не] люби, господин, не люби.
Женщина - это волчья яма - волчья яма, дыра, канава.
Женщина - это острый железный кинжал, который режет горло мужчины" (46-
52).
Как и у Екклесиаста, перебираются, а затем отбрасываются различные возможности получения удовольствия и общественной службы. Ничто не представляется стоящим
22В отличие от сатирического толкования Спейсер, настоящий анализ следует более серьезному толкованию, предложенному Lambert, Babylonian Wisdom Literature, pp. 139-141; цитаты - pp. 145-49. СМ. также T.Jacobsen in H.Frankfort et al., The Intellectual Adventure of Ancient Man (Chicago: 1946), pp.216-18 и W.S.LaSor, pp.104-6 in G.Rendsburg et al., eds.. The Bible World.


494                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
господину, который потерял вкус к жизни. Заключение, однако, полярно противо­положно заключению скептического ветхозаветного проповедника:
"Раб, слушай меня". "Я здесь, господин, я здесь".
"Что же тогда хорошо?"
"Приказать сломать шею мне и тебе, и выбросить нас в реку - хорошо".
"Кто настолько высок, чтобы взойти на небо?
Кто настолько велик, чтобы вместить подземный мир?"
"Нет, раб, я убью тебя и пошлю тебя первым".
"И мой господин не переживет меня и на три дня" (79-86).
ШИРОТА БИБЛЕЙСКОЙ УЧИТЕЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Роль мудреца. Как и их вавилонские, хананейские, едомитские и египетские соседи, израильтяне с самого начала своего национального самосознания имели людей, знаменитых своей мудростью. Искусство давать мудрые советы не ограничи­валось мужчинами, поскольку уже в начале израильской истории есть несколько указаний на мудрых женщин. Песнь Деворы упоминает ответ "умных из ее женщин", у которых мать Сисарина просила совета (Суд-5.29). Аналогичным образом в 2 Цар. 14.2-20 говорится об "Умной женщине" из Фекои, которая была не просто профессиональной плакальщицей. Ее слова в ст. 14 говорят о том, что она была знакома с приточными высказываниями мудрецов: "Мы умрем, и будем как вода, вылитая на землю, которую нельзя собрать". Другие ранние примеры включают советника Давида Ахитофела: "Советы же Ахитофела, которые он давал, в то время считались, как если бы кто спрашивал наставления у Бога. Таков был всякий совет Ахитофела как для Давида, так и для Авессалома" (2 Цар. 16.23); и умную женщину из Авела (места, знаменитого своими мудрецами), которая "пошла... ко всему народу со своим умным словом" (20.22)23.
Израильское учительство, несомненно, началось в родовом строе, где оно ис­пользовалось для подготовки каждого поколения для принятия ответственности за семью, землю и общественное руководство24. Однако, учительство получило новое значение при Соломоне, при дворе которого оно пользовалось особой поддержкой и престижем. Литературные аспекты поучений уходят корнями в этот период, когда богатство, международные связи и занятия культурой Соломона соединились в движение, которое произвело библейские учительные писания. Оценка центральной роли Соломона в развитии этого официального учительства дана в 3 Цар.4.29-34 (Мф.5.9-14):
"И дал Бог Соломону мудрость, и весьма великий разум, и обширный ум, как песок на берегу моря. И была мудрость Соломона выше мудрости всех сынов востока и всей мудрости Египтян... И изрек он три тысячи притчей, и песней его

  1. Использование других приемов поучений, таких как басни (напр., Суд.9.8-15) и загадки
    (напр., 14.12-19), - дальнейшее свидетельство роли мудрых в Израиле. СМ.E.Jones, Proverbs and
    Ecclesiastes. Torch Bible Commentary (Naperville: 1961), pp.28-31.
  2. По поводу родового строя как обрамления развития как поучительных, так и юридиче­
    ских высказываний, CM.E.Gerstenberger "The Woe-Oracles of the Prothets", JBL 81 (1962): 249-
    263;  и  H.W.Wolff,  Amos  the  Prophet:   The  Man  and His  Background,   trans.   F.McCorley,
    ed.J.Reumann (Philadelphia: 1973).

УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА                                                495
было  тысяча  и  пять...   И  приходили  от  всех  народов   послушать   мудрости Соломона, от всех царей земных, которые слышали о мудрости его". (См.такжеПрит.1.1; 10.1; 25.1).
Непосредственный источник, из которого проистекало это движение, является спорным вопросом. Общепризнанно, что Соломон и его преемники учреждали школы, построенные по образцу египетских, для подготовки управителей, писцов и других чиновников для целей централизованного управления. Хотя и не лишенное здравого смысла, это предположение не имеет библейских доказательств. Первое упоминание о школе в еврейской литературе относится ко временам Сираха (ок. 180 г.; Сир.51.23). Таким образом, несмотря на традиционное толкование Иер.18.18, которое указывает на наличие трех служений - пророка, священника и мудреца, Р.Н.Уайбрей поставил под сомнение то, что учители занимали какое-либо особое место или составляли какой-либо особый класс. Напротив, он заключает, что они были интеллигенцией, независимо от профессий и должностей25.
Притч.25.1 указывает на то, что Езекия также покровительствовал мудрецам. Ко временам Иеремии (ок.600 г.) по престижу и влиянию учители, временами, были сравнимы с пророками и священниками. Как и другие религиозные вожди, мудрецы подвергались осуждению пророками за пренебрежение к своим обязанностям по послушанию Богу и Его слову: "Посрамились мудрецы, смутились и запутались в сеть: вот, они отвергли слово Господне; в чем же их мудрость?" (Иер.8.9)
Враги Иеремии признавали значение мудрецов, когда они пытались опровергнуть пророчество Иеремии о том, что закон исчезнет у священника, совет - у мудреца и слово - у пророка (18.18). По-видимому, наибольшее признание важного положения мудрецов в этот период - это частое использование пророками изречений и приемов поучения в своих писаниях. Писания Амоса пронизаны приемами поучений, напри­мер, композиционная схема три-четыре гл. 1-2 (см.Притч.30.15, 18, 21, 24, 29; ср.Иов.5.19) и риторические вопросы в 3.3-8; 6.12. Использование пророками приемов поучений также указывает на то, что разделение между этими служениями не было твердым26;
В обязанности учителей входило предоставление советов людям, которые сталкивались с принятием трудных решений или которые нуждались в совете по по­воду соответствующего образа действий, включая руководителей правительства27. Большая часть этих советов давалась, по-видимому, в форме притч. Истинный мудрец свободно находил изречения, которые метко и точно отвечали на вопрос просителя. (Обратите внимание на Екк. 12.9: "Кроме того, что Екклесиаст был мудр, он учил еще народ знанию. Он все испытывал, исследовал и составил много притчей"; также ст. 11: "Слова мудрых - как иглы и как вбитые гвозди, и составители
аThe Intellctual Tradition in the Old Testament. BZAW 135 (1974).
2' CM.J.Lindblom, "Wisdom in the Old Testament Prophets" in M.Noth and D.W.Thomas, eds., Wisdom in Israel and in the Ancient Near East. VTS 3 (1955): 192-204; также Wolff, Amos the Prophet-, J.W.Whedbee, Isaiah and Wisdom (Nashville: 1970).
27 Роль учителей как государственных деятелей подчеркнута, возможно, даже чрезмерно, в кн. McKane, Prophets and Wise Men.


496                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
их - от единого пастыря"). Мудрецы также должны исследовать жизненные вопросы и давать соответствующие заключения и замечания. Наиболее знаменательные при­меры - Кн. Иова и Екклесиаста. Эти виды поучений - самое близкое приближение евреев к тому, что греки называли "философией", хотя различия существенны.
Характеристика библейских поучений. Собирая свои мудрые изречения, мудрецы не знали никаких культурных или национальных ограничений. Одна из отличительных черт учительной литературы - ее интернациональный характер. Притчи одного общества могут легко заимствоваться другим, потому что сам их характер как наблюдений, основанных на изучении или размышлениях о жизни, при­дает им универсальность, не встречающуюся ни в эпических, ни в исторических писа­ниях Библии.
Соответственно, поучения на древнем Востоке и в Ветхом Завете склонны делать акцент на успехе и благополучии отдельного человека. Этот индивидуализм сильно отличается от акцента на национальной и корпоративной религиозной жизни, кото­рый делают пророки. Великие вопросы израильской веры - участь избранников в Египте, заветные отношения с Господом, официальное богослужение, день Госпо­день - играют незначительную роль в учительных писаниях. Кроме того, в них практически не встречается указаний на израильскую историю. Это, однако, ни в коем случае не следует толковать в том смысле, что учительство в Израиле было светским делом или что израильские учительные писания не отличались от писаний соседних народов. Напротив! Читая Кн.Иова, Притчей или Екклесиаста, нельзя не услышать намеки на отличительную веру Израиля28. Для истинного израильтянина всякая мудрость восходит к Богу и была доступна людям лишь потому, что они творения Божий, способные получить Его откровение. Более того, лишь глубоко верующий человек, боящийся Бога, может стать мудрым. Мудрость, основанная на человеческом умении или искусности, — дар Божий, часть установленного Им миропорядка. Но без страха Божиего и послушания Ему мудрость обречена на поражение из-за гордости и самонадеянности. Частью страха Божиего у израильских мудрецов было почитание установленного Богом миропорядка, который царит в жизни, награждая разумные суждения и поведение и налагая наказание на глупость29.
Библейские учительные писания. К "поучениям" в самом широком смысле, то есть как "дидактическЬй или поучительной литературе", относятся Кн.Иова, Притчей и Екклесиаста - три великие Книги, появлению которых Ветхий Завет обязан израильским мудрецам. Кроме того, некоторые Псалмы отражают темы поучений
28    CM.D.A.Hubbard "The Wisdom Movement and Israel's Covenant Faith", Tyndale Bulletin 17
(1966): 3-33.
29       По    поводу    порядка    как    основополагающего    принципа    мудрого    мышления
CM.W.Zimmerli,   "Concerning   the   Structure   of   Old   Testament   Wisdom",   pp.175-199   in
J.L.Crenshaw,   ed.."Studies   in   Ancient   Israalite   Wisdom   (New   York:   1976):   "He   следует
противопоставлять Божественные и человеческие требования. Напротив, по Его убеждению,
человеческим    потребностям    наилучшим    образом    соответствует    установленный    Им
миропорядок,   и   стремление   человека   к   достижению   для   себя   пользы   лучше   всего
удовлетворяется его сознательным участием в этом миропорядке" (р. 198); G.von Rad, "Wisdom
in   Israel",   trans.J.D.Martin   (Nashville:   1972):   "Человек  приобретает  знания,   касающиеся
миропорядка, лишь в том случае, если он начинает со знаний о Боге" (р.67); H.H.Schmid,
"Wesen und Geschichte der Weisheit". BZAWIOI (1966): 21.


УЧИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА                                                497
(см.1, 31, 33, 36, 48, 72, III, 126-27, 132) см. выше стр.484. Они либо содержат определенные понятия или наставления (вместо гимнов или молитв) или рассматри­вают такие сложные вопросы, как благоденствие нечестивых и горести праведных. Как Песнь Песней Соломона, так и Плач Иеремии содержат много поучительного в своих ярких оборотах речи и в высотах стиля. Это, в частности, относится к аккростиховой структуре Плача. Кроме того. Кн.Иова и Екклесиаста, хотя и являясь примерами созерцательной мудрости, содержат множество притч.
В Новом Завете школа мудрости отражена во многих поучениях Христа, особенно в Его притчах, основанных на природе и Его способности ставить и решать сложные вопросы. Будучи "больше Соломона" (Мф. 12.42), Христос был Мастером поучения, исполняя и это ветхозаветное служение, наряду со служениями пророка, священника и царя. Послание Иакова, которое подчеркивает мудрость, нисходящую свыше (3.15), и использует аналогии с природой и притчи, — выдающийся пример новозаветной учительной литературы30.
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ:
Crenshaw, J.L. Old testament Wisdom: an Introduction. Atlanta: 1981. (Хороший широкий обзор.) Emerton, J.A. "Wisdom". Pp.214-237 in G.W. Anderson, ed,, Tradition and Interptetation.
(Особ.рр.221-231, "The Wisdom Literature and Other Parts of the Old Testament".) Gammie J.G. et ai., eds. Israelite Wisdom. Festschrift S.L. Tettien. New York: 1978. (Богословские
и литературные очерки.) Hubbard, D.A. "Wisdom". IBD, pp 1650f. (Часть приведенного выше материала заимствована из
этой статьи.)
_____ "Wisdom Literature". IBD, pp. 165 If, (Часть приведенного выше материала заимствована
из этой статьи.) Mack. 13. L. "Wisdom Myth and Mythology". Inter? 24 (1970): 46-60. (Рассматривает творчество
школ мудрости в истолковании послепленной обстановки.)
Morgan, D.F. Wisdom in the Old Testament Traditions. Atlanta: 1981. (Обзор роли мудрости в
различные периоды библейской литературы.)
Murphy, R.E. Wisdom Literature. Form of the Old Testament Literature 13. Grand Rapids: 1981. Scott, R.B.Y. The Way of Wisdom in the Old Testament. New York: 1971. (В частности, содержит
взгляды на различия между ветхозаветной и древней ближневосточной мудростью.) Wilken, R.L. Aspects of Wisdomin Judaism and Early Christianity. Norte Dame: 1975.
(Межкультурные очерки по мудрости в период поздней древности.)
30По поводу вклада литературы мудрости в Новый Завет см. H.Conzeimann "Wisdom in the NT", IDBS, PP.956-960.

ГЛАВА 42
ПРИТЧИ
КНИГА Притчей - это по сути собрание собраний. Разнообразие литературных стилей иллюстрирует широкий спектр значений еврейского слова masal, которое, очевидно, происходит от корня со значением "быть похожим" или "по сравнению с"1. Таким образом, притча могла первоначально быть сравнением по типу тех, которые часто встречаются в Ветхом Завете:
"Приятная речь - сотовый мед, сладка для души и целебна для костей"
(Притч. 16.24). или:
"Лучше блюдо зелени и при нем любовь, нежели откормленный бык, и при нем
ненависть" (15.17).
Однако, часто даже в наиболее древних притчах не встречается никакого сравнения (напр., "...от беззаконных исходит беззаконие"; 1 Цар.24.14). Эти изречения пред­ставляют собой сжатые, краткие фразы, в которые сведена мудрость жизненного опыта. В Притч. 1-9 masal также означает более длинные, похожие на проповедь высказывания, не являющиеся притчами в строгом смысле слова (ср.речи Иова,27.1; 29.1). В других местах оно может означать присловье (Втор.28.37; Иер.24.9; Иез.14.8) или насмешливую песню (Ис.14.4 и далее), в которых судьба пострадавшего выстав­ляется уроком2.
ЗАМЫСЕЛ
Еврейские изречения наставляют, как добиться успеха в жизни, а Кн.Притчей -пособие по достижению этого. Приводя и иллюстрируя как положительные, так и отрицательные примеры, Кн.Притчей поясняет, что означает праведное и нечестивое поведение. Отсутствие указаний на историю Израиля и на великие пророчества не означает, что авторы их не знали. Напротив, их целью было применение принципов
1 Некоторые ученые связывают masal с корнем "править", так что притча первоначально
была словом, которое произносил правитель и которое, поэтому, было наполнено властью и
значением; CM.A.Bentzen, introduction 1:168.
2 CM.A.R.Johnson ,VTS 3 (1955): 162-69. Предположение о том, что masal "имеет значение,
схожее с "модель", "пример", "парадигма", см.в кн. W.McKane, Proverbs: A New Approach, p.26.


ПРИТЧИ                                                                499
израильской заветной веры к повседневной жизни. Законы любви (Лев. 19.18; Втор.6.5; ср.Мк. 12.29-31) занимают центральное место в Ветхом Завете, и Притчи служат расширенным комментарием к ним. Каждый истинный израильтянин должен был рассматривать Божественный закон как безоговорочную обязанность, требова­ние полной верности и послушания3.
Это близко к понятию страха Божиего, который есть начало мудрости (Притч. 1.7; 2.5; 9.10; Иов.28.28; Пс.110.10). Как подчеркивают великие пророки, данная близкая к знанию Бога обязанность есть сознательное стремление угождать Ему всей жизнью своей. Основная цель Притчей - показать в четкой и запоминающейся форме, что означает быть полностью преданным Богу.
СОДЕРЖАНИЕ
Книга Притчей включает, по крайней мере, восемь отдельных собраний; каждое из них отмечено либо своей вводной фразой, либо имеет свой, отличный от других, литературный стиль. Притч. 1.1-6 - общее введение, или заглавие, поясняющее как назначение Книги, так и ее связь с именем Соломона, мудрейшего из мудрецов Израиля4.
Важность поучений (1.7-9.18). Гл. 1-9 иллюстрируют приемы мудрости в разгар этого движения в Израиле. Учитель обращается к ученику, как к сыну (напр., 1.8; 2.1; 3.1), и сохраняет отеческий тон в течение всего раздела. Преобладают устные назида­ния, на что указывают частые ссылки на слышание и запоминание; писание упомина­ется редко. Учитель повторял урок, чтобы ученик запомнил его и тоже повторил. Хотя гл. 1-9 не так легко поддаются запоминанию, как краткие, несвязанные изрече­ния в гл. 10-22, они содержат многочисленные речевые обороты и яркие выражения, облегчающие слушателю запоминание. Постоянное использование параллелизма, этого гениального приема семитской поэзии, само по себе способствовало запоми­нанию.
Цель автора - как можно ярче противопоставить плоды поиска и обретения мудрости результатам глупой и пустой жизни. Мудрость и глупость теснейше связаны как с религиозными воззрениями, так и с понятиями практической жизни. Мудрость начинается со страха Божиего и выдвигается во всю область жизни. Глупость не есть незнание, а сознательное пренебрежение принципами нравственно­сти и благочестия. Сочетание нравственной развращенности, духовной безответст­венности и социальной нечувствительности, описанное в Ис.32.6, - вот точный портрет глупца из Притчей5:
"Ибо невежда говорит глупое, и сердце его помышляет о беззаконном, чтобы
действовать лицемерно и произносить хулу на Господа, душу голодного лишать
хлеба и отнимать питье у жаждущего".
' CM.W.Eichrodt, Man in the Old Testament, trans. K. and R.G.Smith. SBT 4 (London: 1951).
4 Б.С. Чайлдз рассматривает значение этого введения как указание на то, что Кн.Притчей
принадлежит мировой сокровищнице мудрости,  воплощением которой был Соломон (3
Цар.4.29-34; 10.1-29), а также на то, что учительство зародилось в начале монархии, а не в
период после пленения; Old Testament as Scripture, pp.55 If.
5 Предупреждение Христа в Мф.5.22 против того, чтобы называть кого-либо "безумным"
или "пустым человеком", вероятно, основано на этих коннотациях данного слова.


500                                                                    ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Хотя главы 1-9 отнюдь не лишены конкретных наставлений, они, в первую очередь, служат для прояснения вопросов, возникающих при выборе между мудро­стью и глупостью, праведностью или беззаконием, и для подготовки к восприятию нескольких сотен конкретных притч, которые следуют далее. Восхваляя добродетели истинной мудрости, учитель настоятельно предупреждает ученика против некоторых преобладающих искушений: преступлений, связанных с насилием (1.10-19; 4.14-19), поспешного поручительства (6.1-5), лени (ст.6-11), коварства (ст. 12-15) и особенно от сексуальной распущенности (2.16-19; 5.3-20; 6.23-35; 7.4-27; 9.13-18). Яркие описания зловещих чар распутных женщин могут относиться не только к опасностям физического разврата, но и к бедам духовной нечистоты - поклонению ложным богам, которое часто описывают пророки (в частности, Осия: 1.2; 2.13; 4.12-15; и Иеремия: 3.1-13; 5.7-8) как прелюбодеяние или блуд. В связи с тем, что хананейская и другие ближневосточные религии предусматривали обрядовую проституцию, мудрец мог одновременно подразумевать и то, и другое. Глубоко религиозный характер этих глав (напр., 1.7; 3.5-12), их нравственная и социальная озабоченность и наставитель­ный, проповеднический стиль напоминают речи из Второзакония6.
Олицетворение мудрости в гл.8 имеет особую важность. Здесь премудрость по­казана в виде женщины, призывающей человеческий род следовать ее наставлениям и найти смысл жизни. Это олицетворение не лишено прецедентов в Ветхом Завете. Иов.28, например, описывает Премудрость как тайну, которую люди не могут по­стичь, несмотря на все технологические достижения (напр., успехи в области горного дела, ст. 1-11). Лишь Бог знает ответ на загадку премудрости (ст.23-28). В Притч. 1.20-33 она показана в виде женщины, на улицах и площадях призывающей людей от­казаться от своей глупости и обрести наставление и безопасность в Премудрости. Долгоденствие в правой руке ее, а в левой у нее — богатство и слава, и все стези ее -мирные (3.16-17).
Эта персонификация достигает своего апогея в 8.22-36, где Премудрость утвер­ждает, что она сотворена раньше всего остального, намекая даже на то, что она по­могала Богу в творении (ст.ЗО; ср.3.19)7. Данные утверждения имеют больше практи­ческое, чем богословское значение: Премудрость дает заверения о себе с тем, чтобы вызвать сердечную преданность (8.32-36). Следовательно, здесь весьма рискованно пытаться видеть гипостатизацию независимого бытия премудрости. Евреи мыслили конкретными, а не теоретическими категориями. Эта конкретность мышления часто приводила их поэтов к рассмотрению неодушевленных объектов и идей, как если бы они были личностями8.
6М. Вейнфельд настойчиво высказывался в пользу того, что на текст Второзакония оказали глубокое влияние писцы и учители иерусалимского двора во времена Езекии и позднее; "The Origins of the Humanism in Deuteronomy", JBL 80(1961): 241-47.
7 CM.W.F.AIbright "Some Canaanite-Phoenician Sources of Hebrew Wisdom", VTS3(1955): 8.
8CM.H.W.Robinson, Inspiration and Revelation in the Old Testament, p.260: "Это, несомненно, сильное и замечательное олицетворение Премудрости... Премудрость не есть сущность самостоятельная, хотя в этом поэтическом описании она выступает как имеющая независимое существование." Обратите внимание на G.von Rad, Wisdom in Israel, p. 153: Премудрость в Притч.8 "не имеет божественного статуса и не является гипостазированным качеством Яхве; напротив, она сотворена Яхве, и ей назначена определенная функция". Обзор предполагаемого хананейского и египетского происхождения этого олицетворения см.в KHJ.A.Emerton "Wisdom", pp.231-33 in G. W.Anderson, ed.. Tradition and Interpretation.


ПРИТЧИ                                                                501
Такое олицетворение, ставшее еще более сильным в межзаветный период (напр., Сир.24.1-34), сыграло значительную роль в новозаветной христологии. Доктрина Логоса ("Слова") в Ин. 1.1-14 основана, по крайней мере, частично на Притч.8: и Премудрость, и Логос предвечны (8.22; Ин. 1.1 )-участвуют в творении (8.30; Ин.1.3) и оказывают жизнедающее влияние (8.35; Ин. 1.4)9. Аналогичным образом описание господства Христа, сделанное Павлом в Кол. 1.15-20 и содержащее намеки на Притч.8, и конкретные указания на Христа как источник истинной премудрости (1 Кор. 1.24, 30) глубоко уходят корнями в Книгу Притчей10.
Вопрос об авторстве этих глав, возможно, никогда не будет решен окончательно. Надписание (1.1-6) приписывает всю Книгу Соломону. Поскольку он вновь упомина­ется как конкретный автор собрания, которое начинается на 10.1, гл. 1-9 принадлежат, вероятно, анонимным мудрецам. Рассматриваемые обычно среди поздних разделов Книги, эти очерки, возможно, были включены в Книгу только в 600 г. до Р.Х., хотя большая часть материала, видимо, восходит к более ранней эпохе. Учитывая количество параллелей между этим разделом (особенно гл.8-9) и угаритской и финикийской литературой, В.Ф. Олбрайт приходит к выводу о том, что "вполне вероятно, что афоризмы и даже более длинные разделы восходят к бронзовому веку, в основном, в их современном виде"11. В противоположность склонности некоторых современных исследований датировать материал мудрости по длине, краткие изречения - более ранними, а более длинные - более поздними периодами12, существование длинных учительных изречений в Египте и Месопотамии задолго до времени Соломона свидетельствует о древности этой литературной формы. "Таким образом, длина более не может рассматриваться как критерий датировки различных частей Книги"13.
Притчи Соломона (10.1-22.16). Этот раздел, состоящий из 375 притч, общепри­знанно считается старейшей частью Книги. Возросшее понимание учительной литературы и свежий взгляд на великолепие царствования Соломона подтвердили его репутацию покровителя израильского учительства. Близкие связи с египетским двором, доступ к иностранной учености, который давала широко раскинувшаяся империя, сравнительное спокойствие его царствования, административные новше-
9Dodd C.H., The Interperetation of the Fourth Gospel (Cambridge: 1953), p.275: Трудно противостоять выводу о тем, что хотя Логос... обладает многими чертами ветхозаветного Слова Божиего. он в то же время понятие, очень схожее с Премудростью, т.е. гипостазирован­ной мыслью Божией, проецируемой на творение и остающейся как имманентная сила внутри мира и человека". Обзор олицетворения мудрости на древнем Ближнем Востоке см.также в кн. H.Ringgren, Word and Wisdom (Lund: 1947).
10    CM. W.D.Davies, "Туе Old and the New Torah: Christ the Wisdom of God", pp.147-176 in
Paul and Rabbibic Judaism (New York:  1967). Тщательное рассмотрение роли мудрости в
христологии, особенно в вопросе о предвечности Христа, см.в кн. R.G.Hamerto-Kelly, Pre-
existence,   Wisdom,  and the Son of Man.  Society for New Testament Studies Monograph 21
(Cambridge:1 1973).
11    VTS 3(1955): 5.
12CM.O.Kaiser, Introduction, p.379.
13 R.N.Whybray , "Book of Proverbs", IDBS, p.702. Whybray (Wisdom in Proverbs. SBT 45 [London: 1965]) и C.Kayatz (Studien zu Proverbien 1-9. WMANT 22 [1966]) прослеживают связь между более длинными речами мудрости в гл. 1-9 и аналогичными египетскими произ­ведениями.


502                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
ства, требующие высокообразованного чиновничества, и баснословное богатство, позволяющее содержать большой штат писцов и летописцев, позволяли Соломону заниматься развитием культуры в масштабе, невозможном для его наследников. Со­четаясь с его богоданной мудростью (3 Цар.3.9-28), эти факторы поддерживают утверждения Библии относительно его деятельности в качестве мудреца (3 Цар.4.29 и далее [МТ 5.9 и далее]; Притч. 1.1; 10.1; 25.1)14.
Эти притчи обычно состоят из двух стихов (строк). В гл. 10-15 поэтическая струк­тура, в основном, антитетична: вторая строка параллелизма утверждает мысль, противоположную идее первой строки:
"Собирающий во время лета - сын разумный, спящий же во время жатвы - сын
беспутный" (10.5). Или:
"Память праведника пребудет благословенна, а имя нечестивых омерзеет" (ст.7). Такая структура наилучшим образом подходит для учения мудрости, ибо она про­ясняет как положительные, так и отрицательные последствия позиции или манеры поведения. Кроме того, она наглядно иллюстрирует убеждение мудрецов в том, что, в конечном итоге, перед человеком открываются лишь два пути - путь праведных (мудрых) и путь беззаконных (невежд), путь благословения и путь сурового осужде­ния (ср.Пс. 1).
В гл. 16-22 антитетический параллелизм употребляется умеренно. Преобладаю­щие структуры здесь - синтетический параллелизм, в котором вторая строка допол­няет первую:
"Все сделал Господь ради Себя; и даже нечестивого блюдет на день бедствия"
(16.4). И синонимический параллелизм, в котором вторая строка подтверждает первую:
"Погибели предшествует гордость, и падению - надменность" (ст. 18).
Изречения в гл. 10-22 проявляют мало последовательности," и невозможно вы­явить какую-либо систему в их группировке. Все, кроме немногих, классифициру­ются как утверждения или высказывания (aeM-Aussagen) с глаголами в изъявительном наклонении. Они содержат кратко сформулированные наблюдения из жизненного опыта:
"Друг любит во всякое время и, как брат, явится во время несчастия" (17.17).
Или:
"Веселое сердце благотворно, как врачевство, а унылый дух сушит кости" (ст.22). В каждой из них урок подразумевается; ученику не дается прямого наставления 15.
Альтернативная форма — притчи, начинающиеся со слова "лучше":
"Лучше немногое с правдою, нежели множество прибытков с неправдою" (16.8;
ср. 12.9; 15.16-17; 16.19; 17.1).
|4Относительно толчка, данного развитию учительной литературы и исторических писаний в царствования Давида и Соломона, см. в кн. M.Noth, History, p.216-224. Отрицательной стороной царствования Соломона стал его жестокий финансовый гнет и последующая потеря свободы гражданами; см. W.Brueggemann, In Man We Trust (Richmond: 1972), pp.64-77.
15 Этот тип - "самоподтверждающий, поддающийся либо эмпирической проверке либо опровержению"; J.Crenshaw "Wisdom", p.231 in J.H.Hayes, ed., Old Testament Form Criticism.


ПРИТЧИ                                                                503
Это сравнение противопоставляет праведность, как бесконечно более предпочтитель­ную, несправедливости, которую не может компенсировать никакое богатство. Другая форма сравнения основана на "что.., то...":
"Что уксус для зубов и дым для глаз, то ленивый для посылающих его" (10.26; ср.
11.22; 16.24; 17.8). Временами связующее слово отсутствует, и сравнение лишь подразумевается:
"Плавильня - для серебра, и горнило — для золота, а сердца испытывает Господь"
(17.3).
Такие сравнения демонстрируют веру евреев в "видимые связи, указывающие на всеобъемлющий порядок, в котором оба явления [приведенные в сравнении] связаны друг с другом"16. Именно этот порядок пытались постичь мудрецы и выразить в своих притчах.
Несмотря на некоторый религиозный акцент (см. 15.3, 8, 9, II; 16. 1-9), большин­ство притч прямо не связаны с израильской верой, а основаны на наблюдениях над повседневной жизнью. Их суть чрезвычайно практична, часто подчеркивая выгоды или награды мудрой жизни (см. II. 18; 25-31). Некоторые библеисты, полагая, что чистая религия должна подразумевать поклонение Богу за то, что Он есть, а не за то, что Он дает, подвергали критике этот подход17. Однако, поскольку Бог еще не открыл тайну загробной жизни или роль страданий в Его искупительной программе, как мог практичный писец выразить свою мысль, не высветив благословение мудрых и за­блуждения глупцов18?
Слова мудрых (22.17-24.22). Заглавие этого раздела сокрыто в 22.17: "Приклони ухо твое, и слушай слова мудрых, и сердце твое обрати к моему знанию".
Более очевидное заглавие, "Сказано также мудрыми..." (24.23), предполагает, что это отдельное собрание. Кто составил, собрал, отполировал и расположил данные из­речения, неизвестно. Они могли быть царскими писцами, назначенными составить собрание полезных афоризмов и наблюдений мудрецов (как, например, мужи Езекии, 25.1).
1Ь Von Rad, Wisdom inhrael, p. 120.
17 CM. N.K.Gottwald, A Light to the Nations (New York: 1959), p.472: "В своем нынешнем виде Книга Притчей - это попурри, состоящее из изречений и кратких поэм, в целом, зауряд­ных с точки зрения литературы, скучных с точки зрения этики и банальных с точки зрения религии... В силу своей очевидности ее [религиозно-этические] принципы утверждают необ­ходимость Бога лишь как Стража системы". Фон Рад более позитивен в оценке качества притч: "Лишь человек, позволивший своим чувствам отупеть в процессе рассмотрения этих материа­лов, или тот, кто не знает истинного замысла этой поэтической мудрости, может обманываться относительно величины интеллектуальных достижений наших учителей мудрости"; Wisdom in Israel, p. 5 0.
18To, как действовала эта доктрина вознаграждения и воздаяния, явилось предметом острых дискуссий. К. Кох видит в наказании, обещаемом глупцам, не следствие прямого дейст­вия Божиего, а неизбежный результат их беззаконных действий - почти автоматическое воз­даяние (26.27), которому лишь иногда помогает Яхве. Г. Гезе также подтверждает связь между действием и его последствиями, однако допускает большую степень Божественной свободы и вмешательства (ср.21.31). Обзор этих аргументов см в кн. Emerton "Wisdom", pp.216-18.
17 Зак. 3667


>04                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
 '        ¦ ¦ ¦ т                                                                                                  -   4.1 _--j
¦'•¦;     >    -\.     - ..*
 -"V «i
Поучения Аменемопа. Египетские притчи, которые напоминают Притч.22.17-23.11
В отличие от предыдущего раздела, эти притчи, в основном, длиннее (многие из них составляют два и более стихов), более близко связаны и выдержаны по теме. Антитетический параллелизм встречается редко (см.24.16), а синонимический и особенно синтетический параллелизм употреблены достаточно часто. Затрагиваемые темы отличаются значительным разнообразием: забота о бедных (22.22, 27), уваже­ние к парю (23.1-3; 24.21-22), воспитание детей (23.13-14), умеренность в питии (ст. 19-21, 29-35), послушание родителям (ст.22-25) и нравственная чистота (ст.26-28). Здесь также присутствует религиозный акцент (22.19, 23; 24.18, 21), хотя притчи в основном практичны, и влияние израильской веры скорее подразумевается, чем выражено явно.
Характерная форма притчи здесь - наставление или увещевание (нем. Mahnwort). Эти глаголы стоят в повелительном или побудительном наклонении (приказание в третьем лице, обычно переводимое с помощью "Да..."), в утвердительной либо отрицательной форме:
"Слушайся отца твоего: он родил тебя; и не пренебрегай матери твоей, когда она и
состареет" (23.22).
Увещевание несет в себе авторитет учителей и опыта, на который они полагаются, однако часто оно может быть подкреплено объяснениями:
"Не будь между упивающимися вином, между пресыщающимися мясом: потому
что пьяница и пресыщающийся обеднеют, и сонливость оденет в рубище" (ст.20-
21).
В этих наставлениях также присутствует идея о богоустановленном порядке, которым определяются следствия подчинения и неподчинения.
Изречения в 22.17-23.11 имеют примечательное сходство с разделом египетских притч Аменемопа (Аменофиса), написанных, вероятно, ок. 1000 г. или ранее. Ученые десятилетиями спорили о том. какое собрание оказало первичное влияние, однако в настоящее время преобладающее мнение склоняется к тому, чтобы отдать пальму


ПРИТЧИ


SO 5



первенства Аменемопу19. Каким бы ни был их источник, эти притчи были сформули­рованы израильскими мудрецами в соответствии с исторической верой Израиля и, таким образом, стали частью богодухновенного послания. Например, Аменемоп пре­дупреждает:
"Воздержись грабить угнетенных и пересиливать бессильных" (гл.П). А Кн.Притчей убедительно обосновывает запрет на такого рода грабеж:
"Не будь грабителем бедного, потому что он беден; и не притесняй несчастного у
ворот; потому что Господь вступится в дело их..." (22.22-23).
Нижеприведенные места иллюстрируют параллели между Притчами и Наставле­ниями Аменемопа20: Аменемоп

Дай ухо твое, услышь то, что говорится; Дай сердце твое, дабы понять их. Полезно поместить их в сердце твое (гл. 1).
Не сдвигай межу пахоты и не смещай
вервия мерного,
Не гонись за локтем земли,
и не нарушай границы поля вдовы (гл.VI).
...они [богатства] сделали себе крылья,
как у гусей,
И к небу поднялись (гл. VIII).
Не ешь хлеба перед знатным,
Не накладывай себе первым,
Если ты удовлетворен пищей ложной,
Она лишь слюну у тебя вызывает.
Взгляни на чашу, стоящую перед тобой,
И пусть это удовлетворит нужду твою
(гл.ХХШ).


Притчи
Приклони ухо твое, и слушай слова мудрых, и сердце твое обрати к моем;-' знанию;
Потому что утешительно будет, если ты будешь хранить их в сердце твоем...
(22.17-18).
Не передвигай межи давней, и на поля
сирот не заходи (23.10).
... и - его уже нет; потому что оно сделает себе крылья и, как орел, улетит к небу (ст.5б).
Когда сядешь вкушать пищу с властели­ном, то тщательно наблюдай, что перед тобою;
И поставь преграду в гортани твоей, если ты алчен.
Не прельщайся лакомыми яствами его; это - обманчивая пища (ст. 1 -З)2'1.


Дополнительные изречения (24.23-34). Это небольшое собрание содержит ка;< краткие притчи (ст.26), так и более длинные максимы (ст.30-34; ср.6.6-11). Остри-.-чувство нравственной и социальной ответственности, присущее Притчам, во многом: присутствует и здесь (24.28-29), хотя акцент на религии незначителен. Этот раздел также является произведением анонимной группы мудрецов.
"CM.W.Baumgartner, p.212 in OTMS. Тщательный обзор возможных связей между двумя произведениями см.в кн. G.E.Bryce, A Legacy of Wisdom: The Egyptian Contribution to the Wisdom of Israel (Lewisburg, Pa.: 1979).
20   Trans. J. Wilson, ANET, pp.421-25.
21    Некоторые ученые связывают silsom (читаемое раввинами saRsim [англ ncp.AV, ASV ¦
•отличные вещи"]) в 22.20 с selosim (nep.RSV "тридцать"; рус.пер."трижды") и предполагаю.
намек на тридцать глав Аменемопа.


506                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Притчи Соломона, собранные мужами Езекии (25.1-29.27). Как по стилю, так и по содержанию этот раздел имеет ряд сходств с 10.1 -22.16 (напр., ср.25.24 с 21.9; 26.13 с 22.13; 26.15 с 19.24). Однако притчи здесь различаются по длине. Антитети­ческий параллелизм встречается здесь не так часто (хотя гл.28-29 содержат много­численные примеры), в то время как сравнения - неоднократно (25.3; 11-14, 18-20).
Как и с притчами в 10.1-22.16, нет причин сомневаться в том, что авторство этого собрания связано с Соломоном. Еврейское предание22 о том, что Езекия и его люди •записывали притчи, основано на 25.1. Эти строки указывают на интерес царя к лите­ратуре, вытекавший из того, что он восстановил порядок богослужения, учрежденный Давидом, включая пение псалмов Давида и Асафа (см.2 Пар.29.25-30). Его интерес к этим гимнам и внимание к еврейским пророкам (см.Ис.37) могли сочетаться с по­кровительством израильскому учительству. Возможно, его писцы переписали эти притчи из более старых рукописей специально для данного собрания. Или же они могли записать афоризмы, которые устно сохранялись со времен ранней монархии23. Хотя вполне вероятно, что здесь нашли отражение некоторые бурные события вось­мого века24, большинство намеков на царей или чиновников вообще вполне подходят и для периода Соломона.
Слова Агура (30.1-33). Кто такие Агур и его отец Иакей, установить невозможно. Они, вероятно, происходили из племени Масса, потомков Измаила, который по­селился в северной Аравии25. Если Агур и Лемуил (гл.31) - массаиты, то их собрания афоризмов - еще один пример интернационального характера еврейской мудрости, заимствованной и приспособленной к израильским идеалам завета26.
Точный смысл ст.2-4 определить сложно. Улавливается легкий сарказм, с каким автор, очевидно, цитирует скептика, который утверждает, что очень мало можно узнать о Боге, особенно о Его роли во вселенной. Сомневающийся донимает мудреца просьбами рассказать ему о его Боге. Мудрец уходит от спора и утверждает истин­ность слова Божиего, надежность упования на Него (ст.5-6; ср.Иов. 38-40, где Иов замолкает, лично столкнувшись с Господом вселенной). Агур заключает этот раздел краткой, но трогательной молитвой, чтобы Бог удовлетворил лишь истинные его потребности, дабы нищета или самообеспеченность не искусили его ко греху (ст.7-9).
Остаток главы, в основном, представляет собой наблюдения над природой и обществом, в которых сокрыт урок, как следует жить, чтобы добиться успеха. Харак­терная черта здесь - использование числовой структуры построения утверждений, в частности, парадигмы х, х + 1 ("три... и четыре"), хорошо известной в ветхозаветной
22 Talmud В. Bat.15a 23CM.Bentzen, Introduction 2:173.
24   СР. Драйвер чувствует в этом разделе беспокойство за монархию, в отличие от 10.1-
22.16 (ср.28.2, 12, 15 и далее, 28; 29.2, 4, 16); Introduction, р.401.
25    Это племя (см.Быт.25.14; 1 Пар. 1.30), возможно, было тем Mas'a, которое вместе с Тема
платило дань Тиглатпаласару III. См. также Масаноев, которых Птоломей (Geography ст. 19.2)
поместил к северо-востоку от Думы. Имя собственное Масса в 30.1 (nep.RSV) переведено как
' пророчество" в AV, ASV (рус.пер."Вдохновенные изречения").
Личности Ифиила и Укала (ст. 1) не установлены. Изменение в разделении еврейских слов убирает эти имена, так что данное место гласит: "Я утомился. Боже, я утомился. Боже, и я снедаем" (cp.ASV nig., BDB).


ПРИТЧИ                                                                507
(Am. 1-2; Мих.5.5) и семитской (особ.угаритской)27 литературе. В учительной литера­туре данный прием используется для создания чувства предвкушения, приближения к кульминации и помогает запоминанию. Временами числовые притчи проявляют игровые качества, которые могут иметь древнюю связь с загадками28.
Слова Лемуила (31.1-9). Как и Агур, этот царь Массы неизвестен. Его краткое собрание состоит из мудрых советов, данных ему матерью при подготовке к вступле­нию на престол. Она предостерегает его от увлечения женщинами и вином и при­зывает защитить права бедных и угнетенных. Раввинское предание о том, что Лемуил и имена в 30.1 - это эпитеты Соломона, является очевидной попыткой приписать последнему всю Книгу и не пользуется широким признанием29.
Описание добродетельной жены (31.10-31). Не имея отдельного заглавия, эта мастерски исполненная анонимная поэма отличается от изречений Лемуила своей формой: это акростих, выстроенный в алфавитном порядке. Глубокое знание техники стихосложения, необходимое для этой формы, - высшее достижение древнееврейской литературы (см.Пс. II 8). Такая форма не только помогает запоминанию, но и подчеркивает цельность характера совершенной жены и матери. Этот портрет трудо­любивой, образованной, честной, благочестивой женщины - достойное завершение Книги, показывающей характер и ценность жизни, прожитой в послушании Богу во всех мелочах30.
Применение изречений. Пытаясь истолковать различные притчи и применить их к жизни, следует учитывать, что они являются обобщениями. Высказанные в абсолют­ной форме, - как того требовали законы литературы, - они предназначены для при­менения в конкретных ситуациях и не без разбора. Знания надлежащего времени для употребления той или иной притчи было признаком мудрости:
"Золотые яблоки в серебряных прозрачных сосудах - слово, сказанное прилично"
(25.11).
Таким образом, правильное понимание изречения предполагало осознание границ его применения31 . Эффективные, как путеводитель к успеху, притчи могут в равной степени ввести в заблуждение, если рассматривать их как магические за­клинания, которые всегда автоматически приносят результаты. Наилучшие умы среди
11CM.C.H.Gordon, Ugaritic Textbook. Analecta 0rientalia38 (Rome: 1965), §§7.7, 17.3.
28   По поводу числовой формы см. von Rad, Wisdom in Israel, pp.36f.,  122f; Crenshaw,
"Wisdom", pp.236-38. см .Также гл.23, стр.315.
29   Одной из причин этого является арамейское влияние (напр., bar [сын"], melakin цари"]).
30    Интересный пример света, который проливают исследования в области угаритской
литературы на Кн.Притчей, см.в KH.G.R.Driver "On a Passage in the Baal Epic (IV AB iii 24) and
Proverbs xxxi 21", BASOR 105 (1947): II. Драйвер предполагает, что ст.21 следует читать
"одетая в двойную одежду" (вместо "одетая в пурпур"), что, согласно LXX (ст.22) и Вульгате,
подтверждается местом из эпоса Ваала: см.также M.Dahood, Proverbs and Northwest Semitic
Philology (Rome: 1963),p.62O.
3ICM. von Rad, Wisdom in Israel, pp.97-110; также W.Zimmerli, "The Place and Limit of Wisdom in the Framework of the Old Testament Theology", SJT 17 (1964): 146-158.


 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗА BETA
мудрых предупреждали против такой высокомерной самоуверенности и всегда остав­ляли место для суверенных дел Божиих:
"Сердце человека обдумывает свой путь, но Господь управляет шествием его"
(16.9; cp.CT.I-2; 21-31).
По крайней мере частично, нежелание мудрецов следовать своим же утвержде­ниям об этих ограничениях, привело к острой реакции Иова и Екклесиаста.
ДАТИРОВКА СОБРАНИЯ
Притч.25.! ясно указывает, что Книга не могла быть завершена до времени Езекии (ок.715-686). Последние две главы вполне могли быть добавлены во времена плене­ния или вскоре после него (ок.500 г.). Скорее всего, гл. 10-29 были добавлены во времена Езекии, а вводные и заключительные главы •- в течение последующих двух веков. Пятый век представляется разумной датой для окончательной редакции, хотя большая часть содержания значительно более раннего происхождения, причем большинство отдельных притч и даже более длинных изречений восходит ко време­нам задолго до пленения32. Попытки датировать различные изречения Книги более поздним периодом на основании их явной религиозной направленности33 следует отбросить. Весь фон притчей так ясно предполагает веру в Яхве, что нельзя провести четких различий между стихами, где упоминаются Его дела, и теми, где о них не говорится. Его присутствие в порядке, который Он создал и поддерживает, пред­полагается в каждом изречении: "Познание мира всегда было для Израиля познанием Бога, а познание Бога было для него познанием мира"14.
КНИГА ПРИТЧЕЙ И НОВЫЙ ЗАВЕТ
Писавшие Новый Завет свободно обращались к Книге Притчей для поддержки своих учений. Например, в Новый Завет включен ряд цитат и намеков, а именно, 3.7а, Рим.12.16; 3.11-12, Евр.12.5-6; 3.34, Иак.4.6 и 1 Пет.5.5б; 4.26, Евр.12.13а; 10.12, Иак.5.20и 1 Пет.4.8; 25.21-22, Рим. 12.20; 26.11, 2 Пет.2.22. Христос, Который при­шел исполнить закон и пророков (Мф.5.17), исполнял также и писания мудрецов, являя полноту мудрости Божественной(Мф. 12.42; 1 Кор. 1.24, 30; Кол-2.3). Будучи "больше Соломона", Он использовал приемы мудрецов - притчи, иллюстрации из природы, загадочные волосы — чтобы привлечь внимание слушателей и закрепить Свои слова в их сердцах. Если Кн.Притчей - расширенный комментарий к закону любви, тогда она также часть ветхозаветной подготовки к пришествию Того, в Ком Божественная любовь приняла человеческие формы^5.
32 На основании литературных данных Олбрайт датирует содержание Кн.Притчей ранее арамейских изречений Ахикара, относящихся к седьмому веку; VTS 3 (1955): 6.
"McKane/Voverfa, pp. 17-21.
'4 \'оп Rad, Wisdom in Israel, p.62; см.Kaiser, Introduction, p.383.
35 см. C.T.Fntsch, "The Gospel in the Book of Proverbs", Theology Today 7 (1950): 169-183; R.E.Murphy. "The Kerygma of Book Proverbs", Inter7 20 (1966): 3-14. Список "исследуемых тем" приведен в KH.D.Kidner, The Proverbs, Tyndale Old Testament Commentary (Chicago: 1964), pp.31-56.


ПРИТЧИ
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЧТЕНИЯ:
Fox, M.V. "Aspects of the Religion of the Book of Proverbs". HUCA 39 (1968): 55-69. ("hoknw". в смысле этико-религиозной мудрости рассматривается как мост к эллинистической мысли.)
Hubbard, D.A. "Proverbs, Book of. IBD, pp. 1290f. (Часть приведенного выше материала за­имствована из этой статьи.)
Kitchen, К.A. "Proverbs and Wisdom Book of the Ancient Near East: The Factural History of a Literary Form". Tyndale Bulletin 28 (1977): 69-114. (Притч. 1-24 уходят корнями во второе тысячелетие; литературная целостность сформирована в начале первого тысячелетия.)
Murphy, R.E. "Assumptions and Problems in Old Testament Wisdom Research". CBQ 29 (1967!. 101-12 [407-18].
Scott, R.B.Y. Proverbs-Ecclesiastes. Anchor Bible 18. Garden City: 1965.
Thompson, J.M. The Form and Function of Proverbs in Ancient Israel. Hague. 1974  (Включает исследование скептических элементов еврейской мудрости.)
Whybray, R.N. The Book of Proverbs. Cambridge Bible Commentary. New York: 1972.
Williams, J.G. Those Who Ponder Proverbs: Aphoristic Thinking and Biblical Literature. SheiiieH: 1981. (Использование формы и тем притчей по всей Библии).

ГЛАВА 43
ИОВ
"...ОБРАТИЛ ли ты внимание твое на раба Моего Иова?" - этот вопрос, заданный -Яхве сатане (1.8; 2.3), положил начало сорока двум главам страданий, жалоб, споров и ответов, которые составляют Книгу Иова. Немного найдется в литературе о человеческой жизни рассказов, которые бы так заставляли напрягать разум, испыты­вать совесть и расширять кругозор, как история Иова. Никто из тех, кто увидит бед­ствия в стране Уц, подслушает разговор при дворе Яхве, проследит за спором между Иовом и его друзьями или содрогнется, слыша голос из бури, уже не может оставаться прежним. Его взгляд на Божественный суверенитет и свободу, а также его представление о человеческом страдании, высокомерии и честности изменится на­всегда. Это и опасность, и благословение Книги.
НАЗВАНИЕ И МЕСТО В КАНОНЕ
Имя "Иов" (евр. iyyob), которое В.Ф. Олбрайт переводит как "Где (мой) Отец?", встречается в амарнийских грамотах (ок. 1350 г. до Р. X.) и египетских текстах-про­клятиях (ок.2000 г.). В обоих случаях оно употреблено по отношению к племенным вождям Палестины и ее окрестностей'. Это придает вес предположениям о том, что в Книге записана древняя история реального страдальца, современная форма которой придана более поздним поэтом. Однако ценность рассказа ни в коей мере не умаля­ется неспособностью определить, имел ли он историческую основу.
Два других менее вероятных толкования этого имени, которые пытаются найти в нем символический смысл, соответствующий посланию Книги, связывают его (1)с корнем 'yb ("быть врагом"), толкуемом либо в действительном ("противник Яхве"), либо в страдательном залоге ("тот, с кем Яхве обращается, как с врагом"); или (2) с араб, 'wb ("тот, кто кается").
Присутствие этой Книги в каноне никогда не вызывало сомнения2. Однако ее местонахождение внутри канона вызывало споры. В еврейском предании Кн.
' М.Н.Роре, Job. Anchor Bible, 3rd ed. (Garden City, N.Y.: 1979), pp.5f. Другие возможные параллели встречаются в аккадских текстах из Мари и Алалаха; см. W.F.Albright, "Northwest-Semitic Names in a List of Egyptian Slaves from the Eighteenth Gentry B.C.", JAOS 74 (1954): 222-233.
2Исключение - знаменитый экзегет из антиохийской школы, Феодор Мопсуестский (ОК.350-428).


ИОВ                                                                   511
Псалтири, Иова и Притчей почти всегда были связаны вместе, причем на первом месте стояла Псалтирь, а расположение Кн. Иова и Притчей могло меняться. В LXX местонахождение Кн.Иова не было постоянным - в одном из вариантов она помещена в конце Ветхого Завета, после Кн. Екклесиаста. Латинские переводы установили порядок, которого придерживается и английская (и русская) традиция: Кн.Иова, Псалтири, Притчей. В связи с тем, что действие Книги происходило предположи­тельно в эпоху патриархов и автором ее был Моисей, сирийская Библия помещает ее между Пятикнижием и Кн.Иисуса Навина. Эти различия объясняются неопределен­ностью по поводу даты и литературного жанра3.
ИСТОРИЧЕСКИЙ ФОН
Дата. По поводу даты написания Книги Иова нет согласия ни среди древних раввинов, ни среди современных ученых. Следы древности явно присутствуют в прозаическом прологе (1.1-2.13) и эпилоге (42.7-17): (1) отсутствие священства или святилища, Иов сам приносит свои жертвы (1.5); (2) его имущество, как и Авраама и Иакова, измеряется в овцах, верблюдах, волах, ослах и слугах (1.3; ср.Быт. 12.16; 32.5); (3) его земля подвергалась набегам грабительских племен (1.15-17); (4) про­тяженность жизни Иова - 140 лет - имеет себе равные только в Пятикнижии; (5) эпический характер прозаического рассказа имеет свои ближайшие параллели в Кн.Бытия и угаритской литературе: (6) древний праведник по имени Иов упоминается Иезекиилем в связи с Ноем и Даниилом4. (Иез.14.14, 20). Хотя автор мог сознательно придать рассказу такие черты, более вероятным представляется то, что он действи­тельно древний, дошедший, по преданию, из времен до 1000 г3.
Мало найдется ученых, которые бы датировали поэтические разделы (3.1-42.6) столь же ранним периодом. Черты сходства между Кн. Иова и Иеремии (ср.3.3-26 с Иер.20.14-18), второй половиной Кн.Исаии (особенно с песнью о праведном страда­нии, 52.13-53.12), Пс.8 (ср.Иов.7.17-18 с Пс.8.5-6 [МТ 6-7] и Притч. 8 (ср. 15.7-8 с Притч.8.22, 25) указывают на седьмой век или позднее6. Хотя в настоящее время стало модным датировать окончательное составление Книги периодом пленения или после него, для этого не существует каких-либо убедительных причин. Книга рас­сматривает личные, а не национальные страдания. Она говорит о том, что Бог волен причинять незаслуженную боль, а человек - принимать ее с готовностью, не теряя веры. Она не касается природы и пределов Божественного воздаяния, как это делают Книги Плача Иеремии и Аввакума. То, что в ней затрагиваются вопросы житейской мудрости, не обязательно означает, что она была написана после Книги Притчей;
3 Этот и другие технические вопросы см.в KH.E.Dhorme, A Commentary on the Book of Job,
trans.H.Knight (London: 1967), pp.vii-xii.
4 Упоминаемого здесь Даниила обычно связывают с угаритским героем Дан'елом, а не с
библейским персонажем, чья книга включена в собрание великих пророков. Акхтская легенда
описывает Дан'ела как царя, справедливого по отношению к вдовам и сиротам, см. S.B.Frost,
¦Daniel", IDB 1:761.
5 Свидетельства древности рассказа обсуждаются в кн. Pope "Book of Job", IDB 2:913f.:
cp.Albright, VTSb (1955): 13, note3
6 Олбрайт отмечает различия поэтического стиля и структуры между Кн.Иова и угаритской
поэзией и заключает, что автор Кн.Иова жил, по-видимому, в шестом или пятом веке; там же,
стр. 14.


;; i 2                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЫЛ
проблемы, с которыми столкнулся Иов, существовали задолго до их окончательной формулировки в Притчах. Все это, вместе взятое, делает предположение о том, что произведение было завершено между 700 и 600 г., вполне разумным7.
Ближневосточные параллели. Дополнительным свидетельством в пользу того, что Книга написана до пленения, является наличие рассказов о праведных страдальцах, которые существовали с древнейших времен. Такие рассказы относятся к учительной литературе высшего порядка, которая была умозрительной по характеру, нетрадиционной в подходе и касалась основополагающих вопросов8. Ни один из этих древних рассказов (см.гл.41) не является истинной параллелью Книги Иова. В лучшем случае, они демонстрируют, что с самого зарождения литературы людей интересовала загадка путей богов, особенно когда они касались человеческих страда­ний. Таким образом, загадка Иова имеет длинную цепь прецедентов, однако прямые предшественники отсутствуют. Различия в богословии, морали, тоне и настроении между Книгой Иова и ее предполагаемыми параллелями (напр., индийской легендой о Харисканре, шумерским повествованием "Человек и его Бог", аккадским "Лудлул Бел Немеки", вавилонскими теодициями, египетскими "Протестами красноречивого крестьянина" или Наставлениями Ипу-вера) столь разительны, что они указывают не на зависимость Кн.Иова от этих ранних документов, а на уникальность этого произ-всдения9:
"Книга Иова намного выше ее ближайших соперников по последовательности, с которой рассматриваются проблемы человеческого страдания, по объему много­гранного исследования этого вопроса, по силе и четкости открытого нравствен­ного единобожия, по характеристике главных действующих лиц, по высоте ее лирической поэзии и ее драматическому воздействию и по интеллектуальной цельности, с которой она рассматривает "непостижимое бремя" человеческого существования10".
Авторство Проявляя невероятную чувствительность к человеческим бедствиям, способность к грандиозному богословскому разумению, знакомство с обширными областями культуры и знания, способность постичь глубинную борьбу, происходя­щую внутри самоуверенных людей, и литературное искусство, автор Книги Иова скрывается в тени своего произведения. В истории литературы редко случается, чтобы какой-либо автор оставил столь знатное наследие без упоминания своего имени, обстоятельств жизни и поступков.
Несмотря на молчание автора о себе, некоторые предположения о нем представ­ляются разумными: (1) Он, вероятно, сам испытал нечто похожее на страдания Иова -сталь подлинным является его сочувствие. (2) Он, вероятно, получил избавление от своей боли в результате какой-то встречи с Богом, схожей с той, что столь мощно
7 Если Книгу Иова и можно связать с каким-либо событием до пленения, так это со смер­
тью Иосии в 609 г. (4 Цар.23.29-30). Его трагическая гибель от рук египтян, которая последо­
вала так быстро после его благочестивых реформ, несомненно, поколебала традиционные
представления о Божественном наказании и награде.
8 R.Gordis, The Book of Cod and Man (Chicago: 1965), p.53.
9   Обзоры   см.в   кн.Pope,  Job,   p.LVI-LXXI;   F.I.Andersen,   Job.   Tyndale   Old  Testament
Commentary (Downers Grove: 1976), pp.23-32.
'   Andersen, там же. р. 32..


ИОВ
описана в речах Яхве из бури (38.1-41.26; ср.Пс.72.17.). (3) Он, вероятно, был близко знаком с техникой и традицией учительства, на что указывают как тема, так и литературные приемы. (4) Его страдания, вероятно, вызвали у него несогласие с традиционной мудростью, которая учила об абсолютности воздаянии внутри богоустановленного миропорядка - благословение всегда есть плод праведности, страдание всегда - следствие греха. (5) Он, вероятно, был израильтянином, на что указывает его взгляд на Божественный суверенитет, призыв к Божественной справедливости и безупречный кодекс нравственного поведения (31.1-40). (6) Он, вероятно, использовал неизраильское обрамление страны Уц (либо южный Едом, либо восточный Галаад) как ввиду того, что это был источник древнего рассказа, так и потому, что такое страдание - бедствие общечеловеческое. (7) По хорошей еврейской традиции он, вероятно, хотел поделиться своим опытом, чтобы укрепить своих друзей и/или учеников на случай будущих страданий еще более искусно, чем это делали его товарищи мудрецы в Пс.36,48 и 72.
СТРУКТУРА
Развитие сюжета Книги. Хотя споры о единстве Кн.Иова (см.ниже), возможных источниках и предпосылках различных ее частей продолжаются, следует рассматри­вать основную мысль и развитие сюжета в их законченной форме. О. Кайзер при­водит аналогию К. Будде между развитием такого шедевра и сооружением средне­вековых соборов, часто создаваемых в течение нескольких веков. Эти массивные святилища вызывают глубокое восхищение своей законченной архитектурной' формой, в которую вносило свой вклад каждое последующее поколение, и "восстановление первоначального плана... было бы варварством"11. Расчленение Книги Иова на составные части может затруднить понимание ее идеи. Беглый взгляд на литературную структуру Книги выявляет:
Пролог (проза)                                         гл. 1 -2
Плач Иова (поэзия)                                 гл.З
Диалог между Иовом и друзьями        гл.4-27 (поэзия) в трех циклах: Елифаз (Иов отвечает каждому) Вилдад Софар
Поэма о премудрости (поэзия)               гл.28
Жалоба Иова (поэзия)                              гл.29-31
Речи Елиуя (поэзия)                                 гл.32-37
Речи Яхве (поэзия)                                   гл.38-42.6
Эпилог (проза)                                           гл.42.7-17
Форма построения А-Б-А (проза-поэзия-проза). Главный диалог, сердцевина произ­ведения, обрамлен плачем и жалобой Иова, давая ему первое и последнее слова в его разговоре с друзьями. Речи Елиуя и Яхве, которые пытаются решить проблему, нарочно нарушают симметрию, чтобы привлечь внимание к своему вмешательству и. таким образом, подчеркнуть неспособность основных участников найти решение.
" Kaiser, Introduction, p.391.


514                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗА BETA


с**-*, 


«.¦¦
Стоянка бедуинов, подобная пастушескому пейзажу рассказа об Иове.
Более детальный взгляд на роль каждого раздела и его связь с целым позволяет выявить:
(1)   Действие  в  двух  планах:   процветание  Иова  и  Божественное   испытание
(прозаический пролог, гл. 1-2). Действие происходит то в земле Уц, где Иов живет в
целомудрии и благочестии, как в дни процветания (1.1-5). так и во время беды (ст. 13-
22; 2.7-13), то при дворе Яхве, где сатана (см. ниже) побуждает Яхве испытать Иова
(1.6-12; 2.1-6). Драматический контраст (трагический переход) обостряет пафос и
высвечивает положение Иова - коренное изменение его жизни от обладания идеаль­
ной семьей и обширными владениями к нищете, болезни и одиночеству ( 1 .1 -5; 2.7-
8). Повторы, отточенные, но, тем не менее, мощные, усиливают ощущение муки и
беспокойства - однообразное описание непорочности Иова (1.1, 8; 2.3), монотонное
повествование о приходе сатаны, его разговоре с Яхве и его уходе (1.6-8; 2.1-6; ср.
1.126; 2.7а); трагический рассказ вестника (1.16-17; 2.3), итог испытаний Иова (1.22;
2.106).
Пролог играет большую роль в развитии сюжета. Он подготавливает сцену для всех последующих разговоров и показывает читателям замысел Книги, в то же время скрывая его от Иова, который видит лишь то, что происходит в Уц, и не знает ничего о том, что происходит на небесах. Он показывает, что дело идет не только о чести Иова, но и о чести Господа - Его уверенность в Иове позволяет идти на риск - и что Бог более заинтересован в том, оправдает ли Иов эту уверенность, чем в сохранении Его собственного спокойствия. Он описывает власть Божию над сатаной, который не может повредить Иову без разрешения Бога (1.12; 2.6), и, отдавая должное сильной вере Иова в Яхве (1.21-22; 2.9-10), сознательно вызывает напряженность последую­щими разговорами. Он представляет трех друзей как сочувствующих утешителей, подготавливая, таким образом, последующий острый конфликт.
(2) Судьба хуже смерти: Иов в отчаянии, а Яхве молчит (поэтический плач, гл.З).
С безысходностью, сравнимой лишь с более коротким плачем Иеремии (Иер.20.14-
18), Иов проклинает свое рождение (Иов.3.1-10) и изливает свои жалобы (ст.11-26).
Контраст с его благочестием в прологе разителен. Автор намеренно отказывается
смягчить его какими-либо объяснениями или   переходами. Используя   характерную


ИОВ                                                                    515
семитскую гиперболу, он обнажает всю человеческую сущность Иова. Боль потери улеглась, и весь ужас его положения обрушивается на него. Иов видит свою жизнь лишенной всех признаков Божественного благословения, следовательно, всех источ­ников радости.
Хоть это не говорится открыто, но ясно, что Бог стал его врагом: кто же как не Он ответствен за само его выживание, оказавшееся под вопросом!? Его нападки на творческую силу и провидение Бога задают тон последующему диалогу. Сама вера Израиля и история его не дают утешения - о них автор сознательно умалчивает: "Иов ведет свою борьбу с Богом в полной изоляции, совершенно лишенный общества или спасительной истории"12.
(3) Утешение, более болезненное, чем осуждение: три обвинителя и один защит­ник (поэтический диалог, гл.4-27). Здесь гений автора сияет как в деталях, так и общем исполнении. Разговорная форма, причем каждый из друзей говорит 2-3 раза, расцвечивает спор повторами и разнообразными оборотами. Каждый друг говорит с различной точки зрения: — Елифаз - тонкий мистик (гл.4-5,15,27; особ.4.12-31), Вилдад - твердый традиционалист (гл.8, 18,25; особ.8.8-10), Софар - безрассудный догматик (гл.11, 20; особ. 11.5-6)13. Суть всех речей одна и та же: не зная о небесном испытании, описанном в прологе, каждый призывает Иова покаяться в грехе, кото­рый, вероятно, вызвал его страдания (Елифаз, 4.7-11; 15.12-16; 22.21-30; Вилдад, 8.3-7; Софар, 11.13-15).
В своих ответах Иов упорно отстаивает свою невиновность (6.24-25; 9.15, 20-21; 13.18, 23; 23.7, 10-12; 27.2-6), хотя иногда он желает смерти (6.8-13), упрекает своих друзей в предательстве (ст-14-23), оплакивает свое униженное положение (7.1-6), сетует на Бога за свои страдания (ст. 11-21), отчаивается в способности выиграть спор с Богом (гл.9), размышляет о силе и тайне путей Божиих (12.7-25), молит о возмож­ности представить свое дело лично перед Богом без вмешательства друзей (13.3-28), описывает жестокость Божию, которую следует отметить (16.6-22; гл. 19), утвер­ждает, что Бог не всегда следует установленным нормам справедливости, иногда позволяет процветать беззаконным, трепещет от мысли о Его неуловимом, но гроз­ном присутствии (23.3-17). Повтор накаляет спор докрасна и, таким образом, на­гнетает ощущение тревоги и заостряет внимание читателей на рассматриваемых вопросах. Разговорная форма (диалог) указывает на то, что страдания требуют взаим­ности: понимание их облегчает, а его отсутствие делает нестерпимыми. Ответы Иова, часто в форме жалоб-псалмов (напр., 9.15-35; 13.23-28; 16.6-17), показывают, что, хотя он не согласен с догмой своих друзей, основной спор у него с Богом, Который, как ему известно, ответствен за все. Иов не утверждает, что он безгрешен, а лишь то, что его страдания далеко превосходят любой грех, который он мог совершить. Его ответы не всегда связаны с предыдущей речью, а могут возвращаться к более ранним вопросам или аргументам (напр., Иов в 9.3-4, 15-24 говорит после Вилдада, однако на самом деле отвечает на вопрос Елифаза: "Человек праведнее ли Бога?" [4.17])14.
Изящная поэзия, с ее равновесием, параллелизмом, сжатостью .чувствительно­стью к звуку и богатым воображением, придает диалогу силу и вместе с тем сдержан-

  1. G.von Rad, Old Testament Theology, ТМ2.
  2. По поводу структуры третьего цикла (гл.22-27), которая в своей современной
    форме не содержит речи, приписываемой Софару, см,ниже.
  3. D.Robertson, The Old Testament and the Literary Critic, (Philadelphia: 1977), p.41.

.S i d                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
кость. Несмотря на круги повторов, энергичные нападки друзей и усиленные попытки Иова оправдаться, диалоги не приводят к решению; мнения все более и более расходятся, и единственная надежда - на помощь извне.

  1. Вставка со смысловой нагрузкой: размышления о тайне премудрости (хвалебная
    песнь, гл.28). Это величественное описание вершин премудрости и невозможности их
    достичь человеческими Средствами, - по-видимому, авторское отступление. Если это
    часть  речи   Иова,   которая  началась  в  27.1,  то  ее,   вероятно,   следует  толковать
    иронически. Иов боялся Бога (28.28; ср. 1.1, 8; 2.3), однако это оказалось бесполезно!15
    Если же это целенаправленная вставка, то ее следует приписать автору окончательного
    текста, который использует ее, чтобы завершить одну часть Книги и подготовить почву
    для следующей. Как бы отражая тупик, в который зашел бурный диалог, он размышляет
    о неспособности человека найти, приобрести или разглядеть истинную премудрость без
    Божественной помощи. Вот итог Книги до этого момента: ни Иов, ни его друзья не
    нашли решения. Указывая на необходимость Божественной помощи ("Бог знает путь ее
    [премудрости], и Он ведает место ее", 28.23), он предваряет речь из бури.
  2. Протест против небес: злосчастное падение Иова и его доказательство своей
    невиновности (поэтическая жалоба, гл.29-31). Искусно продлевая напряжение, автор
    дает Иову еще одну возможность изложить свое дело. Иов делает это тремя способами,
    фактически,  подводя  итог Книги до сего места. Во-первых,  он вновь обозревает
    события  в земле Уц, описывая случившуюся с ним  перемену от благословения и
    уважения (гл.29) до издевательств и мучений (гл.30). Затем он клянется в невиновности,
    описывая свои нравственные и религиозные добродетели в кратком прозаическом
    рассказе (1.1, 8; 2.3) и дополняя его обширными подробностями (31.1-34). И, наконец,
    он вновь высказывает желание, чтобы его дело против Бога вновь было выслушано,
    подкрепляя его тем, что он готов понести проклятие, если его вина будет доказана
    (ст.35-40). В этот критический момент, когда автор уже подошел к решению вопроса,
    Иов подтверждает свою основную тему: он не сделал ничего, что могло бы оправдать
    его страдания; следующий шаг зависит от Бога - либо оправдать Иова, либо уничтожить
    его.
  3. Упрек и урок, попытка Елиуя поправить Иова и его друзей (поэтическое рас­
    суждение, гл.32-37, с прозаическим вступлением, 32. 1-5). Все развитие сюжета до этого
    момента указывают на то, что вопрос может разрешить только Сам Бог. Друзья уже
    "выстрелили" всю обойму своих доводов; пыль последней вылазки Иова уже улеглась;
    читатель готов теперь слышать Самого Бога.  Вместо этого,  намеренно выдержав
    некоторое напряжение, автор неожиданно вводит новую фигуру. Ирония выражена
    даже в его имени - Елиуй ("он (есть)Бог"). Имя его, может, и божественное, но подход
    его к вопросу такой же человеческий, как и у остальных.

Несмотря на единодушие ученых по поводу того, что речи Елиуя были вставлены после того, как основное произведение было завершено, они играют значительную роль и развитии сюжета Книги. Оттягивая кульминацию, они усиливают напряжение. Повторяя аргументы Иоза (33.8-13) и ответ его друзей или предлагая свой собствен­ный, они углубляют понимание вопроса'6. Речи показывают, что молодая мудрость,
15 Такое саркастическое толкование гл.28 приводит Робертсон, там же, р.46. lfc Gordis, The Book of God and Man, p. 105, отмечает, что основные жалобы Иова на Бога -невинное слрадание,  несправедливое преследование, отказ услышать- рассматриваются в


ИОВ
несмотря на многословие17, столь же малоэффективна, как и старая. Они развивают тему, кратко изложенную Елифазом (5.17), что страдания могут играть дисциплинар­ную и очистительную роль в Божественном провидении (33.14-30; 36.8-12)'8. Порицая самонадеянное пренебрежение Иова к путям Божиим (35.16; ср.38.2) и про­возглашая величественную власть Бога над всем творением как свидетельство Его надежности в вопросах справедливости (34.12-15; 36.24-37.24), эти места подготав­ливают почву для голоса Божиего19. Они являются окончательным свидетельством неспособности земных существ постичь небесные тайны; как и другие, Елиуй не знал о споре между Яхве и сатаной.
(7) Голос, заставляющий умолкнуть споры: откровение Яхве о Его силе и славе (поэтическое рассуждение, 38.1-42.6). На протяжении всей Книги источник проблем Иова - Бог, хотя суровые догматические доводы друзей страдальца усиливают его переживания. Елифаз, Вилдад, Софар и Елиуй - все пытались говорить от имени Бога, чтобы прояснить его сомнения и ослабить его внутреннюю борьбу. И все до одного потерпели неудачу. Наконец, настала очередь Яхве.
Божественное присутствие взрывает тишину в земле Уц со всею силою бури (38.1). Как будто сам Бог, наскучив изворотливостью и оттяжками автора, проносится мимо него, чтобы предстать пред Иовом во всей своей невероятной мощи и прямоте. Эта картина противостояния заслуживает нескольких замечаний: (а) На Иова обрушивается кажущийся нескончаемым поток риторических вопросов, которые несут в себе ответы, оставляя его беззащитным, (б) Яхве являет Иову свои чудеса творения (38.4-11), жизненные циклы, времена года и космический миропорядок (ст. 12-38), тайны жизни животных и птиц (38.39-39.30), - как убедительные вселенские подтверждения Божественного суверенитета, повелевающего всей дейст­вительностью, включая и жизнь Иова, (в) То, что эта сила относится и к истории Иова, подразумевается лишь тогда, когда Бог вопрошает, способен ли Иов также производить праведный суд в истории (40.1-4). (г) Яхве не дает прямого ответа на недоумение Иова, не открывая ни его причины, ни испытания сатаны, (д) Арсенал аргументов Яхве подтверждает худшие опасения Иова по поводу того, что могло случиться, если бы они встретились: "Если захочет вступить в прение с Ним, то не ответит Ему ни на одно из тысячи... Если действовать силою, то Он могуществен!" (9.3, 19). (е) Характерный прием - повтор, который используется для усиления впечатления от картины богоявления и чтобы еще сильнее подавить Иова, доведя его до безмолвного подчинения (40.3-5; 42.1-6): вторая речь Яхве посвящена двум
обратном порядке: отказ услышать (ст. 11-30), несправедливое преследование (34.1-30), невин­ные страдания (ст.31 -37).
17    Молодость Елиуя, ст.б-10, может служить объяснением того, почему он не упомянут в
прологе; возможно, он сопровождал других на правах ученика и рассматривался как свита,
недостойная упоминания.
18    Согласно Гордису, Елиуй считает, что страдание частично служит "предупреждением
праведных не только против настоящих и явных грехов, но и против возможных поступков и
тайных помыслов"; The Book of God and Mart, pp.!i3f. Хотя данное толкование, возможно, и
является богословски основательным, слова Елиуя, видимо, предполагают действительный
грех - особенно самонадеянность, что также подчеркивает Гордис (р. II 4).
19    Даже по литературной форме рассуждения Елиуя о славе Божественной мощи напо­
минают речи Яхве, особенно по использованию риторических вопросов (см.37. i 5-20; 38 SI-
35).


518                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
существам - бегемоту (40.10-19) и левиафану (крокодилу? 40.20-41.25 [МТ 40.25-41.26]), чьи повадки находятся вне человеческого понимания; первая речь, словно, широким взглядом окидывает вселенную, не вдаваясь в подробности какого-либо одного явления, (ж) Последние слова Иова - те, которым он так сопротивлялся в течение всего напряженного и утомительного спора с друзьями: "Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле" (42.6)20. (з) Иов раскаивается, ибо признал не то, что страдание его заслужено грехом, а что роптал против, недостаточно близко познав Его (ст. 3-6). (и) Ответ пришел не столько в результате узнавания чего-то нового, а потому, что у Иова установились новые отношения с Господом вселенной: "теперь же мои глаза видят Тебя" (ст.5). Многое из того, что друзья и Елиуй говорили о Боге, является правдой, однако слушать о Нем не есть то же самое, что встретиться с Царем небес, -"почему" для страдальца менее важный вопрос, чем "Кто".
(8) Оправдание едва ли необходимо: Бог восстанавливает доброе имя, богатство и семью Иова (прозаический эпилог, 42.7-] 7). Ибо то, что Иов признал огромную разницу между премудростью и властью Бога и своим собственным невежеством и бренностью, и было нужно Богу- Испытание пройдено, и спор с сатаной выигран — но лишь в результате титанической борьбы и огромных усилий. Вера Иова, сильная уже вначале, очищена, как золото, огнем несчастий, непонимания и сомнений. В эпилоге автор заставляет этот золотой характер сверкать в лучах Божественного благословения: оправдание Иова начинается с повторного осуждения трех друзей (ст.7-8)2', осуждения, пронизанного иронией, особенно когда Бог говорит, что они рассуждали о самой сущности благочестивой мудрости "не так верно", как Иов (ст.8). Кроме того, Бог назначает Иову исполнить пророческую и священническую роль ходатая, на­поминающую его первоначальное служение за своих детей (ст.8; ср. 1.5). Это оправ­дание - великодушное проявление милости: Бог прощает друзей, восстанавливает имущество и семью Иова (40.10, 12-15), продлевает его жизнь и умножает его благо­получие (ст. 16-17)22. В свою очередь, Иов следует примеру Божественной милости, молясь за друзей, изводивших его своими аргументами (ст. 10) и проявляя щедрость по отношению к дочерям (ст. 15)23. Оправдание подтверждается честью, которую
20   Дж.Б. Кертис предлагает противоположное толкование 42.2-6, заключая, что Иов был
далек от покаяния и выразил в своих словах презрение и отвращение к Богу, Который Своей
мощью подавил его и не ответил на призыв к справедливости. Такое толкование до такой
степени не гармонирует с последующим эпилогом, что трудно предположить, как можно их
совместить; "On Job's Response to Yahweh", JBL 98 (1979): 497- 511.
21   Подразумеваемый смысл этого осуждения, см.ниже.
22   Это двойное восстановление имущества Иова, особенно его скота (ст. 10, 12), может со­
держать в себе скрытый юмор - израильский закон требовал от вора возмещения причиненного
убытка в двойном размере за воровство волов, ослов или овец (Исх.22.4 [МТ 3]). Некоторые
переводы, следуя за Таргумом (IIQtgJob), видят в слове sib'ana (42.13) двойственную форму
("дважды семь") и приписывают Иову по восстановлении четырнадцать сыновей.
23   Включение дочерей в наследство представляется примечательным ввиду израильского
закона (Числ.27.8), по которому дочь могла наследовать имущество отца лишь в случае отсут­
ствия наследника-сына. Кроме того, недавние исследования жизни кочевников на древнем
Ближнем Востоке дополнили ранее существовавший взгляд, основанный, в основном, на
взглядах арабов на кочевников-бедуинов. Новые теории говорят о тесном сотрудничестве
между оседлым земледельческим населением и скотоводами, сезонно двигавшимися в степи в
поисках  пастбищ.   Поселяне  и   скотоводы   были   составными   частями   одной   племенной
общности. Краткое, но тщательное резюме этой теории и поддерживающих ее свидетельств


ИОВ                                                                    519
оказали ему родственники, и состраданием, проявленным ими по отношению к Иову, в тот момент они пришли исполнить роль, предназначенную друзьям (ср.ст. 11 с 2.11). Оно завершает развитие сюжета описанием восстановления Богом достояния Иова до степени, превосходящей его первоначальное состояние, указанием на неизменность Бога, признавшего то, что Иов выдержал испытание, опроверг уверенность друзей, что падение Иова было связано с грехом, и показал, что нищета не обязательно более праведное состояние, чем благополучие. Это оправдание основано на силе Бога24, Который Один ответствен как за бедствие, так и за восстановление, и оно возвещает слово милости как своей формой, так и содержанием. Бог оставляет небесный двор и спускается к куче пепла в Уц, чтобы простить доктринерское мудрствование и вос­становить состояние неотступно преследуемого напастями Иова, которого Он любяще и поощрительно называет Своим рабом (ст.7-8; ср. 1.8; 2.3).
Единство Книги. Если данный анализ развития сюжета и замысловатых связей его составных частей, по существу, верен, то вопрос о единстве решен положительно. Тем не менее, кое-какие краткие комментарии могут быть полезны в выявлении и возможном разрешении некоторых проблем композиции Книги:
(1) Взаимоотношения прозаических пролога и эпилога с поэтическими разделами
объясняют по-разному. Большинство ученых отвергают мысль о том, что поэма была
написана первой, а прозаические части добавлены позже. Без предваряющего рассказа,
в котором изложены предпосылки, диалоги понять сложно, и они ведут в никуда без
завершающего эпилога. Более вероятна теория, кратко описанная выше, согласно
которой  автор  заимствовал  прозаический рассказ  и  приспособил  его  для  своих
собственных   богословских,   а   возможно,   и   личных   переживаний,   описанных   в
поэтических разделах25.
Хотя некоторые моменты пролога и эпилога вроде бы диссонируют с тоном поэзии, это не обязательно портит единство Книги: (а) полукочевую жизнь, описанную в прологе, можно примирить с сельскими (31.8, 38-40) или даже городскими картинами (19.15; 29.7), если допустить, что Иов зимовал в городе недалеко от своей земли, а в другие времена года следовал за своими стадами26; (б) различия в настроении и ответах Иова между прологом и диалогами можно объяснить прошествием времени и раздражением, вызванным необдуманными ответами друзей.
(2) Третий цикл диалогов (гл.22-27) представляется неполным: речь Вилдада не­
обычно коротка (25.1-6); часть ответа Иова больше похожа на речь Вилдада (25.5-14); и
последние стихи ответа Иова, описывающие ужасную участь богатого беззаконника и
его  семьи  (27.13-23),  могли  первоначально  принадлежать  Софару.   Вопрос  здесь
заключается не в нескольких авторах, а том, что эта часть рукописи была, по-види-
CM.W.G.Dever "The Patriarchal Traditions", pp. 102-117 in J.H.Hayes and J.M.Miller, eds., Israelite and Judaean History.
24To, что сатана не упомянут в эпилоге, равняется томам, написанным о Божественном суверенитете, даже в человеческих несчастьях.
Схема проза-поэзия-проза (А-Б-А) сама по себе не признак отсутствия единства. Обратите внимание на кодекс Хаммурапи с его последовательностью поэзия-проза-поэзия (пролог-законы-эпилог) и лингвистический рисунок Книги Даниила: еврейский-арамейский-еврейский.
26S.Terrien, /5 3:886.


520                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
мому, повреждена и неправильно воссоздана в ранний период ее существования27. Согласно другому объяснению, усеченный цикл мог быть "средством, при помощи которого автор показал, что спор оборвался"28, либо ввиду победы логики Иова, либо ввиду разочарования из-за его упрямства.

  1. Поэма о премудрости (гл.28) часто рассматривается как более позднее добав­
    ление29. По современному местонахождению текст приписывается Иову, однако он
    представляет собой такое изменение в его раздраженном настроении, что его можно
    толковать лишь как сарказм (см.выше). Тем не менее, как эта поэма, так и заключи­
    тельные речи Яхве говорят о человеческой неспособности раскрыть тайны Божий.
    Поскольку тон и содержание поэмы не соответствуют ни словам Иова, ни речам его
    утешителей, лучше всего рассматривать ее как собственную вставку автора, рас­
    считанную на то, чтобы снять напряжение и поразмышлять о несостоятельности
    обеих спорящих сторон30.
  2. Вторую речь Яхве (40.1-41.26) часто рассматривают как позднее добавление в
    связи с тем, что ей, якобы, не хватает блеска, она лишняя (Иов уже прекратил
    спорить; 39.33-35) и сосредоточена всего лишь на двух животных31. Высказываясь в
    защиту единства двух речей Яхве и их роли в Книге, П. Скехэн утверждает, что
    первая речь (гл.38-39) сознательно рассчитана служить ответом на первую часть
    заключительного монолога Иова (гл.29-30), в то время как вторая речь (40.2-41.26) по
    содержанию   и  длине  должна  соответствовать  второму  разделу  монолога  Иова
    (гл.З I)32. Гордис подтверждает единство двух речей, говоря, что описания бегемота и
    крокодила, которые угодны Богу, несмотря на их отталкивающий для человека вид,
    поддерживают "точку зрения о том,  что  человек,  со своей антропоцентричной
    позиции, не может судить вселенную и ее Создателя"33. Вторая речь может по­
    казаться чрезмерной для западного уха, не привыкшего к еврейским повторам для
    нагнетания напряжения34. Нарастающие длинноты описания животных (коня, 39.19-
    25; бегемота, 40.10-19; крокодила, 40.20-27 [МТ 40.25-41.26]) часть художественных,
    средств; умножение деталей рассчитано на то, чтобы подавить Иова и заставить его
    сдаться35.

27   Gordis, The Book of Job (New York: 1978), pp.534f, рассматривает этот цикл и его наи­
более вероятную реконструкцию; его взгляд на поврежденный текст см.р.547.
28   Andersen, Job, p.34.
29   Напр., A.Robert и A.Feuillet, Introduction, pp.425 f.: "Обращение к премудрости - это,
видимо, вставка... Можно даже сказать, что эта тема не связана с какими-либо утверждениями
Иова или его друзей". CM.H.H.Rowley, Job. NCBC (Grand Rapids: 1980), pp.l2f.
30   Andersen, Job', Dhorme, A Commentary on the Book of Job, pp.xcvii-xcviii; и Gordis, The
Book of Job,
pp.536-38. Дорм предполагает, что автор написал эту поэму и речи Яхве позже и
вставил их в уже написанную Книгу, а Гордис считает, что автор написал поэму на более
раннем этапе своей жизни, а затем включил ее в Книгу.
31  Rowley, Jo6,p. 13.
"Job's Final Plea (Job 29-31) and the Lord's Reply (Job 38-41)", Bibl 45 (1964): 51-62.
33   The Book of Job, p.558.
34   Обратите внимание на то, что ответ Иова, в котором он обещает молчание (39.33-35),
еще не то полное раскаяние, которого желает Бог, и поэтому возникла необходимость второй
речи.
35   Andersen, Job, p.49.


ИОВ                                                                    521
(5) Речи Елиуя вызвали больше ученых спорса, чем любая другая часть Книги Иова. Взгляд О. Эйсфельдта типичен: "Эти речи вопиющим образом нарушают художественную структуру первоначальной Книги"36. Одним из доводов, обычно приводимых в поддержку такого мнения, является то, что Елиуй не упоминается в прологе или других местах Книги до своего появления на сцене. Такое упущение можно объяснить двояко: (1) он входил в состав свиты утешителей или был одним из их учеников и поэтому не упомянут отдельно37; (2) упоминание о нем сознательно отложено, чтобы увеличить неожиданность и усилить напряжение, произведенное его речами.
Ввиду длины и силы его речей, необходимо признать примечательность того, что в эпилоге ничего не говорится о вмешательстве Елиуя. Возможная причина этого -то, что его речи восхваляли чудесные тайны Божий и упрекали Иова с меньшей злобой, чем догматизм его друзей, и поэтому он не нуждался в прямом осуждении. Речи Елиуя могли быть добавлены автором позже, без согласованности деталей, не­обходимой при его введении в эпилог, который уже был написан38.
Считают, что стиль Елиуя заметно отличается от стиля остального диалога. До­воды, основанные на использовании имен Бога (напр., Эл, Яхве, Элоах, Эль-Шаддай) или, якобы, на наличии арамейских слов, достойны внимания, однако не убедительны. Различные темы и обстоятельства могут требовать даже от одного и того же автора употребления различных слов. Одним ключевым элементом стилисти­ческого сходства с остальной Книгой является использование Елиуем цитат в качестве обоснования своих собственных замечаний (напр., 33.8-11; 34.5-6; ср.42.3-4а). Это может указывать на один из замыслов автора: пересмотреть и повторить ключевые аргументы Иова с тем, чтобы подготовить почву для заключительных речей Яхве.
Хотя обсуждение единства и целостности Книги Иова будет продолжаться, все большее число ученых приходят к выводу о том, что Книга лучше всего поддается пониманию не расчлененной на части, каждая из которых имеет свою собственную историю, а когда она изучается в своей окончательной форме с целью понять по­слание, содержащееся в ней в ее настоящем виде. Заключение Гордиса вполне под­ходящее: "Таким образом, Книга предстает (в результате многосложной работы автора) в виде великолепно сложенного единства, произведения одного автора, об­ладающего непреходящей гениальностью как художник слова и как религиозный мыслитель, которому равный вряд ли есть во всей истории человечества"29.
Ни богодухновенность произведения, ни его авторитет как Писания от единства не зависят. Святой Дух вполне может осенять редакционный процесс, точно так же, как Он осеняет труд первоначального автора. Именно результат богодухновенности приковывает внимание и вызывает повиновение, даже если процесс написания скрывается в тумане древности.
м Old Testament, p.457.
37    Пролог указывает на то, что трое друзей прибыли издалека и должны были установить
время и место встречи (2.11) перед тем, как идти к Иову.
38    Такой точки зрения придерживается Gordis, The Book of God and Man, pp.HOf. Д.Н.
Фридмен приписывает речи Елиуя автору, однако их добавление в текст - позднейшему
редактору; "The Elihu Speeches in the Book of Job", HTR 61 (1968): 51-59.

39The Book of Job, p.581.

522                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
ЛИТЕРАТУРНЫЕ СООБРАЖЕНИЯ
Жанр. К какому жанру относится Книга Иова? Как видно из приводимых ниже жанров, убедительного ответа на этот вопрос не существует.

  1. "Жалоба и примирение" иногда определяется как отдельный жанр, следуя
    структуре вавилонского Лудлул Бел Немеки. Г. Гезе выявил три составные части
    этого жанра: рассказ о страданиях; плач; божественное вмешательство для исцеления
    страдальца40. Основная слабость этого предположения - то, что оно не объясняет
    главного в Книге в ее нынешней форме — спор с друзьями.
  2. С.Вестерманн41 и другие предполагают, что костяк Книги Иова составляют
    псалмообразные плачи (жалобы). Эта теория считает, что Книга Иова - не типичное
    рассмотрение страданий, чего можно было бы ожидать от учительной литературы, а
    более мучительное и личное исследование42. Вестерманн сделал хорошее дело, под­
    черкнув многочисленные параллели между речами Иова и псалмами личных жалоб.
    Однако роль пролога и эпилога, а также советы друзей заметно отличают Книгу от
    более простых и стереотипных псалмовых форм43.

(3) Б.Гемсер и другие считают, что ключ к форме Книги - юридический диспут:
"Формально ее легче всего понять, отождествив с протоколом судебного раз­
бирательства rib (юридический спор или обвинение) между Иовом и Вседержите­
лем, в котором Иов выступает истцом и обвинителем, друзья Иова выступают в
роли свидетелей, а также соответчиков и судей, в то время как Бог выступает Об­
виняемым и Ответчиком, однако, в основе основ, Он - окончательный Судья как
Иова, так и его друзей44.
Взгляды Гемсера на возможную связь с юриспруденцией полезны, однако категории спора недостаточны для описания структуры и силы произведения в целом.
(4)   В качестве школьного учебника Книга представляла бы попытку учителя
убедительно ответить на вопросы своих учеников о "Божественном надзоре над
праведными и беззаконными"45. Такой подход представляется гораздо более умест­
ным по отношению к дидактическому стилю Пс.Зб, чем к одухотворенному спору
Книги Иова. Кроме того, существует так мало свидетельств наличия таких   школ в
40   Lehre and Wirtlichkeit in der alien Weisheit (Tiibingen: 1958). Н.Г. Снейт также использует
эту схему для реконструкции трехступенчатого развития текста: (а) пролог и эпилог (без
упоминания о друзьях), монологи Иова (гл.З, 29-31), просьба о прощении (39.33-35) и речи
Яхве (гл.38-41); (б) рассказ о друзьях (2.10-13; 42.7-10) и диалог (гл.4-28); и (в) речи Елиуя
(гл.32-37); The Book of Job: Its Origin and Purpose. SBT, 2nd ser. 11 (Naperville: 1968).
41    The Structure of the Book of Job, transl.C.A.Muenchow (Philadelphia: 1981).
42    Фон Рад находит, что диалоги - это не "дискуссионный спор", а "жалобы, с одной
стороны, и пастырские слова утешения, с другой"; Wisdom in Israel, p.209. Обратите внимание
на слова Дж.А. Согина: "Книга Иова - не только произведение учительной литературы, но и
драматическое представление литературного жанра "индивидуального плача" в яркой форме";
Introduction, p. 389.
43   CM.G.Fohrer, обзор KH.Westermann, DerAufiau des Buches Hiob, VT 7 (1957): 107-1 II.
43 B.Gemser, "The Rib- or Controversy-Pattern in Hebrew Mentality", VTS 3 (1955): 135. Этот взгляд частично основан на KH.L.Kohler, Hebrew Man, trans.P.K.Ackroyd (Nashville: 1956), в которой, частично на основании Книги Иова, реконструированы древнеизраильские судебные процедуры.
45 М.В.Crook, The Cruel God Job's Search for the Meaning of Suffering (Boston: 1959), p.5.


ИОВ                                                                   523
Израиле, что большой осторожности требует принятие этого взгляда, строящего теорию на нетвердом основании другой теории46.

  1. Как философский спор Книга Иова могла быть построена по образцу диалогов
    Платона47.  Однако, тонкие рассуждения  и теоретические  аргументы  греческого
    симпозиума стоят далеко от напряженного личного и богословского спора на куче
    пепла в земле Уц.
  2. Часто предлагают рассматривать Книгу как трагедию по греческому образцу48.
    По крайней мере, два фактора восстают против какого-либо сравнения с греческой
    драмой: полное отсутствие какого-либо театрального элемента в богослужении и
    развлечениях у древних евреев до второго века до Р.Х.  и огромная разница в
    содержании  между безразличной,  хотя  часто  и  злой  судьбой,  и  нравственным
    пороком,  которые  стояли  в  центре  греческой трагедии,  и  напряжением  между
    Божественной свободой и цельностью Иова, которое властвует над всей Книгой.
  3. Книгу Иова можно определить как комедию в силу того, что "она передает
    чувство несообразности и иронии; и... ее основной сюжет, в конце концов, приводит
    к счастливому для героя окончанию"49. Хотя это представляется привлекательным,
    еще предстоит доказать, что такие комедийные элементы были распространены на
    Ближнем Востоке в течение первого тысячелетия.
  4. Притчевую форму (евр. masal) предлагал еще раввин Симеон бен-Лакиш (II в.
    от Р.Х.), который полагал, что Иов - вымышленный персонаж, чей рассказ был на­
    писан для преподнесения духовного урока50. Действительно, речи Иова иногда на­
    зываются masal (21.1, 29.1), а его опыт явно рассчитан на духовное наставление51.
    Однако применение жанра притчи к характеристике такого сложного рассказа, как
    книга Иова, может ввести в заблуждение, поскольку обычно к нему относятся крат­
    кие, меткие рассказы, касающиеся одного конкретного вопроса.

(9)  Еще одно  часто  выдвигаемое  предположение:  книга относится  к жанру
эпической истории. Андерсен находит сходство между Книгой Иова и историями
патриархов, Моисея, Давида и Руфи и приписывает ей четыре характеристики:
систематичность приведения фактов; объективность в описании действий персона­
жей, без проникновения в глубь их эмоций; воздержание автора от нравственных
суждений; и концентрация на речах, раскрывающих положение и веру персонажей52.
Ни один из этих других "эпосов" не содержит речей такой длины, силы и напряжен­
ности, как книга Иова.
46    Рассмотрение свидетельств за и против существования школ см.в KH.R.N.Whybray,
BZAW 135 (1974): 33-43.
47   Напр., C.Fries, Dasphilosophische Gesprach worn Hiob bis Platon (Tubingen: 1904).
48   H.M.Kallen, The Book of Job as a Greek Restored (New York: 1918); cp. R.B.Sewall, The
Vision of Tragedy, 2nd ed. (New Haven: 1980), pp.9-24.
49    J.W.Whedbee, "The Comedy of Job", Semeia 7 (1977): 1; см. J.A.Holland, "On the Form of
the Book of Job", Australian Journal of Biblical Archaeology 2 (1972): 160-177. Взгляд, сходный с
этим, однако отрицающий счастливое окончание, см.слова Робертсона: "Вся Книга проникнута
иронией, которая дает убедительный ключ к пониманию ее сложной темы"; The Old Testament
and the Literary Critic, p.34.
50    Midrash Gen.Rab.61-, Talmud B.Bat.\5a.
51     По поводу спектра возможных значений слова masal, см. D.A.Habbard, "Proverb", IBD,
pp,1289f.
ilJob, pp.36f.


524                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Каждый из этих подходов может что-то дать для понимания Книги Иова. Вопрос о жанре - не только предмет интеллектуального любопытства; он - важный ключ к пониманию смысла Книги. Форма и содержание неразрывно переплетены.
Жанр Книги Иова столь сложен, что ее нельзя втиснуть в заранее определенные рамки. Она воистину жалобно рыдает, жарко спорит, строго поучает, потрясает комичностью, жалит иронией и соединяет человеческую мудрость с эпическим великолепием. Но, прежде всего, Книга Иова уникальна, она - литературный дар богодухновенного гения53.
Литературные характеристики. Литературоведы не жалеют превосходных степеней, описывая художественные достоинства Книги Иова. Например, одно лишь разнообразие приемов поэтического параллелизма, включая изящное использование полных триплетов и даже более длинных единиц, говорит о высоком литературном мастерстве. Здесь мы ограничимся кратким обзором метафор и сравнений, ярких картин творения и цитат, что составляет оригинальность почерка автора:
(1)  Метафоры и сравнения поражают количеством и разнообразием, вполне за­
служивая восторженную похвалу А.С. Пика:  "Поэт является мастером метафор,
взятых из многих областей жизни"54. Например:
"Дни мои бегут скорее челнока..." (7.6).
"Дни мои быстрее гонца, - бегут, не видят добра; Несутся, как легкие ладьи, как орел стремится на добычу" (9.25-26). "Кругом разорил меня, и я отхожу" (19.10).
"Ждали меня, как дождя, и, как дождю позднему, открывали уста свои" (29.23). Еще более впечатляют расширенные метафоры, столь искусно детализированные, что граничат с аллегориями:
"Но братья мои неверны, как поток, как быстро текущие ручьи, которые черны от льда, и в которых скрывается снег. Когда становится тепло, они умаляются, а во время жаров исчезают с мест своих. Уклоняют они направление путей своих, заходят в пустыню, и теряются: смотрят на них дороги Фемайские, надеются на них пути Савейские, но остаются пристыженными в своей надежде; приходят туда, и от стыда краснеют. Так и вы теперь ничто; увидели страшное, и испуга­лись" (6.15-21).
"Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и от­расли от него выходить не перестанут. Если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное. А человек умирает, и распадается; отошел, и где он?" (14.7-10).
(2)  Картины творения поистине непревзойденны по поэтической силе:
"Есть, ли у дождя отец? или кто рождает капли росы? Из чьего чрева выходит лед, и иней небесный, - кто рождает его?" (38.28-29).
53   Этой точки зрения придерживается и Поуп: "Книга, рассматриваемая в своем единстве,
уникальна, и ни один термин или сочетание терминов недостаточны для точного описания ее";
Job, p.XXXI.
54   Job. Century Bible (Edinburgh: 1905). p.41.


ИОВ                                                                     525
"Ты ли дал коню силу и облек шею его гривою? Можешь ли ты испугать его, как
саранчу? Храпение ноздрей его - ужас! Он смеется над опасностию, и не робеет, и
не отворачивается от меча. Колчан звучит над ним, сверкает копье и дротик"
(39.19-20,22-23).
(3) Цитаты играют значительную роль в аргументации, хотя иногда их выявить сложно. Гордис разделяет их на ряд категорий55:
Цитаты народной мудрости: "И отвечал сатана Господу, и сказал: кожу за кожу56, а за жизнь свою отдаст человек все, что есть у него" (2.4). Притчи могут также быть приведены в 11.12; 17.5.
Прямые цитаты мыслей говорящего:
"Когда ложусь, то спрашиваю: "Когда-то встану?"
Но ночь длинна и говорю я:
"Довольно поворочался я до рассвета." (7.4)57.
Цитаты прежней точки зрения говорящего:
"Завет положил я с глазами моими, чтобы не помышлять мне о девице. Какая же
участь мне от Бога свыше? И какое наследие от Вседержителя с небес?" (31.1 -2).
В своем переводе Гордис схватывает полный смысл ст.2, добавляя вводную строку для пояснения его связи с ст. 1: "Ибо подумал я, если согрешу [этим похотли­вым взглядом], какая же участь мне от Бога свыше?58
Цитирование притч как текста:
"...я молод летами, а вы старцы; поэтому я робел, и боялся объявлять вам мое
мнение. Я говорил сам себе: "пусть говорят дни, и многолетие поучает мудрости".
Но дух в человеке и дыхание Вседержителя дает ему разумение" (32.6-8). Елиуй использовал притчу, чтобы опровергнуть ее и оправдать тем самым свое право на  вмешательство,   несмотря  на  свою  молодость.   Цитирование  притчи,  чтобы поправить другую притчу:
"В старцах мудрость, и в долголетних разум. У Него премудрость и сила; Его
совет и разум" (12.12-13). Добавление "Скажешь" к первому стиху и "Скажу" - ко второму59 проясняет спор.
Цитирование мнения другого аеловека:
"Скажешь: "Бог бережет для детей его несчастие его". - Пусть воздаст Он ему
самому, чтобы он это знал" (21.19).
Перевод RSV верно добавляет "Скажешь" в 5.4; 18.12; 20.10, 26, где Иов приводит мнения, выраженные друзьями.
55 The Book of God and Man, pp. 174-189; см.также Poets, Prophets and Sages (Bloomington: 197 П, PP. 104-159.
Gordis, The Book of Job, p.20 перебирает различные толкования и останавливается на следующем: "человек отдаст кожу любого другого человека во имя, т.е. чтобы спасти свою собственную".
57  В переводе на англ. Gordis, The Book of God and Man, p. 179.
58   Там же, р. 181. Он расширяет цитату с тем, чтобы она включала ст.3-4.
59   Там же, р. 184. Примеры использования последних двух видов цитат встречаются и в
кн.Екклесиаста, что наводит на мысль о том, что это было обычной техникой нетрадиционной
мудрости.


526                                                  ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Следующая цитата, которая должна была бы вводиться фразой "Скажешь", по­вторяет аргумент утешителей о том, что пути Божий неисповедимы (4.17; 11.7-12; 15.8,14):
"Но Бога ли учить мудрости, когда он судит и горних?" (21.22). 11 ив отвечает на этот вопрос в ст.23-26.
Иногда в тексте используются вводные фразы для пояснения того, что далее следует цитата:
"Вы скажете: "где дом князя, и где шатер, в котором жили беззаконные" (ст.28)60. Цитируя одну лишь Книгу Иова, можно написать очерк библейского подхода к эстетике. Сочетание возвышенных размышлений о путях Божиих для рода человече­ского и совершенных литературных достижений отводит Книге Иова ни с чем не сравнимое место в мировой литературе.
Формы. "Книга Иова представляет собой удивительную смесь почти всех видов литературы, встречающихся в Ветхом Завете"61. Действительно, для исследований в области формальной критики эти сорок две главы - золотые россыпи. С невероятным умением автор вплетает в ткань произведения несколько десятков легко узнаваемых литературных форм. Приводимые здесь образцы не только отражают это впечатляю­щее литературное многообразие, но и дают ключи к разгадке настроения и замысла автора, который использовал эти формы не столько для того, чтобы поразить слуша­телей, сколько для передачи нюансов повествования:

  1. Прозаическое повествование (1.1-2.13; 32.1-5; 42.7-17) составляет основной
    рассказ, обрамляет поэзию и вводит Елиуя. Большинство его характеристик были уже
    рассмотрены выше (стр.522-524)62.
  2. Оплакивание своего рождения (гл.З; ср. 10.18-19) - наиболее яркая литератур­
    ная   форма,   доступная   Иову   для   выражения   глубины   своей   подавленности
    (ср.Иер.20.14-18). Это, по сути, сочетание двух родственных форм: (а) проклятия дня
    своего рождения - чтобы призвать смерть или выразить желание самоубийства для
    избежания   последствий   этого   дня   (3.3-10);   и   (б)   вопросов-жалоб,   которые
    начинаются с "зачем" и не требуют конкретного ответа, а вводят описания страданий
    (ст. П-26; ср. 10.18-19, где вслед за вопросом выражено желание родиться мертвым).
    В  замысел  автора входит показать  Иова во  всей  глубине  его  падения,  чтобы
    подготовить почву для советов друзей и ответа Иова.
  3. Форма жалобы употребляется Иовом чаще всего (гл.6-7; 9.26-10.22;  13.23-
    14.22;  16.6-17.9; гл.23; 29.1-31.37)63. Использование этой формы преследует не­
    сколько целей. Она не дает Книге превратиться в дидактический трактат о причинах
    страданий и позволяет обрисовать их остро и выразительно (напр.,  16.6-17), что
    очень характерно для псалмов. Форма включает и другие компоненты - такие, как
    скрытая мольба о спасении (13.24-25), клятва в невиновности (31.3-40). Она может
    быть адресована к друзьям, которых Иов считает теперь врагами (напр., 6.14-23), или

60   По поводу гл.21, см.там же, pp.l85f.
61   Andersen, Job, p. 33.
62   Поуп указывает на сходство между этим рассказом и Книгой Руфи; Job, p.LXXL
63   Там же. Хотя детали можно опустить, данный список является в целом точным и дает
представление о роли, которую жалобы играют в Книге.


ИОВ                                                                    527
к Богу (напр., 10.2-22), объектами жалобы могут быть все трое - Бог, враги и сам страдалец. Она возвышается над полным отчаянием, предполагая уверенность в том, что Бог желает услышать и может спасти (напр., 19.23-29).

  1. Гимн, восхваляющий дела и атрибуты Бога (напр., 9.4-10; 12.13-25; 26.5-14;
    36.24-37.13)64. Как Иов (9.4-10; 12.13-25), так и его друзья (Вилдад [?], 26.5-14; Елиуй
    36.24-37.13) используют гимны для описания Божественного величия: друзья - чтобы
    заставить Иова умолкнуть; Иов - чтобы показать, что он понимает величие Бога,
    желая, однако, представить перед Ним свое дело. Гимны в диалоге предваряют от­
    кровение Божие из бури и подчеркивают контраст между человеческим пониманием
    славы Божией и Собственным Самопознанием и Самооткровением Бога.
  2. Описание видения Елифаза (4.12-21) не имеет близких параллелей в Ветхом
    Завете. Как и некоторые пророческие видения, оно также содержит нечто слышимое,
    однако   подробное   описание   видения   и   физической   реакции,   вызванной   им,
    уникально. Это напоминание о том, что мудрецы не были ограничены естественными
    наблюдениями и воспринимали также и мистический опыт.
  3. Личные наблюдения (4.8; 5.3-5) - распространенная форма учительных на­
    ставлений (см.Притч.7.6-23; 24.30-34; Екк.1.13 -14; 3.10). Эти утверждения, произ­
    носимые от первого лица единственного числа основаны  не  на общепринятых
    истинах, как в притчах, а на суждениях, опирающихся на то, что Иов сам видел или
    узнавал:

"Как я видал, то оравшие нечестие и сеявшие зло пожинают его" (4.8).
(7)  Притчи широко распространены в Книге Иова. Как Иов (напр., 6.14, 25а; 12.5-
6, 12; 13.28; 17.5), так и его друзья (Елифаз, 5.2, 6-7; 22.2, 21-22; Софар, 20.5; Елиуй,
32.7) свободно оперируют ими. Большинство из них - описательные изречения,
глаголы которых стоят в изъявительном наклонении. Слушатели должны делать из
них собственные выводы:
"Так, глупца убивает гневливость, и несмысленного губит раздражительность" (5.2).
"Так, не из праха выходит горе, и не из земли выростает беда; Но человек рожда­ется на страдание, как искры,.чтобы устремиться вверх" (ст.6-7). Иов иногда приводит притчу, а затем опровергает ее:
"Как сильны слова правды! (притча) Но что доказывают обличения ваши?" (6.25). Или противопоставляет одну притчу другой (12.12-13), как это делает Когелет (см. ниже, стр.550-551). Встречаются также и наставления (увещевания) - популярная форма притч, глаголы которой стоят в повелительном наклонении; часто при этом указывается причина приказания:
"Сблизься же с Ним, и будешь спокоен; чрез это придет к тебе добро. Прими из уст Его закон, и положи слова Его в сердце твое" (22.21-22).
Это стандартная форма наставления, подразумевающая, что учитель по опыту и авто­ритету имел право давать такие наставления. Приводимые причины указывают на то,
64 Поуп отмечает параллели между фрагментами гимнов Книги Иова и Пс.ЮЗ (ср. Пс. 1033.6-9 с Иов.38.8-11; Пс.103.21, 27 с Иов.38.39-41; Пс.ЮЗ.ЗО с Иов.12.10; Пс.103.32 с Иов.9.5; 26. II); там же, p.LXXII.


528                                                 ОБЗОР ВЕТХОГО ЗАВЕТА
что авторитет учителя не был произвольным, а основывался на убедительных доказа­тельствах.
(8)  Риторические вопросы (иногда называемые вопрос-спор) играют ключевую
роль в споре. Каждый участник диалога широко их использует: Елифаз, 4.7; 15.2-3, 7-
9, 11-14; 25.3-4; Вилдад, 8.3, II; 18.4; 15.3-4; Софар, 11.2-3,7-8, 10-11; Иов, 6.5-6, II-
12, 22-23; 7.12; 9.12; 12.9; 13.7-9; 27.8- 10; Елиуй, 34.13; 17-19, 31-33; 36.19, 22-23;
37.15-18, 20. Едва ли найдется более полезная литературная форма для спора, по­
скольку спрашивающий может определить ответ тем, как он задает вопрос. Слуша­
тель вовлекается в спор, потому что он должен дать ответ. Обычно, требуемым
ответом является "Нет!", "Ни в коем случае!", "Конечно, нет!" или "Никто!":
"Вспомни же, погибал ли кто невинный, и где праведные бывали искореняемы?"
(Елифаз, 4.7).
"Разве на множество слов нельзя дать ответа, и разве человек многоречивый
прав?" (Софар, 11.2).
"Твердость ли камней твердость моя? и медь ли плоть моя?" (Иов, 6.12).
"Кто, кроме Его промышляет о земле? И кто управляет всею вселенною?" (Елиуй,
34.13).
Обратите внимание на то, что острота вопросов еще более усиливается поэтическим параллелизмом - в этих случаях синонимическим, - который выражает вопрос в двух близко связанных формах и тем самым удваивает напряжение.
Вопросительные формы Божественных речей заслуживают особого упоминания. Они могут требовать ответа: "Я не знаю" или "Я там не был":
"Где был ты, когда Я полагал основания земли? Кто положил меру ей, если
знаешь? Или кто протягивал по ней вервь?" (38.4а, 5); или ответа "Нет!", как в риторических вопросах:
"Отворялись ли для тебя врата смерти, и видел ли ты врата тени смертной?" (ст.
17); или признания слабости "Нет, не могу!":
"Можешь ли возвысить голос твой к облакам, чтобы вода в обилии покрыла
тебя?" (СТ.34).
Рассчитанные на то, чтобы заставить Иова признать свое невежество ("Я не знаю!") или бессилие ("Конечно, я не могу!"), эти вопросы усилены, по крайней мере, двумя способами: (а) использованием повелительных конструкций, вынуждающих Иова ответить - "Скажи, если знаешь" (38.46), "Объясни, если знаешь все это" (ст. 18); и (б) использованием иронии, которой Бог упрекает Иова так же остро, как Иов упрекает своих друзей: "Ты знаешь это, потому что ты был уже тогда рожден, и число дней твоих очень велико" (ст.21; ср. 12.2). Эти вопросы давят на Иова, как свинцовое по­крывало, опуская его на колени в безмолвном унижении.
(9)  Ономастика, каталоги или энциклопедии, содержащие упорядоченные списки
явлений природы, которые могут представлять частичный литературный источник
речей из бури65. Списки названий звезд, созвездий, типов осадков и других данных
65 Von Rad, "Job XXXVIII и Ancient Egyptian Wisdom", pp.281-291 in The Problem of the Hexateuch, trans. E.W.T.Dicken (Edinburgh: 1966); cp. A.H.Gardiner, Ancient Egyptian Onomastica, 3 vols. (London: 1947).


ИОВ


529


составлялись как в Египте, так и в Израиле как средство обучения учеников пони­манию окружающей действительности. Такие списки могли оказать влияние и на другие места Библии (см.Пс.148, который приводит целый ряд природных реалий и призывает их восславить Яхве). Соломон мог использовать такую ономастику для упорядочения своих обширных знаний о творениях Божиих, которыми так вос­хищался его биограф (3 Цар.4.33)66. Вопросительная форма, преобладающая в Иов.38, также имеет египетские параллели в Папирусе Анасти 1, датированном тринадцатым веком, в нем писец Хори обрушивает шквал вопросов на другого писца, Аменемопа, которого считает невеждой67. Таким образом, вполне вероятно, что Иов.38 основана на более ранней форме, возможно, впервые освоенной в Египте, где такие списки составлялись в виде вопросов и использовались либо для споров, либо для наставлений68. Эти формальные параллели, конечно, не объясняют всей мощи речей из бури. Величественные вопросы о творении (ст.4-11) не имеют египетских аналогов.
(10) Заслуживает упоминания ряд характерных форм поучения: (а) Формула 'asre
("блаженны", "счастливы"; ср.Пс. 1.1) указывает образ жизни, который приводит к
счастью (5.17-27). (б) Числовая притча (сочетающаяся здесь с изречением 'asre, 5.19-
22) освещает ряд угроз, от которых Бог избавит блаженного человека, которого Он
вразумляет (рисунок "х,х+1" см. в Притч.30). (в) Утверждение завершается итоговой
оценкой, в которой подчеркивается его значение (8.13;18.21; 20.29):
"Так и вы теперь ничто; увидели страшное, и испугались" (6.21)69. (г) Саркастическое преувеличение (6.7; 11.12; 12.2; 15.7; 26.2- 4) часто использова­лось в состязаниях (напр., Голиафом, 1 Цар. 17.43; Иоасом, 4 Цар.14.9). (д) Пародия близкая к сарказму, на что указывает использование Иовом Пс. 8.5:
"Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание
Твое, Посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?" (7.17-
18).
(е) Пожелание (6.2-4, 8-10; 11.5; 13.5; 19.23-24; 23.3; 29.2-6) было особенно эффек­тивно как в жалобах, так и в спорах, выражая сильное желание изменить либо обстоя­тельства (напр., 6.2-4), либо ответ оппонента (напр., 13.5)70.
(11) В третьем цикле (22.5-11) Елифаз применяет по отношению к Иову пророче­
скую речь осуждение:
Формулировка обвинения (ст.5-9).
Типичный переход к осуждению: За то... (ст. 10).
Собственно осуждение или его угроза (ст. 10-11).
66  G.E.Bryce, A Legacy of Wisdom, p.l64f. Возможно, подробное описание бегемота (40.10-
19) и левиафана (гл.40.20-27) также Отражает формы, в которые мудрецы облекали свои по­
знания животного мира.
67   ANET, p.477f.
68   Von Rad, The Problem of the Hetateuch, p.290f.
69  Аналогичную форму имеет 27.13, который, фактически, является "вводной оценкой", так
как предшествует оцениваемому разделу (ст. 14-23).

70                  Обзор форм поучений в Кн.Иова и других местах CM.J.L.Crenshaw, "Wisdom", pp.225-
264 in J.H.Hayes, ed., Old Testament Form Criticism.

Ваш комментарий о книге
Обратно в раздел библиология












 





Наверх

sitemap:
Все права на книги принадлежат их авторам. Если Вы автор той или иной книги и не желаете, чтобы книга была опубликована на этом сайте, сообщите нам.