Библиотека

Теология

Конфессии

Иностранные языки

Другие проекты







Ваш комментарий о книге

Брокгауз и Эфрон. Энциклопедия

ОГЛАВЛЕНИЕ

Лимфатическая система

- Система сосудов и полостей позвоночных животных, служащая дополнением кровеносной системы и вводящая в кровь, в виде лимфы, как избыток питательных веществ (жидкой части крови), выступивших в ткани или серозные полости сквозь стенку кровеносных сосудов, так и те питательные вещества (млечный сок - Chylus), которые вырабатываются в кишечнике при процессе пищеварения и всасываются стенками кишечника. Главные составные части Л. системы - Л. полости, сосуды и железы, а у низших позвоночных также Л. сердца. У низших позвоночных (пресмыкающихся, земноводных и особенно рыб) Л. система состоит отчасти из обособленных сосудов и полостей, имеющих собственные стенки и начинающихся в коже сетью весьма тонких (капиллярных) сосудов, отчасти необособлена, связана преимущественно с большими кровеносными сосудами (а также артериальным конусом и желудочком сердца) и лежит в наружной соединительнотканной оболочке их (tunica adventitia), одевая их в виде влагалища. Бесхвостые земноводные обладают чрезвычайно развитыми Л. полостями под кожей, которые выстланы эндотелием и делают кожу весьма подвижной и легко отделимой от частей, лежащих глубже; полости эти стоят в прямом сообщении с Л. мешками полости тела. Из этих Л. мешков у рыб и земноводных особенно развито подпозвоночное Л. пространство, окружающее аорту (а у двоякодышащих и мочеполовые органы) и связанное с Л. полостью в брыжжейке, с которой сообщаются Л. сосуды кишечника; у рыб кроме того есть продольный Л. ствол внутри позвоночника. Л. сосуды сильнее развиты у высших позвоночных; у птиц есть уже значительно развитый ствол, лежащий перед позвоночником - грудной проток (Ductus thoracicus). У млекопитающих этот сосуд, развитый еще более, имеет в нижней (задней) части значительное расширение (Cisterna chyli), притом, кроме левого грудного протока, здесь есть менее развитый, правый. Посредством грудных протоков лимфа и изливается в вены. У низших позвоночных лимфа смешивается с кровью в некоторых сосудах, которые могут наполняться то кровью, то лимфой или смесью той и другой, или изливается в вены посредством Л. сердец (см. ниже). По строению своему Л. сосуды представляют большое сходство с кровеносными. Относительно тонкие стенки более крупных Л. сосудов состоят из тех же слоев, как и стенки более значительных кровеносных сосудов: внутреннего слоя плоских клеточек (эндотелия), слоя упругой соединительной ткани, слоя гладких мышечных волокон и наружного соединительнотканного слоя (tunica adventitia). В тончайших Л. сосудах (как и в капиллярах кровеносной системы) стенка состоит лишь из эндотелиального слоя. Внутренний слой стенки Л. сосудов образует у птиц и млекопитающих многочисленные парные клапаны в виде кармашков (как клапаны вен), допускающие движение лимфы лишь в одном направлении. Клапаны лежат в суженных частях (перехватах) Л. сосудов, а части сосудов, лежащие между ними, представляют более или менее значительные расширения, благодаря чему сосуды, наполненные лимфой, имеют характерный четкообразный вид. Гладкие мышечные волокна стенок Л. сосудов расположены частью поперечно и продольно, частью косвенно; последние волокна особенно развиты в расширенных частях сосудов. Началом Л. путей (относительно которого в науке существует некоторое разногласие) являются главным образом щели между тканевыми элементами и главным образом щели соединительной ткани, а также серозные полости, откуда Л. сосуды начинаются посредством особых микроскопических отверстий (так наз. stomata).

Часть Л. сосудов берет начало в стенках пищеварительного канала и распределяется в брыжжейке; эти сосуды называются млечными (vasa chylifera) и несут в кровь млечный сок (chylus). Обособленные млечные сосуды неизвестны у рыб. На пути своем Л. сосуды у птиц и особенно у млекопитающих проходят сквозь так наз. Л. узлы или Л. железы. Это разбросанные в различных органах по большей части бобовидные тельца с несколько зернистой поверхностью, которые соединены как с приносящими и относящими Л. сосудами, так и с сосудами кровеносными. Приносящие Л. сосуды входят в выпуклую сторону Л. железки, относящие Л. и кровеносные сосуды соединяются с вогнутой стороной - так называемыми воротами. Кроме того Л. железы связаны с нервами. Л. железка состоит из наружного серо-розового коркового слоя и желтоватого или темного внутреннего мозгового. Снаружи железка одета капсулой из соединительной ткани, в которой по большей части можно обнаружить присутствие гладких мышечных волокон; капсула дает внутрь пластинчатые выросты, делящие наружный слой железы на сообщающиеся между собой овальные или грушевидные дольки (фолликулы или альвеолы); внутренний слой состоит из неправильных трубчатых участков (медуллярные или фолликулярные шнуры). Внутри Л. железы настолько набиты Л. тельцами, что строение их может быть выяснено лишь после искусственного удаления их на разрезе. При этом обнаруживается, что остов железы состоит из тонкой сетки различной толщины волокон сетчатой или ретикулярной соединительной ткани с ядрами в местах соединения волокон. Сеть эта местами чаще и такие более густые участки ее ограничивают фолликулы и фолликулярные шнуры. Дольки коркового вещества одеты снаружи слоем эндотелия, такой же слой выстилает внутреннюю поверхность капсулы и ее вдающихся внутрь отростков; таким образом, каждая долька окружена высланной эндотелием полостью, пересекаемой волоконцами сетчатой соединительной ткани, в эти полости и поступает лимфа из приносящих сосудов и проходит отсюда через отверстия внутрь долек. Кровеносные сосуды частью оплетают дольки, частью тянутся поодиночке или группами по оси медуллярных шнуров. Л. узлы являются местом энергического образования (путем деления) Л. телец или лейкоцитов и выходящая из них лимфа заметно богаче лейкоцитами, чем входящая в них. Особенно заметно это в сосудах брыжжейки, если животное накормить пищей, содержащей мало жиров: млечный сок тогда почти бесцветен; а по прохождении сквозь Л. железы становится белым. Образование Л. телец происходит и во многих других местах, особенно в слое соединительной ткани, лежащем под эпителием кишечника; особенно сильно развита такая "лимфоидная" ткань, переполненная Л. тельцами, у рыб и земноводных; сюда же относится и так называемое жировое тело земноводных и пресмыкающихся. В стенках кишечника лимфоидная ткань образует отдельные дольки, фолликулы; соединение таких фолликул представляют так наз. пейеровы бляшки стенок кишечника.

К числу Л. желез относится и селезенка, которая имеется у всех позвоночных. У рыб, земноводных и пресмыкающихся существуют особые органы, служащие для передвижения лимфы и обладающие способностью ритмически сокращаться - Л.-ие сердца. У рыб они мало изучены. У бесхвостых земноводных во взрослом состоянии их две пары: одна лежит между поперечными отростками 3-го и 4-го позвонков, другая под кожей на заднем конце тела (у форм с тонкой кожей, напр. у древесницы, биение их заметно сквозь кожу); у головастиков лягушек по бокам основания хвоста есть по пяти Л. сердец, у хвостатых земноводных (саламандры, аксолотля и др.) число их доходит до 20 пар и они расположены по бокам тела, вдоль боковых линий. У пресмыкающихся есть лишь задняя пара Л. сердец, лежащая на границе тела и хвоста на поперечных отростках позвонков или ребрах. Стенка Л. сердец снабжена сетью соединяющихся между собой (анастомозирующих) поперечнополосатых мышечных волокон. Собирающаяся в Л. сердца лимфа изливается из них в вены; в месте соединения с венами есть клапаны, не позволяющие крови входить в Л. сердца. У человека самый крупный ствол Л. системы - грудной проток (ductus thoracicus). Он образуется на передней поверхности 2-го или 3-го поясничного позвонка справа и сзади аорты из слияния 3 коротких и широких стволов (radices ductus thoracici); правый и левый из них (trunci lymphatici lumbales) несут лимфу из сосудов таза, нижних конечностей, половых органов и большей части брюшной стенки; средний (truncus lymphaticus intestinalis) образуется в брыжжейке из слияния млечных сосудов (vasa chylifera). Он, а иногда и начало грудного протока, образует значительное расширение (Cisterna chyli s. Receptaculum chyli). Грудной проток поднимается вверх вдоль позвоночника с левой стороны до 6-го шейного позвонка, поворачивает дугообразно кнаружи и вперед и впадает в место слияния левой подключичной вены с левой яремной; на своем пути он принимает Л. сосуды всей левой половины груди и нижней части правой, также левой половины головы и шеи и левой верхней конечности. Л. сосуды верхней части правой половины груди, правой половины головы и шеи и правой верхней конечности сливаются в правый грудной проток (Ductus thoracicus dexter s. minor), длиной около 2/3 дюйма, который впадает в правую безымянную вену, в месте слияния составляющих ее ветвей. Л. сосуды с принадлежащими им железами разбросаны во всех органах, образуя местами сильно развитые сплетения. Часть сплетений и желез лежит близко к поверхности тела, таковы, напр., Л. железы, лежащие вдоль нижнего края нижней челюсти.

И. Книпович.

Болезни Л. системы: Лимфаденит или аденит - воспаление, припухание Л. желез, иногда при участии ближайших к ним тканей. Лимфаденит в большинстве случаев вызывается вредностями (химич. или органического происхождения), циркулирующими с лимфой. Если эти вредности задерживаются в железах, то возникают ограниченные лимфадениты (паховые, бедряные, подмышечные, подчелюстные и др.); если же, благодаря сокам тела, имеется общая дискразия крови и лимфы, то получается общий Л. (при сифилисе, золотухе, нередко при бугорчатке). Соответственно этому различают общий и местный Д., а по течению - острый и хронический. При остром Л., который в большинстве случаев бывает бактерийного происхождения, железа припухает, делается очень сочной, многократно увеличивается в объеме, а в дальнейшем легко может развиться нагноение; воспалительный процесс сопровождается болезненностью при движении соответственного органа: общее состояние немного расстроено, t° повышена иногда до 39?.

Лечение острого воспаления ограничивается согревающими компрессами из антисептических жидкостей, втиранием серой ртутной или йодистой мази, смазыванием йодистой настойкой и др. Если же воспаление доходит до нагноения - то разрез, с соблюдением надлежащих антисептических приемов. При туберкулезе желез (частичном проявлении золотухи) типично опухание шейных Л. желез. Вначале железы мягки, величиной с лесной орех, с развитием болезненного процесса увеличиваются до величины кулака. Часто нагнаиваются и вскрываются наружу, причем выделяются ясно творожистые массы, а затем более жидкий гной. Лечение: местное вскрытие нагноившихся желез и общее поднятие питания (соленые купания, внутрь препараты мышьяка, рыбьего жира и пр.).

Лимфангит

(лимфагиоит, лимфангоит) - воспаление лимфатических сосудов, развивающееся при занесении в них ядовитого вещества из раны (отравленные раны, укушение и ужаление ядовитых животных, заражения трупным ядом через небольшие раны и даже трещины кожи). Вероятно, яд также может быть внесен в лимфатические сосуды со стороны сальных желез и волосяных мешочков. Л. сопровождается иногда высокой лихорадкой (до 39?) и бурными общими симптомами (гастрические расстройства, потрясающие ознобы и др.). Сосуды при наружном осмотре видны в виде продолговатых розовых или красных, твердых на ощупь и чрезвычайно болезненных полос. Лимфатические железы также опухают и очень болезненны при прикосновении. Болезнь в большинстве случаев кончается выздоровлением, хотя иногда развивается гноекровие и гнилокровие, которые убивают больного. Ввиду подобной опасности, показуется немедленное прижигание всякой загрязненной или отравленной раны. В общем, лечение противовоспалительное и припадочное.

Г. М. Г.

Лимфатома

- опухоль, образованная сетью расширенных и отчасти новообразованных лимфатических сосудов. Врожденные узловатые, четковидные и гроздевидные новообразования, чаще на шее, представляют полые пространства, наполненные бледно-желтоватой жидкостью - пещеристые Л. Дети с таким страданием умирают рано вследствие давления опухоли на пищевод, дыхательное горло и большие сосуды шеи. Полное вылущение опухоли удается редко, лучшие результаты получаются от повторных прижиганий.

Лимфангиэктазия

- расширение лимфатических сосудов вследствие закупорки центральной части сосуда пробкой, часто из зародышей червя filaria.

Линия

- граница поверхности. Л., служащая кратчайшим расстоянием между двумя точками, называется прямой. Л., составленная из прямых, различным образом направленных, называется ломаной.

Линкольн Авраам

(Lincoln) - 16-й президент Соед. Штатов, потомок поселенцев-пуритан, род. в Кентукки в 1809 г., в 1817 г. переселился с отцом в Индиану, тогда еще почти незаселенную, а в 1830 г. - еще далее в глубь запада, в Иллинойс. Молодой Л. жил в это время обычной жизнью детей пионеров: он с ранних лет помогал отцу при постройке дома, в полевых работах, в рубке леса и в охоте. Обладая большой физической силой, чисто американской энергией, находчивостью в опасности и деловитостью, он был то земледельцем, то дровосеком, то охотником, то странствующим агентом торговой компании, то служащим в почтовой конторе, то лодочником. В 1832 г. он принял участие, в качестве добровольца, в экспедиции, организованной против Черного Сокола - индейского вождя, тревожившего белых поселенцев своими набегами; тут он был выбран в капитаны. Позже он пытался организовать собственное торговое дело, но обанкротился и стал готовиться к званию адвоката, неутомимо работая над пополнением своего скудного школьного образования. В 1836 г. Л. сдал экзамен на адвоката; еще раньше он был избран в законодательное собрание штата Иллинойс. Он мастерски владел народным языком; своей речью, полной юмора, метких сравнений, библейских образов, он всегда умел расположить своих слушателей в свою пользу. Ему помогала и репутация неподкупной честности. Во время своих странствований по торговым делам, он имел случай познакомиться с рабством и возненавидел его; вместе с тем, однако, он находил, что "распространение враждебных рабству теорий (в той форме, в которой они возникли в то время) ведет более к усилению зла рабства, чем к его совершенному искоренению. Конгресс Соединенных Штатов, по букве и смыслу конституции, не вправе вмешиваться в вопрос о невольничестве отдельных штатов Союза". Этот взгляд, отделявший Л. от аболиционистов, толкнул его в ряды вигов, боровшихся с рабством на почве частных, хотя и довольно важных вопросов: о рабстве в округе Колумбия, о присоединении того или иного рабовладельческого или свободного штата к союзу (Техас), об отмене Миссурийского компромисса. С 1846 по 1848 г. Л. был членом конгресса; в 1854 г. он был снова избран в конгресс. Партия вигов в это время распалась; Л. был одним из видных организаторов новой республиканской партии. В 1856 г. Л. боролся с Дугласом за место сенатора от Иллинойса, но не был избран; в том же году он был выставлен кандидатом в вице-президентство, но на выборах восторжествовала демократическая партия.

В 1858 г. Л. произнес ставшую весьма популярной речь о "Раздоре в доме", где доказывал, что рабство является источником такого раздора в Соединенных Штатах и послужит гибелью Союзу, если не будет отменено; борьба с ним необходима, но прямое вмешательство Союза в дела отдельных штатов было бы все-таки неконституционно. Тем не менее косвенные меры, за которые стоял Л., были настолько опасны для рабовладельцев, что рабовладельческие штаты смотрели на возможное возвышение Л. как на тяжелый удар. В мае 1860 г. республиканский конвент в Чикого избрал Л. кандидатом на президентство, а в ноябре того же года он был выбран в президенты. Немедленно Южные Штаты, на конвенте в Чарльстоуне, постановили отложиться от Союза. Президент республики, демократ Буханан, признал это отделение законным. Когда 4 марта 1861 г. Л. вступил в отправление своих обязанностей, положение дел было очень трудное. Южные Штаты успели организоваться, выработать конституцию и подготовиться к войне; казначейство Союза и его арсенал были пусты, по вине Буханана. В своей вступительной речи Л. заявил, что он по-прежнему не признает за Союзом права вмешиваться в решение вопроса о рабстве в отдельных штатах; но, говорил он, "я смотрю на Союз, согласно с конституцией, как на неделимое целое и буду добросовестно исполнять во всех штатах законы Союза". Эта примирительная речь не привела к цели. Южные Штаты начали войну. Во время войны Л. обнаружил громадную энергию и административный талант, чем и обессмертил свое имя. Сначала он не хотел смотреть на войну как на борьбу против рабства и даже лишил власти генерала Фримонта, самовольно провозгласившего освобождение рабов в Миссури. Но уже 22 сентября 1862 г. стесненное положение Союза принудило его признать всех рабов на территории Союза свободными; этим он привлек массу негров в ряды сражающихся. В 1864 году он был вторично избран президентом республики. 9 апреля 1865 г. закончилась война, а 14 апреля Л. был убит в театре в Вашингтоне, выстрелом из пистолета, бывшим актером Бутом (Booth). Из ложи президента Бут соскочил на сцену, закричал: "Свобода! Юг отмщен! " и скрылся. Через несколько времени он был убит солдатами при аресте. Утром 15 апреля Л. скончался. Смерть его вызвала взрыв негодования и горя по всей стране; Л., отличавшийся безупречной чистотой характера и замечательной личной привлекательностью, был, несомненно, самым популярным человеком в Соединенных Штатах. В 1876 г. в Вашингтоне воздвигнута, по подписке, статуя в честь Л.; другая статуя - в Чикого. Старший сын Л., Роберт Тодд Л., род. в 1843 г., принимал участие в войне, служа капитаном в армии Гранта; в 1881 - 85 гг. был военным министром, в 1889 - 93 гг. посланником в Англии.

Литература. H. J. Raymond, "Life and public services of Abraham L." (Нью-Йорк, 1864); J. G. Holland, "Life of A. L." (Springfield, 1865); Corsby, "Das Leben A. L\'s" (Филадельфия, 1861); W. H. Lamon, "LHfe of A. L." (Бостон, 1872); Jouault, "A. L., sa jeunesse et sa vie pollitique" (Пар., 1875); Power, "A. L." (Чикого, 1875); Canisius, "A. L." (2 изд., Берлин, 1882); Nicolay und Hay, "A. L." (НьюЙорк, 1890); Herndon, und Weik, "A. L." (там же, 1892); Schurz, "A. L." (Лондон, 1891); Morse, "Life of A. L." (там же, 1893); Макс Ланге, "Авраам Л. и великая борьба между Северными и Южными Американскими Штатами" (пер. с нем., СПб., 1867); А. В. Каменский, "А. Л., его жизнь и общественная деятельность" (Павленковская библиотека, СПб., 1891); Флетчер, "История американской войны 1861 - 65 гг." (т. 1, пер. с англ., СПб., 1865).

В. Водовозов.

Линней

(Carolus Linnaeus, с 1762 г. Carl Linne) - знаменитый шведский естествоиспытатель, род. в Швеции в Смоланде (Smaland) в деревне Росгульт (Rashult) в 1707 г. С раннего детства Л. обнаруживал большую любовь к природе; этому много содействовало то, что отец его, сельский священник, был любителем цветов и садоводства. Родители готовили Л. к духовному званию и отдали в начальную школу в Вексиё (Wexio), где он и пробыл с 1717 по 1724 г.; занятия в школе шли плохо. По совету школьного начальства, признавшего Л. неспособным, отец хотел уже взять сына из школы и отдать в обучение ремеслу, но его знакомый, д-р Ротманн, убедил его предоставить сыну готовиться к медицине. Ротманн, у которого Л. поселился, стал знакомить его с медициной и с сочинениями по естественной истории. В 1724 - 27 г. Л. учился в гимназии в Вексиё, а затем поступил в унив. в Лунде, но в 1728 г. он перешел в унив. в Упсале, чтобы слушать известных проф., Рогберга и Рудбека. Материальное положение его было крайне тяжелым, но потом он встретил поддержку в ученом богослове и ботанике Олаусе Цельзиусе. Первая статья Л. о поле растений (рукописная) обратила на себя внимание Рудбека и в 1730 г., по предложению его, Л. была передана часть лекций Рудбека. В 1732 г. научное общество в Упсале поручило Л. исследовать природу Лапландии и дало средства для путешествия, после которого Л. издал первый печатный труд: "Florula Lapponica" (1732). Однако, Л. как не имевший диплома должен был оставить упсальский университет. Он совершил в 1734 г. вместе с несколькими молодыми людьми путешествие по Далекарлии, главным образом на средства губернатора этой провинции, Рейтергольма (Reuterholm), и затем поселился в г. Фалуне, читая лекции по минералогии и пробирному искусству и занимаясь медицинской практикой. Здесь он обручился с дочерью д-ра Мореуса и частью на собственные сбережения, частью на средства будущего тестя отправился в Голландию, где в 1735 г. и защитил диссертацию (о перемежающейся лихорадке) в г. Гардервике. Затем он поселился в Лейдене и здесь напечатал первое издание своей "Systema naturae" (1735) при содействии Гронова, с которым познакомился в Голландии. Это сочинение сразу доставило ему почетную известность и между прочим сблизило его со знаменитым в то время проф. лейденского унив., Бургавом (Boerhave), благодаря которому Л. получил место домашнего врача и заведующего ботаническим садом в Гарткампе у богача, директора ост-индской компании, Клиффорта. Здесь и поселился Л.; в 1736 г. он посетил Лондон и Оксфорд, познакомился с выдающимися английскими натуралистами того времени, с богатыми коллекциями Слона (Sloane) и пр.

В течение двухлетней службы у Клиффорта (1736 - 37) Л. издал ряд работ, доставивших ему громадную известность в ученом миpе и заключавших в себе главные реформы, внесенные Л. в науку: "Hortus cliffortianus", "Fundamenta botanica", "Critica botanica", "Genera plantarum" (1737), за которой последовала работа "Classes plantarum" (1738). В 1738 г. Л. издал сочинение по ихтиологии его друга Артеди (или Peter Arctadius), умершего в Амстердаме. Несмотря на громадный успех в Голландии, Л. возвратился в Швецию, посетив Париж. Поселившись в Стокгольме, он сначала бедствовал, занимаясь скудной медицинской практикой, но скоро приобрел известность, стал лечить при дворе и в домах высокопоставленных лиц. В 1739 г. сейм ассигновал ему ежегодное содержание, с обязательством читать лекции по ботанике и минералогии, причем Л. получил звание "королевского ботаника"; в том же году он получил должность врача адмиралтейства, которая, кроме материальной обеспеченности, доставила ему возможность изучать богатый клинический материал; вместе с тем ему разрешено было вскрытие трупов лиц умерших в морском лазарете. В Стокгольме Л. принимал участие в основании академии наук (первоначально частного общества) и был ее первым президентом. В 1741 г. ему удалось получить кафедру анатомии и медицины в Упсале, а в следующем году он поменялся кафедрами с Розеном, который за два года до того занял в Упсале кафедру ботаники. В Упсале он привел в блестящее состояние ботанический сад, основал в 1745 г. естественно-исторический музей, в 1746 г. издал "Fauna Suecica", в 1750 г. "Philosophia botanica"; в то же время он выпустил ряд изданий своей "Systema naturae", постепенно дополняя, расширяя и улучшая ее (2 изд. вышло в 1740 г. в Стокгольме, 12 и последнее - при жизни Л. в 1766 - 68 гг., а после его смерти Гмелин выпустил в Лейпциге новое, частью измененное издание в 1788 г.). Преподавательская деятельность Л. также имела громадный успех, число слушателей упсальского унив. с 500 возросло, благодаря Л., до 1500; сюда явились слушать его многие иностранцы; со своими слушателями он предпринимал экскурсии в окрестностях Упсалы, а многим из своих учеников доставил позднее возможность произвести научные исследования в различных странах. Гордясь Л. как выдающейся научной силой, шведские короли осыпали его почестями, в 1757 г. он получил дворянство, в котором был утвержден в 1762 г. (причем фамилия его была переделана в Linne). Он получил почетные и выгодные предложения в Мадрид, Петербург (еще ранее в 1741 г. Галлер предлагал ему занять кафедру в Геттингене), но отклонил их. В 1763 г. Л. был избран членом французской академии. В 1774 г. с ним сделался удар, а через два года новый лишил его возможности продолжать деятельность; он умер в 1778 г. Последние годы он жил в имении Гаммарбю (Наmmarby), передав лекции своему сыну Карлу, который после его смерти занял в Упсале кафедру ботаники, но умер почти в начале своей ученой деятельности, в 1783 г. Коллекции и библиотека Л. после его смерти были проданы в Англию (Смиту) женой Л. Научные заслуги Л. в высшей степени важны. Он ввел точную терминологию в описания растений и животных, между тем как до него описания отличались такой неопределенностью и спутанностью, что точное определение животных и растений было невозможно, а описания новых форм все более и более запутывали дело вследствие невозможности решить, действительно ли данная форма не была описана ранее.

Другая важная заслуга его - введение двойной номенклатуры: каждый вид Л. обозначает двумя терминами: названием рода и названием вида (напр. тигр, леопард, дикая кошка принадлежат к роду кошка (Felis) и обозначаются названиями Felis tigris, Felis pardus, Felis catus). Эта краткая точная номенклатура заменила прежние описания, диагнозы, которыми обозначались отдельные формы за отсутствием точных названий для них, и тем устранила множество затруднений. Первое применение ее Л. сделал в работе "Pan suecicus" (1749). В то же время, принимая за исходный пункт в систематике понятие о виде (который Л. считал постоянным), Л. точно определил отношение между различными систематическими группами (классом, отрядом, родом, видом и разновидностью - до него названия эти употреблялись неправильно и с ними не связывалось определенных представлений). Вместе с тем он дал новую классификацию для растений, которая хотя и была искусственна (что сознавал и сам Л.), но была весьма удобной для приведения в порядок накопившегося фактического материала (Л. указывал в "Philosophia botanica" и естественные группы растений, соответствующие современным семействам; в некоторых случаях он отступал даже от своей системы, не желая нарушать естественные соотношения известных видов). Животное царство он делил на 6 классов: млекопитающих, птиц, гадов (= современным пресмыкающимся + земноводным), рыб, насекомых (=современному типу членистоногих) и червей. Наиболее неудачна последняя группа, соединяющая в себе представителей самых разнообразных групп. Система Л. заключает и некоторые усовершенствования сравнительно с прежними (напр. китообразные причислены к млекопитающим); притом, хотя в своей классификации он и держался преимущественно внешних признаков, но данное им деление на главные группы опирается на анатомические факты. Проводя указанные реформы в систематике, Л. привел в порядок весь накопившийся до него и находившийся в хаотическом состоянии фактический материал по ботанике и зоологии, и тем в высшей степени сильно содействовал дальнейшему росту научных знаний. Подробности относительно жизни и значения Л. см. у Gistel, "Carolus Linnaeus" (1873); Malmsten, "Carl v. Linne" ("Samml. gemeinverstande. wiss. Vortrage" v. Virchow und Holtzendorff, 1879); Carus, "Histoire de la Zoologie" (1880) и то же на немецком языке "Geschichte d. Zoologie" (1872); на русском В. А. Фаусек, "К. Л." (1891) и гр. Л. Энгерштрем "К. Л." (СПб. 1876). Н. Кн.

Линолеум

- особый вид клееночных изделий, называемых также пробковыми коврами; изобретен в сравнительно недавнее время (в 60-х годах настоящего столетия) и получает ныне большое распространение как наилучший материал для устройства чистого полового настила в жилых помещениях. Требования, предъявляемые к чистым полам жилых помещений по соображениям гигиеническим и строительным, а также в отношении красоты и удобств, представляют в своей совокупности трудно разрешимую задачу и при наличности тех обычных материалов, которыми располагает строительная техника, удовлетворяются далеко не вполне. Л. в этом отношении представляется наиболее подходящим материалом: отсутствие пор на его поверхности, полная непромокаемость, малая теплопроводность, значительные размеры отдельных кусков (до 2 – 2 1/2 м. ширины) и достаточная прочность - суть преимущества Л как полового настила. Л. изобретен в Англии и фабрикация его была вызвана стремлением удешевить и расширить применение однородного с ним по назначению и свойствам камптуликона, получившего в конце 50-х годов в Англии довольно большое распространение. Камптуликон приготовлялся из смеси размягченной каким-либо растворителем (бензином) каучуковой массы с твердой примесью (землей, деревом, пробкой), наносившейся посредством прокатывания в валах на прочную джутовую или пеньковую ткань. Высокая цена, в какую обходились эти изделия, побудила некоторых фабрикантов стараться заменить каучук другим материалом, что и было достигнуто применением разных высыхающих растительных масс.

Как показывает само название, главная составная часть массы, из которой приготовляется Л., есть льняное масло. Посредством соответственной обработки и смешения со смолами, вареное льняное масло приобретает консистенцию и свойства, подобные каучуку, что дает возможность заменить последний в указанного рода изделиях; подобными же свойствами обладают и другие высыхающие масла - ореховое, хлопчатниковое и др. В производстве Л., для сообщения маслу большей тягучести и свойства скорее засыхать на воздухе, вареное или обработанное окислителями масло подвергается пульверизации в вентилируемых нагретым воздухом камерах (способ Вальтона) или (по способу Парнакотта) обработке струей теплого воздуха. В результате такой обработки получается красно-желтая или коричневатая каучукоподобная масса, загустевающая еще больше при охлаждении. Л. состоит из слоя толщиной в несколько миллиметров (3 - 5) затвердевшей линолеумовой массы, нанесенной на прочную основную ткань, сплетенную из толстой джутовой пряжи и просмоленную с изнанки. Линолеумовая масса составляется из тесной смеси окисленного льняного масла со смолами и измолотой в тонкую муку пробкой. Некоторые фабриканты заменяют пробковую муку молотым торфом, древесинной мукой и т. п. Пластичных и непластичных составных частей линолеумовой массы в разных сортах Л. берется приблизительно поровну. Для примера приводим состав простейшей линолеумовой смеси: 100 ч. окисленного льняного масла, 37,5 ч. канифоли, 12,5 ч. новозеланд. копала (Kauri-Copal) и некоторое количество краски, напр. охры, мумии, киновари. Размешивание этих материалов производится в котлах с паровой рубашкой, снабженных мешалками. Тягучая и достаточно подвижная консистенция получаемой смеси при охлаждении переходит в более твердую, поэтому пробковая мука прибавляется к ней еще в нагретом виде, с обработкой при сем в особых мешалках, типа механических глиномялок, также обогреваемых паром. Нанесение массы на ткань производится непосредственно, без помощи какого-либо связующего средства; при температуре 140 - 150?С масса настолько пластична и клейка, что при сильном нажатии на ткань очень прочно закрепляется на ней. Чем ткань тоньше и ровнее, тем лучше и глубже она пропитывается массой. Лакирование ткани с изнанки производится после нанесения массы и для этой цели служат обыкновенно простые масляные или смоляные лаки, намазываемые тонким слоем на ткань посредством таких же машин, как в клееночном производстве. Для покрытия ткани линолеумовой массой употребляются горячие пресса двух типов - плоские и вальцовые (каландры), те и другие непрерывно действующие. Полые плиты или валы, между которыми пропускается ткань вместе с массой, нагреваются паром в 5 - 6 атмосфер, при температуре которого масса, как сказано, достаточно текуча. Если масса в холодном виде тверда, то ее разрезают на мелкие куски и подают к горячим валам, от соприкосновения с которыми она размягчается и прокатывается вместе с непрерывно поступающей тканью; иногда ее особо отпрессовывают валами и в виде полотнища подают к ткани, вместе с которой она и захватывается прессом. Расстоянием между прессующими валами определяется толщина наносимого слоя: в готовом изделии эта толщина всегда несколько больше вследствие упругости массы. Для получения более гладкой поверхности Л. вальцуется вторично. Тотчас же после горячей прессовки мягкий еще Л. остужается пропуском на барабанах, охлаждаемых изнутри проточной водой и затем навивается на скалку. Для предупреждения прилипания при такой накатке употребляются холщевые подкладки.

Двусторонний Л. приготовляется точно так же, причем сперва накрывается массой одна сторона ткани, затем, по охлаждении, другая; или же ткань сразу пропускается между двух валов, к которым одновременно подается масса из двух воронок. Получение многоцветных изделий, напр. окрашенных под гранит, достигается тем, что масса разных цветов, истертая в твердом виде в порошок и смешанная в желаемой пропорции, насыпается из распределительной воронки на протаскиваемую под ней ткань, разравнивается по поверхности ткани механическими скребками и прессуется сперва пластинчатым, а затем вальцовым горячими прессами. Мозаичные изделия правильных очертаний получаются с помощью довольно сложных печатно-прессовальных станков с рифлеными прессами разных систем. Наиболее простой способ расцветки Л. состоит в печатании по поверхности вполне готового одноцветного товара растертых на масле земляных красок; печатание производится при помощи ручных рельефных форм или машин перротинного типа. Последняя операция в производстве Л. сушка. Продолжительность ее обуславливается сортом и степенью предварительного окисления, примененного для изготовления массы льняного или другого высыхающего масла. Изделие, вышедшее из прессовальной машины и охлажденное на барабанах, получается хотя и в достаточно отвердевшем виде, допускающем даже накатку в валы без прилипания, но оно еще не годится в употребление по причине некоторой излишней пластичности и резкого масляного запаха, зависящих от неполного отвердения вошедших в состав массы высыхающих масел. Окончательная высушка Л. производится в сильно вентилируемых сушильнях, при постоянной температуре вдуваемого в них воздуха 25 - 35? С, в течение 2 - 6 недель и более. Литература по этому предмету очень бедна; кроме отдельных мелких статей в иностранных технич. журналах и сборниках английских и немецких патентов, можем указать на вышедшую в 1888 году книгу: "Geschicte, Eigenschaften und Fabrikation des Linoleums", Гуго Фишера.

А. Соколов.

Линь

(Tinca vulgaris s. tinca) - представитель особого рода семейства карповых рыб (Cypriniodae). Чешуя мелкая, глубоко сидящая в толстой слизистой коже; боковая линия полная; спинной плавник короткий, передний его край приходится над брюшными плавниками; заднепроходный плавник короткий, хвостовой несколько усечен; рот на конце головы, на углах рта по короткому усику; конические глоточные зубы расположены в один ряд, с одной стороны их 4, с другой 5. Тело очень гладкое и покрыто толстым слоем слизи; все плавники закруглены. Цвет находится в сильной зависимости от свойств тех вод, в которых Л. живет. Вообще цвет черноили оливково-зеленый, с золотистым или медным блеском, на брюхе светлее; в реках и чистых озерах он желтее. В Богемии и Верхней Силезии разводится особая, очень красивая разновидность - золотистый Л. (Т. chrysitis), с крупной тонкой чешуей, золотистого или красного цвета с черными пятнами. У самца 2-й луч брюшного плавника больше и толще, чем у самки. Длина его 20 - 50 и до 70 см., вес до 3 - 4, редко 5 - 6 кг.; изредка попадаются, однако, еще более крупные экземпляры: около Киева был пойман Л. длиной около 1 арш. и весом около 181/2 фн. Л. водится в Европе и юго-зап. Сибири. На севере его, по-видимому, нет (указывают, однако, будто бы он водится около Архангельска), на вост. склоне Урала доходит до 57? с. ш., в Финляндии - до 62? с. ш., на Кавказе представляет большую редкость. Живет преимущественно в тихих тинистых водах, но иногда и в низовьях рек до взморья. Л. - вялая и ленивая рыба, держится на дне, питается водяными растениями, насекомыми и т. п. На зиму зарывается в ил и впадает в спячку. Время икрометания на юге России, по большей части, - конец мая и начало июня. Число икринок у самки около 300000. Мясо вкусно, но часто отзывается тиной. Л. нигде не составляет предмета важного промысла; ловится в морды и верши и т. п., в сети, на удочку и острогой (лученье). Легко разводится в прудах.

Н. Кн.

Лион

(Lyon) - гл. г. дпт. Роны, после Парижа самый большой и важный город Франции, при слиянии Роны и Соны, в красивой местности, изобилующей садами и виноградниками; имеет 6 предместий. 416029 жителей. Перворазрядная крепость; с 1874 г. Л. защищен вторым, наружным рядом фортов, которые окружностью в 80 км. охватывают прежние укрепления, расположенные частью в самом городе, частью на расстоянии 1 - 5 км. от него. Из множества площадей в Л. (свыше 100) выделяются площадь Белькур (Bellecourt), с каштановыми аллеями, садами и конной статуей Людовика XIV, и площадь Карно, со статуей республики. Старинный собор св. Иоанна, в смешанном, византийско-готическом стиле; ратуша с бронзовыми группами "Роны" и "Соны" на фасаде; дворец св. Петра или изящных искусств. 4 государственных факультета, с 1800 слушателей; католический унив., с 4 факультетами; ветерин. училище, семинария, школа изящных искусств, заведения для глухонемых и слепых. Городская библиотека имеет свыше 200000 том. и 2400 рукописей. Музей картин, скульптуры, антикварных вещей; ботанический сад, обсерватория; многочисленные общества. Больница Hоtel Dieu основана в VI ст. Л. занимает первое место в мире по производству шелковых материй. Собственно шелковых фбр. в Л. нет: по заказу нескольких крупных предпринимателей работы исполняются в маленьких, самостоятельных мастерских. Число таких станков в городе и окрестностях доходило в 1894 г. до 85000, число рабочих - до 95000. Вообще шелковое производство занимает около 210000 рабочих. Стоимость ежегодно вырабатываемых продуктов колеблется около 300 милл. фр. До 80 шляпных мастерских, 12 машинных мастерских, 10 котельных, железоделательный зав.; производство пуговиц, булавок, искусственных цветов, цветной бумаги и обоев; типографии, книжная торговля, фбр. химических веществ, парфюмерий, фаянсовой и глиняной посуды и пр. Торговля очень значительна; ей благоприятствует выгодное положение Л. у двух судоходных pp. и на пути между Средиземным м., внутренней Францией, Швейцарией и Италией. Кроме предметов шелкового производства ведется значительная торговля вином, хлопком, овечьей шерстью, каменным и древесным углем, мукой и др. Л. был значительным городом древней Галлии и назывался Lugdunum. Под римским владычеством достиг цветущего состояния. При Нероне сгорел, но быстро возник вновь. Из римских построек сохранились остатки трех акведуков, театров и пр. Христианство в Галлии раньше всего утвердилось в Л. В средние века Л., с окружающей областью, составлял графство Лионнэ; при имп. Конраде II принадлежал германской империи. В XIII ст. здесь были два значительные церковные собора. Во время первой франц. революции Л., в 1793 г., принял сторону противников конвента, вследствие чего был осажден правительственными войсками, принужден к сдаче и приговорен конвентом к уничтожению. Комиссары конвента, Колло д\'Эрбуа, Фуше и Кутон, не исполнили этот приговор всецело, но множество жителей было расстреляно, лучшие здания разрушены. После революционных погромов Л. оправлялся очень медленно; только с 1815 г. торговля и фбр. шелку стали быстро развиваться. Кроме конкуренции других стран, Л. повредили восстания 1831, 1834 и 1849 гг., подавленные военной силой. В 1840, 1856 и 1882 г. Л. пострадал от наводнений. В 1872 г. и в 1894 г. здесь были большие промышленные выставки. При посещении последней был убит президент Кapно.

Липа

(Tilia L.) - род деревьев из семейства липовых. Листья очередные, двухрядные, сердцевидные и пильчатые, прилистники рано опадающие. Цветы собраны в виде ложных зонтиков, сидящих в углах листьев и снабженных бледным языковидным прилистником, до половины приросшим к ножке соцветия. В чашечке и в венчике по 5 частей. Тычинки в большом числе, при основании срастаются более или менее заметно в 5 пучков, из них внутренние у некоторых видов не имеют пыльников, представляясь стаминодиями. Завязь цельная, 5-гнездая, в каждом гнезде по 2 семяпочки. Плод ореховидный, вследствие недоростания семяпочек односемянный или 2-семянный. Зародыш в семенах с листоватыми, лопастными семядолями. До 10 видов, раздробляемых некоторыми авторами еще на большее число. У нас в Европ. России и в зап. Сибири распространен вид Т. parvifolia Ehrh. (Т. ulmifolia Scop.), причислявшаяся Линнеем к его виду Т. europaea L., куда относил он и зап.европейский вид Т. platiphylla Scop. Эти 2 вида типически между собой довольно хорошо отличаются, но между ними имеются переходы, подавшие повод образовать вид Т. intermedia DC, принимаемый иными за разновидность, другими за помесь между вышеназванными, что действительно указывает на их близкое cродство, а может быть и на принадлежность их действительно к одному виду. В своих типических формах обе Л. отличаются следующими признаками. Т. раrvifolia - зимняя, мелколистная Л. Листья голые, с изнанки сизы, несут в углах нервов пучечки рыжих волосков, соцветия направлены кверху, содержат от 5 до 11 цветов, плоды тонкостенные, с неясными ребрами. Бывают вышиной в 30 м. на 120 году, но могут достигать и гораздо большей старости. Известны Л., которым насчитывается до 800 и даже 1000 лет. Л. в России доходит до средней Финляндии, а оттуда северный предел ее распространения понижается до северной оконечности озера Онего, проходит через Шенкурский у. Архангельской губ., дальше понижается почти до Устюга, а потом и до 60? сев. шир.; переходя через Уральский хребет, северный предел Л. понижается весьма сильно к югу, подымаясь опять в Сибири.

- Т. platiphylla - летняя Л. - цветет и идет в сок раньше предыдущей, листья ее крупнее и пушистее, изнанка не сизая. Соцветия поникшие, плоды с жесткой скорлупой и 5 резкими ребрами. Ее распространение в России плохо известно. По-видимому, она дико попадается только в юго-западной окраине и в Польше, также как на Кавказе, достигает таких же размеров, как и зимняя. В парках и садах она у нас несомненно разводится с успехом. Серебристая Л. (Т. argentea Desf.) растет у нас на Кавказе и в юго-зап. России, а в остальной Европе - в восточной ее части. Местами на Кавказе и местами в Крыму попадается еще Т. rubra DC., в садах и парках - американская (Т. americana). Дерево Л. высоко ценится для разных поделок и построек. Громадные липовые стволы, достигающие свыше сажени в диаметре, идут за Кавказом на чаны для выдавливания винограда. У нас же Л. идет главным образом на лыко, т. е. на добывание дуба, дающего кроме лубков еще мочало, идущее на циновки, рогожи, кули, а также на лапти. Громадное употребление этого материала (дуба) уже имело следствием истребление липовых лесов во многих местах, где Л. была еще сравнительно очень недавно весьма обильна. Дело в том, что для добычи дуба приходится губить целое дерево, а восстановление липовых лесов хотя и происходит быстро, с помощью побегов от ствола сеянцами, но далеко не в той степени, в которой идет ее истребление. Другой продукт Л. - ее цветы, собираемые в огромном количестве для лекарственной цели. Л. растет всего лучше в теплых и достаточно наделенных дождями странах, как напр. зап. Закавказье, в странах с недостаточными дождями она не достигает тех размеров, которые получает даже в климатах холодных, но более влажных. Довольствуется весьма разнообразными почвами и очень легко засевается сама собою.

А. Бекетов.

Липецк

- уездный город Тамбовской губ.; возник на месте другого города, существование которого относит предание к глубокой древности. Принадлежал к курскому княжеству, затем был резиденцией липецких князей. В 1284 г. Л. разорен татарами за непослушание баскаку Ахмету. В конце XVII в. здесь было с. Липовка. Петр I устроил здесь литейный завод для приготовления снарядов и других военных принадлежностей, действовавший до открытия Луганского зав., в 1796 г. Петр I открыл и липецкие минеральные воды и выстроил себе дворец, сгоревший в 1806 г. При учреждении Тамбовской губ., в 1779 г., Л. сделан уездным городом. Жителей 16931 (8523 мжч. и 8408 жнщ.): православных 16770, раскольников 35, католиков 21, протестантов 8, евреев 62, магометан 12, проч. исповеданий 23. Дворян 396, духовного сословия 69, почетных граждан и купцов 1466, мещан 13025, крестьян 1512, военного сословия 448, проч. сословий 15. Православных црк. 10; всех зданий 2125, из них 298 каменных. Л. расположен в 1/2 в. от юго-вост. жел. дороги (линия Орловско-Грязская). 2 ярм., на которые привозят товару около 100 тыс. Фабрик и заводов 41, с производством на 567471 р.: винокуренный зав., с производством на 372038 р., 4 свечновосковых - на 58600 р., 9 кожевенных - на 55 тыс. р., 1 табачная фбр. - на 45 тыс. р. Духовное учил., женская прогимназия, уездное и приходское учил., 3 церковноприходских, 2 школы грамотности. Богаделен 2; приют для бедных детей имени А. П. Хренникова. Дамское попечительство о бедных и попечительство при приюте. Отделения русского общества охранения народного здравия и общества улучшения народного труда. Земство содержит в Л. больницу. Городских доходов 37561 р., расходов 36274 руб., в том числе на город, управление 7723 р., на учебные заведения 5198 р., на благотворительные учреждения 494 р., на врача 300 р. У города земли 3386 дес., в том числе пахотной 889 дес., выгонной 1002 дес. Обширное садовое заведение, мятная плантация, приготовление яблочного вина. Выдано торговых документов (1894) 1685. Памятник Петру I, поставленный в 1830 г.

Лира

- древнегреческий струнный инструмент, впервые появившийся во Фракии. Изображение Л. служило символом искусства и в особенности музыки. Л. состояла из резонансного корпуса-ящика, круглого или овального, по бокам которого были укреплены два расходящихся (рогообразно) бруса. Верхние концы последних соединены были перекладиной, к которой шли укрепленные у резонансного ящика струны (3 или 4). После Терпандра число струн увеличивается от 5 до 8. Позднее оно дошло до 11 и даже 18. Играющий на Л. задевал струны плектром, т. е. заостренной пластинкой (костяной или деревянной), позже - пальцами. Л. были различных размеров: малая - с высоким строем, средняя - со средним и большая - с низким строем. Л. часто служила для сопровождения пению. Лирическая поэзия получила от нее свое название. Изобретение Л. приписывалось Гермесу, который подарил ее Аполлону. Остатки древних Л. находятся в британском музее, в Лондоне.

Н. С.

Лирохвост

птица-лира, менура (Меnura) - род птиц из отряда воробьиных, составляющий особое семейство Menuridae. Крупные птицы, как по строению, так и по внешнему виду сильно уклоняющиеся от остальных воробьиных. Клюв средней длины, прямой, на конце согнутый, у основания ширина его больше, чем вышина; крылья короткие, 7, 8 и 9-ое маховые - самые длинные; хвост у самца из 16 рулевых, из них наружная и средняя пара изогнуты в виде буквы S и придают хвосту лировидную форму; они имеют сплошные бородки; остальные перья хвоста тонкие с несплошными бородками и напоминают перья некоторых цапель; хвост самки ступенчатый и состоит из 12 перьев; ноги с высокой тонкой цевкой, передние пальцы соединены при основании перепонкой; когти кривые, но тупые, длина их равна длине пальцев; оперение густое и рыхлое; на голове перья удлинены в хохолок, у основания клюва щетинки. Известны два вида, живущие в южной и вост. Австралии в густых кустарниках, скалистых и холмистых местностях; живут на земле и превосходно бегают, летают крайне редко; крайне неподвижны и осторожны. Голос довольно разнообразен, сильно развита способность подражать другим звукам. Л. питаются насекомыми, улитками, червями, а также семенами. Гнездо по большей части строится невысоко над землей, закрыто сверху крышей и имеет боковой вход; самка кладет одно яйцо, светлого пепельно-серого цвета с бурыми пятнами, и высиживает его одна; птенец почти голый и слабый. Menura superba водится в Новом Южном Валлисе; у самца верхняя сторона темно-буро-серая с буро-красноватым надхвостьем, горло красное, нижняя сторона буровато-пепельно-серая, брюшко светлее, хвост на верхней стороне черновато-бурый, снизу серебристо-серый; длина 130 см., крыло 29 см., хвост 70 см. Самка значительно меньше, грязно-коричневого цвета, брюшко серого. М. alberti более ржавого цвета, лировидные наружные перья короче.

И. Кн.

Лисички

(Cantharellus cibarius Fr.) - съедобный шляпочный гриб из базидиомицетов, сем. Agaricaceae. Весь гриб оранжево-матового цвета; шляпка у него под конец становится ворончатовогнутой; край ее сначала загнутый, а потом выемчатый; пенек полый, постепенно расширяющийся в шляпку. Запах слабый, но приятный, вкус несколько кисловатый. Л. растут в лесах. Считаются, особенно в западной Европе, одним из лучших съедобных грибов.

Лиссабон

(Lissabon, Lisbonne, исп. и порт. Lisboa) - столица Португалии, центр ее торговли и колониальных сношений, военный порт, в пров. Эстрамадура, на сев. бер. Лиссабонской бухты, образуемой устьем Тахо. С моря на Л. чудесный вид; город расположен амфитеатром на холмах, окаймленных цепью Серра де Цинтра, в местности, усеянной фабриками, дачами, садами и апельсинными рощами. 18 км. в окружности; в 1890 г. 307661 жит. (вместе с предместьями). Много негров, креолов, мулатов, иностранцев, 30000 галегосов из исп. Галиции. После землетрясения 1755 г. физиономия Л. совершенно изменилась. Рынок, с прекрасными торговыми рядами; сады Сан-Педро д\'Алькантара, Эстрелла, зоологический и королевский; улица Альмеида Гаррет, с площадью Камоэнса, где собирается элегантный свет. Из церквей выдаются собор (базилика) и церк. св. Роха, с драгоценными мозаиками. Между королевскими замками замечателен только Аюда (Ajuda), с ботаническим садом, естественно-историческим кабинетом и другими коллекциями. Богатые коллекции картин и др. предметов искусства в резиденции кор. Фердинанда. Алькантарский водопровод, выложенный мрамором, доставляет воду из Альвиеллы, Белласа и др.; 127 арок. Прежний Иеронимитский монастырь Белем, XV в. - огромное здание, на половину мавританско-византийского, на половину романоготич. стиля, теперь сиротский дом; в нем церковь с гробницами Эммануила Вел., Иоанна III, Альфонса IV и кардинала Генриха. На берегу Тахо Торре де Белем - старая башня мавританско-готич. стиля, с батареей на вершине. Два театра, арсеналы сухопутный и морской, верфи и доки. Лицей, несколько учительских семинарий, промышленный институт с коммерческой школой, рисовальная школа, политехническая школа с прекрасным ботаническим садом и богатым естественноисторическим музеем, медико-хирургическая академия, военная школа, морская школа с обсерваторией, метеорологическая обсерватория, сельскохозяйственный и ветеринарный институты, много народных и частных школ. Академии искусств и наук, с библиотекой и ботаническим садом; две публичные библиотеки, из которых национальная с 150000 тт. и 10000 рукописей; государственный архив, с громадным количеством документов (из них 83000 касающихся Индии); музей изящных искусств; громадный воспитательный и сиротский дом. Значительная промышленность: филиграновые изделия, обработка хлопка, шерсти и шелка, обувь, шляпы, металлические изделия, обтеска камня. Несколько фабрик табачных, фарфоровых, мыловарен, сталелитеен. Целебные теплые ключи в Рибейра Вальха и в арсенале. Значительная торговля; несколько сотен иностранных торговых домов; много банков, страховых, пароходных и железнодорожных обществ; биржа, консульства. Прямое пароходное сообщение с Азией, Африкой, Америкой и почти всеми европейскими морскими портами. Вход в Лиссабонский зал. - Entrada di Tejo (600 м. ширины) - делится подводным рифом на два канала; необходимы лоцманы; форты Сан-Джулиано и Бугио или Сан-Лоренцо. Вывоз картофеля, оливкового масла, южн. фруктов, вина, соли, руды и разных изделий. Л. - древний Олизиппо или Улизиппо, у римлян Felicitas Julia, у свевов и вестготов Олизипона или Улизипона, у арабов АльОшбуна и Лишбуна. В 716 г. достался арабам, несколько раз переходил из рук в руки; в 1147 г. Альфонс португ. окончательно сделал его христианским, с помощью крестоносцев. Иоанн I сделал Л. резиденцией, Эммануил Вел. - исходным пунктом морских экспедиций, и Л. стал значительнейшим торговым городом Европы, мировым рынком; пал во время исп. владычества (1580 - 1640); снова расцвел под властью дома Браганца, число жит. дошло до 300 т., но в 1755 г. на две трети разрушен землетрясением и наводнением; энергия министра Помбаля возродила его из пепла. С 29 ноября 1807 г. до 30 авг. 1808 г. был в руках французов; освобожден англичанами. Устраивается линия укреплений для защиты города с суши.

Лист Ференц

(Ferenz Liszt) - знаменитый пианист-виртуоз, композитор, педагог, капельмейстер и писатель о музыке, много послуживший прогрессу музыкального искусства в XIX стол. Род. 10 октября 1811 г. в Венгрии; с самого раннего возраста обнаружил необычайные музыкальные способности и заслужил название Wunderkind. Семи лет он читал ноты без посторонней помощи и вообще с чтением музыки познакомился ранее, чем с грамотой. После трехлетних занятий у отца, Л., когда ему было около девяти лет, впервые выступил в публичном концерте. Шесть венгерских магнатов обеспечили Л. настолько, что он мог получить серьезное музыкальное образование. С 1821 г. он занимался в Вене игрой на фортепиано у Карла Черни, теорией - у Сальери. Выступая в концертах, Л. вызывал громадную сенсацию в венской публике; во время одного из них Бетховен, после импровизации мальчика, поцеловал его. В 1823 г. Л. поехал в Париж, где занимался у Паэра, потом у Рейха. Одноактная опера его, "Дон-Санхо", была дана в Париже в 1825 г. К этому же времени относятся его фортепианный концерт A-moll, этюды и пр. В 1827 г. умер отец Л., вследствие чего мистическое настроениe, и прежде замечавшееся в Л., еще более его охватило; церковь стала его утешением. Чтение, а впоследствии знакомство с такими людьми как Гюго, Бальзак, Гейне, Альфред де-Мюссе, Жорж Занд, выработали в Л. художника-мыслителя. С юных лет и до конца жизни он старался пропагандировать все то, что заслуживает внимания, но остается в тени. Так например, в 1829 г. Л. первый играл в Париже концерт Es-dur Бетховена, классическая музыка которого была в то время недоступна парижанам. Большое влияние оказал на Л. Паганини, npиехавший в Париж в 1831 г. Игра гениального скрипача побудила Л. добиться еще большего совершенства в исполнении. На некоторое время он отказался от концертирования, усиленно работал над техникой и переложил для фортепиано каприччио Паганини, вышедшие под названием шести этюдов. Этот труд был первым и чрезвычайно блестящим опытом в фортепианном переложении, которое впоследствии Л. довел до столь высокой степени. На Л. как на виртоуза имел также громадное влияние Шопен, а как на композитора - Берлиоз. Около 1835 г. большое внимание обратили на себя статьи Л. о социальном положении артистов во Франции, о Шумане и др. Рано Л. начал и педагогическую деятельность, которую никогда не покидал. В середине 30-х годов Л. предпринимает путешествие по Швейцарии, Италии. К этому времени относятся его сборник пьес "Album d\'un voyageur" (изданный впоследствии под названием "Annees de pelerinage") фантазии на "Пуритан", "Лючию", "Жидовку", переложения пасторальной симфонии Бетховена и многих сочинений Берлиоза. Дав несколько концертов в Париже и Вене, Л. возвращается в Италию (1839), где пишет знаменитую пьесу "Venezia е Naроli" и оканчивает переложение симфоний Бетховена на фортепиано. Необычайные размеры его слава получает между 1839 и 1848 гг. В этот период Л. несколько раз объехал всю Европу, не исключая России, Испании, Португалии, Турции. В России Л. был в 1842 и 1848 гг. Он первый стал выступать в концертах, исполняя всю программу один, без участия посторонних артистов. Результатом артистических путешествий было большое состояние, давшее Л. возможность подвинуть дело постановки монумента Бетховену в Бонне: он внес недостававшую сумму в 18 тыс. талеров. Для музыкального торжества, сопровождавшего открытие памятника (1845), Л. написал кантату, посвятив ее памяти Бетховена.

Как пианист-виртуоз Л. открыл новые горизонты. Он властвовал над публикой не только благодаря своей технике и новизне приемов, но, главным образом благодаря глубокохудожественному исполнению. Он умел передать свое искусство своим ученикам и создал целую листовскую школу, представителями которой являются Таузиг, Бюлов, г-жи Ментер, Бронсар и мн. др. Величайший из пианистов как в игре, так и в фортепианных произведениях, он выказал глубокое понимание богатых средств фортепиано. В 1848 г. Л. посвятил себя капельмейстерской деятельности, поселившись в Веймаре. Благодаря ему, Веймар становится средоточием музыкальной жизни Германии. На оперной сцене и концертах, под управлением Л. выдвигается вперед все выдающееся в музыкальном искусстве, все молодое и талантливое. "Тангейзер" Вагнера, не имевший успеха в Дрездене, получает должную оценку в Веймаре; там же впервые ставится "Лоэнгрин"; обеим этим операм Л. посвящает особую брошюру. Берлиоз, потерпевший неудачу в Париже с оперой "Бенвенуто Челлини", имеет с ней полный успех в Веймаре. То же происходит и с оперой "Геновефа" Шумана, совершенно непонятой в Лейпциге. Л. с одинаковой симпатией относился к композиторам своей страны и чужих стран. Русские композиторы всегда вызывали в Л. живейший интерес и большое сочувствие. Во время веймарского периода написаны: гранская месса и почти все оркестровые сочинения Л., симфонии и симфонические поэмы, масса фортепианных произведений - 15 рапсодий, 18 этюдов, полонезы, ноктюрны. В начале 60-х годов Л. переселился в Рим, а в 1865 г. принял малое пострижение и звание аббата. Свою творческую деятельность Л. направляет теперь преимущественно в сторону церкви. Плодом ее явились оратории: "Св. Елизавета", "Христос", четыре псалма, реквием и венгерская коронационная месса. В начале 70-х годов Л. выступал как дирижер в Веймаре и Вене, а с 1875 г. его деятельность сосредоточивается преимущественно в Пеште, где он был выбран президентом вновь основанной музыкальной академии. 70-летие со дня его рождения во многих музыкальных центрах Европы (между прочим и в Петербурге) чествовалось концертами, составленными из произведений Л. В 1886 г. Л., так сказать, прощался с Европой: в Лондоне и Париже в его присутствии была исполнена его оратория "Св. Елизавета". В Люксембурге приветствия публики в концерте до того растрогали маститого художника, что он, хотя и давно отказавшийся от публичного исполнения, решился играть перед тысячной аудиторией. Осенью этого года Л. собирался в Петербург, но скончался 19 июля в Байрейте, где и погребен. Последними композиторскими его трудами были второй Мефисто-вальс, симфоническая поэма "От колыбели до могилы" и несколько фортепианных пьес. Оратория "Св. Станислав", вступление которой исполнялось еще в 1884 г., осталась недоконченной, как и фортепианная школа: "Methode de piano".

Всех сочинений Л. 647: из них 63 для оркестра, около 300 переложений для фортепиано. Во всем, что писал Л., видна самобытность, стремление к новым путям, богатство фантазии, смелость и новизна приемов, своеобразный взгляд на искусство. Его инструментальные сочинения представляют замечательный шаг вперед в музыкальной архитектонике. Ошибаются те, которые думают, что в своих произведениях Л. вращался в области бесформенной фантазии; напротив, его 14 симфонических поэм, симфонии "Фауст" и "Divina comedia", фортепианные концерты представляют богатейший новый материал для исследователя музыкальной формы. Из музыкально-литературных произведений Л. выдаются брошюры о Шопене (переведена на русский язык И. А. Зиновьевым, в 1887 г.), о "Бенвенуто Челлини" Берлиоза, Шуберте, статьи в "Neue Zeitschrift fur Musik" и большое сочинение о венгерской музыке ("Des Bohemiens et de leur musique en Hongrie"). См. Christern, "F. Liszt nach seinem Leben und Wirken aus authentischen Berichten dargestellt" (Лпц.); Schuberth, "Franz Liszt\'s Biographie" (Лпц., 1871); Heymann, "L\'abbe Liszt" (П., 1871); П. А. Трифонов, "Франц Лист" (СПб., 1887); Janka Wohl, "Francois Liszt", в "Revue internationale" (1886); L. Ramann, "Franz Liszt, als Kunstler und Mensch" (Лпц., 1880); R. Роhl, "Franz Liszt. Sludien und Erinnerungen" (Лпц.).

H. C.

Лист Франц

(фон Liszt) - известный нем. криминалист, род. в 1851 г., профессор в Гиссене, Марбурге, теперь в Галле. Л. - глава "социологического" направления в современном уголовном праве, имеющего видных представителей и во Франции (Гарро), Бельгии (А. Пренс), Голландии (Гомель), России (Таганцев, Фойницкий и др.): пользуясь социологическими и антропологическими работами по изучению преступности, оно сохраняет первенствующее значение за угол. правом, как за юридической наукой. Уголовные кодексы, по мнению Л., всегда будут существовать, по-прежнему распадаясь на части общую и особенную; но борьба с преступностью должна быть поставлена в зависимость от каждого отдельного случая, и из гибкой природы наказания должна быть извлечена наибольшая польза. Л. не придает значения вопросу о праве государства наказывать, ссылаясь на тот несомненный исторический факт, что всякое нарушение жизненных интересов общества всегда и везде вело к лишению преступника известных благ или причинению ему страдания. В историческом своем развитии наказание из слепой инстинктивной реакции постепенно обращается в целесообразную функцию государственной власти. Назначение наказания - охрана правового порядка, что только отчасти достигается угрозой уголовного закона, главным же образом - порядком исполнения наказания. Мера наказания определяется его целью. Так как наказание направлено против конкретного преступника, то и цели его видоизменяются сообразно особенностям данного случая. Трем основным группам преступников соответствуют и троякая цель наказания. Против преступников профессиональных и притом неисправимых общество должно защищаться при помощи обезвреживающего наказания (пожизненное заключение); для преступников исправимых, впадших в преступление по склонности прирожденной или приобретенной, но для которых преступление не сделалось еще второй природой, должно быть назначено исправляющее наказание (лишение свободы, но не краткосрочное, только портящее преступника, а долгосрочное, не менее 1 года); наконец, для преступников случайных, по отношению к которым повторение учиненного представляется маловероятным, наказание должно быть устрашительно, создавая мотивы, способные удержать от преступления. Таким образом, тяжесть наказания должна соответствовать не столько значению нарушенного интереса, сколько внутренним особенностям преступника, объему и глубине его виновности; это подает повод Л. называть свою теорию наказания теорией истинного юридического возмездия. Л. не считает наказание самым совершенным и единственным средством борьбы с преступностью: большое значение имеют предупредительные меры, основанные на изучении всех факторов, влияющих на преступность. Среди этих факторов, по отношению к привычным, профессиональным преступникам, первое место занимают условия социальные.

Уголовное уложение, с точки зрения Л. - это magna charta преступника, защищающая не только общество и правовой порядок, но и личность, восставшую против них. Свои общие воззрения Л. изложил в "Lehrbuch des deuts. Strafrechts" (Б., 1881; 6-е изд. 1894), "Der Zweckgedanke in Strafrecht" (Марб., 1882) и ряд статей, которые, под общим заглавием "Kriminalpolitische Aufgabe", печатались в 1889 - 94 г. в "Zeitschr. fur gesammte Strafrechtswissenschaft" и "Bulletin de l\'union internationale de droit penal" (сокращенное изложение этих статей на рус. яз. Б. Гурвича, под заглавием: "Задачи уголовной политики Франца фон Л.", СПб., 1895). С 1889 г. Л. издает "Abhandlungen des kriminalistischen Seminars", которым он же руководит. Другие соч. Л.: "Meineid und falsches Zeugniss" (Вена, 1876), "Die falsche Aussage vor Gericht oder offentlicher Behorde" (Грац, 1877), "Lehrbuch des osterreichischen Pressrechts" (Лпц., 1878), "Das deutsche Reichspressrecht" (Б., 1880), "Die Reform des jurist. Studiums in Preussen" (Б., 1886), "Der ital. Strafgesetzentwurf" (Фрейб., 1888), "Die Grenzgebiete zwischen Privatund Strafrecht" (Б., 1889) и пр. Л. принимал деятельное участие в обсуждении проекта рус. уголовного уложения; его замечания на общую часть проекта напеч. в "Журн. Гражд. и Угол. Права" (1883, ј7). Л. один из инициаторов международного союза криминалистов, возникшего в 1889 г. Ср. В. Пржевальский, "Профессор Франц Л. и его основные воззрения на преступление и на наказание" (СПб., 1895).

Лист

(folium), как и всякий другой член растения, может соединять в себе все те черты развития, роста, строения и физиологического значения, которым он отличается от остальных основных органов листостебельных растений - это Л. типический. Или же он представляет только некоторые из своих главных отличительных признаков. В общежитии Л. вообще чаще всего называют именно Л. типический. Отличительные признаки такого листа: он появляется не иначе, как на стебле, поэтому Л. называются боковыми или придаточными органами (org. lateralia, appendicularia), залагается Л. в виде мельчайшего бугорка ниже органической верхушки стебля, разрастается сначала верхушкой, а затем, с замиранием верхушки, всей своей поверхностью и основанием; рост его ограниченный, т. е. он останавливается в своем развитии, достигнув определенных размеров, а затем вянет, отсыхает или отпадает. Л. производить не может, хотя способен часто надувать стеблевые почки и корни; содержит в себе хлорофилл и служит для испарения воды, для усвоения углекислоты и для дыхания. Такими типическими Л. снабжены воздушные стебли и ветви огромного большинства листостебелъных растений. Типический Л. может быть сам более или менее расчлененным или полным. Полный Л. состоит из 4 частей, а именно: верхняя, расширенная его часть есть пластинка или отгиб (lamina); узкая часть, на которой прикреплена пластинка - черешок (petiolus); черешок нередко несет при основании 2 листоватых отростка, называемых прилистниками (stipulae), которые, срастаясь, иногда являются в виде одного цельного органа. Наконец, черешок при основании может расширяться и обхватывать стебель, образуя вокруг него трубку, называемую влагалищем (vagina). Таких полных Л. чрезвычайно мало. В большинстве случаев одной или даже нескольких из перечисленных частей нет. Л. без черешка называется сидячим (Fol. sessile) в противоположность черешчатoму (снабженному черешком). Влагалище также очень часто исчезает. Оно может, однако же, находиться при черешчатом Л. как у наших щавелей, у которых имеется влагалище, сросшиеся прилистники, черешок и пластинка, а у злаков только влагалище и пластинка. Реже всего весь Л. представлен одним черешком, как напр. у многих новоголландских акаций, но в таком случае он принимает плоскую форму, уподобляясь пластинке; такие плоские черешки называются филлодиями (phyllodium). Изучая в целости побеги всевозможных растений, мы замечаем, что их Л. от основания до верхушки стебля претерпевают постепенно, а иногда и внезапно, изменения, а именно: при основании стебля и на его подземной части, если такая на лицо, сидят Л. сравнительно слабо развитые, называемые низовыми. Они часто лишены хлорофилла или содержат его в малом количестве, будучи желтоватыми, бледными, или розоватыми, красноватыми и даже бурыми. Кроме того, они упрощены по своей форме, состоят из одних черешков или даже как бы из одних только нижних частей, из оснований черешков, причем они часто мясисты и наполнены запасными питательными веществами, как напр. мясистые низовые Л. луковиц, или же становятся жесткими, прочными и представляются в виде чешуй, прикрывающих зачаточный нежный побег, таковы чешуйчатые низовые Л. зимующих почек наших деревьев. На корневищах, т. е. на подземных стеблях, низовые листья бывают часто еще менее развиты. Все эти органы, однако же, сохраняют при себе главнейшие особенности Л.: они сидят на стебле, развиваются подобно типическим листам, имеют ограниченный рост, отличаясь только тем, что имеют упрощенную форму и содержать мало, а иногда и вовсе не содержат хлорофилла. Переходы от низовых Л. к следующим за ними типическим, называемым промежуточными (Laubblatter немецких ботаников) часто весьма очевидны. Для того, чтобы в этом убедиться, следует внимательно разобрать начинающие распускаться и вытягиваться почки наших деревьев и кустарников, напр. роз, шиповников, смородин, кленов и т. д.; тогда мы увидим постепенное усложнение чешуй от наружних к внутренним. Самые наружные больше всего отличаются от типических Л., за ними идут такие, у которых на верхушках имеются маленькие зеленые и плоские наконечники, еще далее наконечники увеличиваются, принимают уже форму типического Л. данного растения и мало-помалу в него переходят. У трав эти переходы бывают также весьма явственны.

Итак, за низовыми Л. идут типические, называемые промежуточными потому, что еще выше на стебле начинается опять упрощение Л., состоящее, впрочем, у большинства только в упрощении форм: они постепенно теряют черешки, уменьшаются, становятся менее раздробленными, а иногда, приближаясь к цветам или соцветиям, получают яркую окраску, теряя отчасти или вполне хлорофилл; такие Л. называются верхушечными. Наконец, за верхушечными следуют уже органы, входящие в состав цветка, которые сохраняют при себе, однако же, главные атрибуты Л. Описанная эволюция Л. называется его метаморфозом. Это, очевидно, вовсе не глубокое его изменение, но у папоротников мы встречаемся с более существенными отклонениями: их Л., часто очень большие и сильно раздробленные, сохраняя при себе большую часть листовых особенностей, развиваются, однако же, подобно стеблям верхушкой в продолжение всей своей жизни. Это обстоятельство подало повод некоторым авторам считать Л. папоротников за ветви, что, впрочем, не принято, но им все-таки придается нередко особое название: вайя (frons), попадающееся во многих русских ботанических книгах. Долговечность Л. хотя и определяется долговечностью того стебля, на котором он сидит, но у кустарников и деревьев Л. всегда отмирают прежде гибели самого растения; бывают они, однако же, однолетними и многолетними. В последнем случае они остаются на растении дольше одного года, например у наших елей иногда 7 лет. Растения с многолетними Л. называются вечнозелеными, потому что листья их (например у лимонов, померанцев, мирт, брусники, пальм) опадают постепенно. Такие Л. бывают прочными, кожистыми и достигают своих полных размеров уже в первый год, медленно и едва заметно уплотняясь в последующие годы. Всего разнообразнее Л. типические (промежуточные), притом же разнообразие это зависит преимущественно от листовой пластинки. В описательных сочинениях, когда характеризуют Л., подразумевается главным образом его пластинка, несмотря на то, что говорят коротко Л. (folium), тоже в общежитии. Какой бы формы и величины не была пластинка - на ней почти всегда замечаются, особенно с изнанки, выдающиеся или обозначенные более светлым цветом ребра или нервы. Из них один или несколько бывают сильнее остальных и называются главными или первичными (nervus primarius), остальные, более тонкие и по большей части отходящие от главных, считаются вторичными. Если главный нерв один и проходит через всю длину пластинки, то от него направо и налево отходят вторичные, как бахрома пера от его стержня; такой Л. называется перистонервным (f. penninervium). Если главных нервов 2 или больше и они расходятся между собой от основания пластинки подобно пальцам птичьей ноги, Л. называются лапчатонервными (f. palminervium). В обоих случаях нервы образуют между собой углы, а потому они называются вообще углонервными (f. angulinervia). Когда нервы от основания пластинки идут между собой параллельно или почти параллельно, тогда Л. считается параллельно-нервным. Чем длиннее Л., тем заметнее эта параллельность, ибо к верхушке нервы все-таки между собой сходятся, как напр. у овса, ржи и злаков вообще. У некоторых растений нервы от основания пластинки, расходясь, образуют заметные дуги, как у нашей частухи; такие Л. называются дугонервными или кривонервными (f. curvinervia). Мелкие, разного порядка нервы нередко образуют между главными выдающуюся, частую сетку, тогда Л. представляется сетчатонервным (f. reticulatum).

По форме пластинки все Л. разделяются прежде всего на простые (f. simplicia) и сложные (f. composita). Простыми считают такие, у которых все части, на которые может распадаться пластинка, не снабжены особыми черешками, если же эти части имеют при основаниях свои собственные черешки, то это Л. сложные. В. последнем случае листовые части могут соединяться с общим черешком сочленениями, причем они, завядая, отваливаются гладкими поверхностями (на сочленениях), тогда Л. наз. членистосложным. Примером обыкновенного сложного Л. может служить Л. картофеля, примером членистого - большая часть наших бобовых: горошки, чилига, акации и пр. Какие бы, впрочем, Л. не были, можно всегда иметь в виду их общее очертание, что и принимается в расчет при их описании; так, напр., Л. лапчато-рассеченный представляется округлым, с сердцевидным основанием и т. д. Затем приводятся здесь главные формы Л. и термины, им присвоенные.

I. Л. простые: а) формы тонких Л. по очертанию: округлый и почти округлый (rotundum, subrotundum), яйцевидный (ovatum), обратно-яйцевидный (obovatum), продолговатый, удлиненный (oblongum), длина в 3 или 4 раза превосходит ширину, концы округлые; ланцетный (lanceolatum), в виде хирургического ланцета, может быть широко- и узколанцетным; лопатчатый (sрatulatum); линейный или лентчатый (lineare); шиловидный (subulatum) - очень узкий и кверху утонченный, обыкновенно жесткий; волосообразный (capillare); b) по форме верхушки: острый (acutum) - постепенно суженный к верхушке; заостренный (acuminatum) - суженный вдруг в верхушечное ocтрие (acumen); остроконечный (mucronatum) - тупой Л., несущий на верхушке остроконечие (mucrо); тупой (obtusum); срезанный (truncatum) - вверху как бы cрезанный поперек; выемчатый (retusum, emarginatum - листочки перистого сложного листа); с) по форме основания: клиновидный (cuneatum) - основание в виде более или менее острого угла; сердцевидный (cordatum) - с глубокой и острой выемкой, причем и весь Л. имеет нередко форму карточных сердец; почковидный (reniforme); стрельчатый (sagittatum) нижние лопасти вниз; копьевидный (hastatum) - лопасти прямо врозь; тупой, округлый и пр. (basi truncatum, basi rotundatum etc.); d) до раздроблению пластинки: Л. совершенно цельный или цельно-крайный (f. integerrimum); цельный (integer. etc.), раздробление не простирается дальше четверти полупластинки; надрезанный (fissum) - раздробление простирается приблизительно до половины полупластинки, причем участки и вырезки острые; лопастный (lobatum) - то же, но участки и выемки тупые, в первом случае участки так участками и называются, во втором лопастями (lobi); раздельный или разделенный (f. partitum), а участки доли (partes), простираются дальше половины полупластинки; рассеченный (f. sectum) - раздробление идет до основания пластинки, участки-сегменты (segmenta); е) по раздроблению краев: зубчатый (dentatum) - зубы (dentes) прямые, разделяющие их выемки дугообразные; пильчатый (serratum) - зубцы (serraturae) обращены в одну сторону и более или менее острые; двоякопильчатый (bisseratum) - зубцы сами пильчатые; городчатый (crenatum) - городки (crenatoгае) тупые, прямые, а разделяющие их выемки острые; выгрызенный (erosum) - неправильно зазубренный; извилистый (sinuatum) - края с редкими и неглубокими выемками; лировидный (lyratum) - перисто-лопастный с большей верхушечной лопастью, причем остальные участки постепенно уменьшаются книзу; гребенчатый (pectinatum), распадающийся на узкие острые участки.

II. Листья сложные. Участки, снабженные частыми черешками или черешечками, располагаются или по двум сторонам главного листового стержня, составляющего продолжение главного черешка, или на его верхушке. В первом случае Л. называется перистым (pinnatum), во втором лапчато-сложным (palmatum). Перистый Л. бывает парноперистым (paripinnatum), когда его верхний Л. вовсе не развивается или заменен усом, иногда ветвистым; непарноперистый (imparipinnatum), когда верхушечный листочек развит. Если в состав Л. входит только 3 листочка, то его назыв. тройчатым (trifoliolatum), как у клевера, если 4 четверным и т. д.; перистые Л. могут состоять только из одной пары листочков или из нескольких, и тогда их наз. однопарными, двупарными и т. д. (unijugatum, bijugatum и т. д.). Кроме этих терминов, без знания которых невозможно самое поверхностное описание растений и их определение, существует немало других, по большей части легко понимаемых без особого пояснения, так как в них меньше условности. Таковы, напр., выражения, касающиеся консистенции, цвета, направления и даже ощущения Л., например термины: мясистый (carnosum), кожистый (coriaceum), гладкий, голый, оттопыренный, стоячий, висячий и пр. Мы уже видели, что низовые и верхушечные Л. бывают несравненно менее развиты, чем типические промежуточные, но недоразвитие Л. может идти еще дальше. Так у чужеядных растений все Л. лишены хлорофилла, а следовательно, и зеленого цвета, представляясь даже в виде незначительных чешуй, у других Л. отчасти недоростает и заканчивается простым или ветвистым усом, у других, как напр. у кактусов, у барбариса, Л. принимают форму колючек. Другие части Л. тоже представляют некоторое разнообразие. Влагалище бывает двоякое: замкнутое, образующее цельную трубку, обхватывающую стебель, как у гречишных и злаков, или оно расколото по всей длине, как у осоковых, кроме того оно может быть более или менее вздуто. Прилистники, как сказано, часто вовсе отсутствуют, но есть семейства растений, где они составляют характерную черту, напр. розоцветные, бобовые и пр. Именно у бобовых они иногда так сильно развиты, что даже крупнее самих Л. Формы их разнообразны. Так как они сидят попарно при основании черешка, с двух его сторон, то они часто несимметричны, т. е. одна их сторона, именно свободная, обращенная кнаружи, сильнее разрастается, чем другая; кроме того, они иногда срастаются с черешком или между собой; в последнем случае они образуют один цельный орган, помещающийся между черешком и стеблем, как то видно у гречишниковых. Будучи по большей части листоватыми, они тогда принимают вид чешуй или колючек. Наконец, черешок тоже весьма различен у разных растений. Во-первых, его относительная длина крайне различна, при этом можно принять за весьма распространенное правило, что относительная длина черешка тем значительнее, чем шире и короче отгиб; так у наших широколиственных деревьев: лип, кленов, берез - черешки длинные, а у многих ив с узкими Л. - они короткие. Консистенция их тоже очень различна: у многих пальм с огромными кожистыми Л. черешки бывают деревянисты, прочны и достигают длины метра и больше; у трав они сравнительно мягки, но все же прочнее отгибов, так как должны их поддерживать. У некоторых растений они способны закручиваться, изгибаться и цепляться за предметы, напр. у ломоносов (Clematis). Внутреннее анатомическое строение Л. находится в сильной связи со строением стебля.

А. Б.

Лиственница

(Larix) - род растений из семейства елевых. Высокие деревья с мягкими опадающими хвоями. На длинных, верхушечных побегах сидят поодиночке, на боковых, чрезвычайно коротких, пучками. Мужские и женские цветы сидят часто на одном и том же побеге, плодотворная пыль без придатков, плодовые шишки небольшие, созревающие в первый год. Сюда относится до 8 видов, из которых некоторые крайне близки, так что и до сих пор существует разногласие на счет того, составляют ли они отдельные виды, или только разновидности одного и того же вида. Таковы: L. europaea DC, L. sibirica Led., L. dahurica Turz. Эти деревья действительно отличаются между собой весьма слабыми признаками. Однако же, европейская Л. чувствительнее к холодам, чем остальные 2. С другой стороны, сибирская Л. плохо выдерживает весенние морозы даже в Германии, что зависит, вероятно, оттого, что в Сибири она гораздо позже идет в сок, чем в Германии, где ее застигают весенние морозы, когда она в полном соку. Л. достигает глубокой старости и огромного роста - до 30 м. У нас сибирская Л. распространена в северо-восточной России, простираясь на запад несколько за р. Онегу, но отклоняясь затем до севера Нижегородской губ., откуда ее предел становится южным и направляется к Уральским горам, но за Пермью вдруг поворачивает к северу до широты приблизительно 62?. В Уральских горах она идет далее на юг (до 53? с. ш.) и, перейдя в Сибирь, подымается постепенно к северу и образует там крайний предел лесной растительности. Миддендорф нашел рощу корявых и низких Л. в Таймырском крае, почти под 72? с. ш. Вообще в Сибири это одно из самых распространенных деревьев, где она образует сама по себе сплошные леса или в смеси с сосной и другими деревьями. В западной Сибири это настоящая сибирская, в восточной - даурская Л. На западе Л. растет в Карпатах и в Альпах. Она дает обильную смолу, известную в продаже под именем венецианского терпентина. Для этого проделывают в стволах отверстия шириной в 3 см., доходящие до самой сердцевины. Снаружи отверстие затыкается. Осенью того же года, или в следующий год, собравшийся в отверстии терпентин выгребается железными ложками. Каждый такой канал дает до 1/4 кг. терпентина без вреда для дерева.

В России не занимаются добыванием смолы из Л. вероятно потому, что Л. вообще было запрещено употреблять в дело частным лицам, так как она предназначалась исключительно для казенных, корабельных сооружений, хотя по имеющимся исследованиям смола сибирской Л. не отличается от смолы европейской. Из пней Л., остающихся от пожаров или порубки, вытекает особого рода смолистая камедь, называемая серой. Это светло-красноватая, легко распускающаяся в воде, сладковатая на вкус и отзывающаяся смолой масса. Ее добывают в большом количестве, продают на базарах северо-восточных городов, даже в Оренбурге. Серу эту жуют не только простолюдины, но и вообще жители лесной восточной России и Сибири. Жевание лиственничной серы, как говорят, очищает рот, предохраняет зубы от порчи и служит противоцинготным средством. Лиственничный лес справедливо считается отличным строительным материалом. Он противостоит гнили несравненно лучше соснового и елового; лучшие деревянные постройки в Сибири возводятся из этого леса. Во время цветения Л., что случается весной, она выделяет несметное количество плодотворной пыли, которая в ветреную погоду переносится облачками на большие расстояния и, падая на землю, прикрывает ее как бы серным дождем. Такое явление наблюдается нередко около Иркутска. В Северной Америке есть свои виды Л., из которых некоторые близки к европейской, таковы: L. microcarpa Lamb., L. Lyallei Parl., а в Гималаях, на высоте от 8 до 12 фт. - L. Griffitii Hook.

А. Б.

Листер

(Joseph Lister) - знаменитый англ. хирург, с именем которого связана новая эра в истории хирургии. Л., несомненно, принадлежит к числу величайших благодетелей человечества. Род. в 1827 г.; в 1852 г. бакалавр медицины; в 1855 г. - член королевской коллегии хирургов. Вскоре после того? профессор хирургии в Эдинбурге, где скоро приобрел своими исследованиями и как оператор выдающееся положение среди англ. хирургов. В 1877 г. - проф. хирургии в Kings College в Лондоне. В 1884 г. - баронет. Он обнародовал много замечательных трудов, из которых главнейшие "Minute structure of the involentary muscul. fibre" (1857), "Early stages of inflammat." (в "Philosophic. Transactions", 1859), "The germ theory of fermentative changes" (1875), "Lactic fermentations and its bearings on pathology" (1878), "Lecture on coagulation of the blood" и пр. Л. первый применил гениальные открытия Пастера к лечению ран и выработал систематический метод производства операций и ухода за ранами, с целью устранения возможности проникания на поверхность их вредных микроорганизмов (антисептика). Благодаря введенным им мерам самой тщательной и всесторонней дезинфекции, не только оказалось возможным производить такие операции, о которых ранее не мечтали, как, напр., в брюшной, грудной и даже черепной полостях, оперировать над такими органами как почки, печень, селезенка, мозг и др., но и послеоперационное время протекало чрезвычайно благоприятно и выздоровление наступало в короткий срок. В настоящее время сложные приемы первоначальной листеризации крайне упростились, что позволяет производство крупных операций даже в земских сельских лечебницах. Наконец, как дальнейшее развитие идей Л. явилось асептическое производство операций, при котором хирург пользуется уже обеспложенными, т. е. свободными от бактерий и спор их, инструментами, перевязочными предметами (обеспложенная, стерилизованная вода, перевязочные средства и пр.).

Г. М. Г.

Лисянский Юрий Федорович

(1784 - 1837) - путешественник. Воспитывался в морском корпусе, вместе с И. Ф. Крузенштерном, с которым (и отчасти отдельно) совершил кругосветное плавание, описанное им в интересном, указывающем на недюжинную наблюдательность и снабженном хорошим атласом "Путешествии вокруг света в 1803, 1804, 1805 и 1806 гг." (СПб., 1812). Эту книгу сам Л. перевел на англ. язык: "A voyage round the World" (Лонд., 1814). Кроме того, Л. перевел: "Движение флотов" (СПб., 1803), Клерка.

Литавра, литавры

(timpani - ит., Pauken - нем., timbales - фр.) ударный инструмент, состоящий из металлического полушария и металлического обруча с кожей, которая, с помощью винтов, растягивается в большей или меньшей степени. Чем более кожа натянута, тем звук выше, и наоборот. По коже ударяют палочками с наконечником из дерева, буйволовой кожи, пробки, губки или войлока. Л., покрытые полотном или сукном, дают глухой звук (timpani coperti). В оркестре применяются преимущественно две Л.; большая и малая. Каждая Л., настроенная в известном тоне, может издавать при ударе только один звук. Звуки Л. обозначаются нотами в басовом ключе. Вследствие различных степеней натягивания кожи на большой Л., она может издавать звуки хроматической гаммы от фа в большой октаве до до в малой, а на малой Л. - от си бемоль в большой октаве до фа включительно в малой октаве. В больших оркестрах применяются три Л.: две малые и одна большая, реже - одна малая и две большие. У Мейербера в "Роберте", во втором действии, применены четыре Л.: две большие в две малые. Большим количеством Л. пользовался в своих сочинениях Берлиоз. По двум Л. ударяют большей частью попеременно, гораздо реже - одновременно. Перестраивание Л. в настоящее время облегчено вследствие замены винтов механизмом, перестраивающим Л. моментально. Скорость переменных ударов на Л. может быть весьма большая (tremolo). Оттенки, от самых сильных до самых слабых, вполне доступны. Чем звук ниже, тем он полновеснее и продолжительнее, чем выше, тем короче и легче. Л. введены в оркестр при Люлли (во второй половине XVII столетия). Они составляют необходимую принадлежность каждого симфонического оркестра; применяются и в военных оркестрах, преимущественно кавалерийских.

Н. С.

Литий

(Li, ат. вес 7) - был открыт Арфведсоном в 1817 г. при анализе минерала петалита, затем он был найден им в лепидолите и во многих других минералах. Арфведсон указал на сходство Л. со щелочными металлами и назвал его Л. (от luJoV - камень) в знак того, что этот элемент он встретил впервые в минеральном царстве. Подобно калию и натрию, Li имеет обширное распространение в природе, но встречается в небольших количествах. Наиболее богатые минералы содержат не более 9 - 10% окиси Л. Li2O, напр. в монтебразите (фосфорно-кислая соль Л. и алюминия) ее находится до 9,8%, в трифилине (фосфорно-кислая соль железа, марганца и Л.) от 3,4% до 7,7%, в силикатах: криофиллите - до 4,1%, в лепидолите - от 1,3% до 5,7% и пр. Л. найден в некоторых метеоритах, в морской воде, во многих реках и минеральных источниках, напр. в Карлсбаде, Mapиeнбаде, Баден-Бадене и пр., в некоторых растениях, напр. в табаке и пр. Металлический Li в свободном состоянии в природе не встречается подобно калию и натрию. Несмотря на все попытки, Арфведсону не удалось его выделить. В первый раз он был получен Брандесом при действии гальванического тока на окись, но Л. получилось так мало, что нельзя было изучить его свойств; только в 1855 г. Бунзену и Матиссену удалось получить его в достаточном количестве при электролизе хлористого Л., LiCl. Эта соль плавилась в фарфоровом тигле на горелке и через нее пропускался ток от 5 - 6 элементов Бунзена. Положительным электродом служила палочка кокса, а отрицательным - тонкая железная проволока. На ней выделялся Li в виде небольших шариков. Так как при этом теряется много хлористого Л., который разбрызгивается во все стороны, то Трост предложил следующий простой способ. Берут высокий чугунный тигель с крышкой хорошо пригнанной. В ней два отверстия. В одно проходит отрицательный электрод, а в другое - металлическая трубка, доходящая до половины тигля; сюда вставляют фарфоровую трубочку, через которую уже и пропускают положительный электрод. При получении Li температура не должна быть высока, так как, по Гюнцу, образовавшийся Li может действовать на LiCl, давая Li2Cl. Чтоб понизить температуру плавления LiCl, Гюнц смешивает его с KCl в эквивалентном количестве. Но тогда получается Li с содержанием калия. Что касается получения Li химическим путем, подобно, напр., калию или натрию, то результаты получаются неудовлетворительные. Ни углекислая соль Л., ни водная окись не восстановляются до металла, напр. с углем или железом; углелитиева соль с магнием дает Li, но реакция идет очень бурно, и Li получается с магнием. Li - металл серебристого цвета, более твердый, чем калий и натрий, но мягче свинца, тянется в проволоку менее прочную, чем свинцовая. Уд. вес около 0,59, так что он легче всех известных твердых тел. Л. плавится около 180?; не летит при красном калении. Теплоемкость по Реньо 0,9408 (от 27? до 100?); электропроводность 19 при 20? (для Ag=100). Спектр Li характеризуется ярко красной линией Lia. По Бунзену достаточно 0,000009 мгр. хлористого Л., чтобы эта линия выступила с ясностью. В сухом воздухе или кислороде при обыкновенной температуре или при нагревании до 180? он не изменяется; при 200? же воспламеняется и горит ослепительно ярким светом. Л. разлагает воду при обыкновенной температуре, но при этом он не воспламеняется подобно, напр., натрию. Во влажном воздухе цвет его темнеет. Брошенный в азотную кислоту, он воспламеняется. При нагревании он горит в углекислоте, восстановляет кремнезем и пр.

Л. прямо соединяется с хлором, бромом, йoдом, с серой, фосфором, азотом. Из кислот соляной, слабой серной выделяет водород; крепкая HJO4 на него мало действует; с металлами он образует многочисленные сплавы. Соединения Л. Li принадлежит к одноатомным элементам и дает соединения вида LiX (где Х - одноатомный элемент или группа). По характеру своих соединений Li занимает среднее место между типичными щелочными металлами и щелочно-земными; из последних в особенности он схож с магнием. Так, напр., водная окись Л. LiHO подобно едкому натрию или калию хорошо растворима в воде, углекислая же соль Li2CO3, как и для кальция, стронция, бария или магния, мало растворима; сернокислая соль Li2SO4 хорошо растворима, а фосфорно-кислая Li3PO4 плохо и пр. LiHO при накаливании не дает окиси Li2O как NaHO или КНО, но LiNO3, подобно азотно-кислым солям магния, кальция и пр., дает Li2O, а не LiNO2 и пр. С кислородом Л. дает два соединения: окись Li2O и перекись. Окись Li2O получается при горении Л. в кислороде, при прокаливании азотно-кислого Л. LiNO3 или при накаливании смеси углекислого Л. Li2СО3 с углем. Li2O - вещество белого цвета, чрезвычайно прочное: при накаливании с углем, железом, калием оно не разлагается; водород не восстановляет его. Li2O при накаливании не действует на платину в противоположность щелочам. В воде она медленно растворяется с выделением небольшого количества тепла и дает резко щелочной раствор; при этом образуется водная окись LiHO. При выпаривании раствора окиси Л. в пустоте образуется кристаллический гидрат LiHO+H2O. На воздухе LiHO притягивает воду; в горячей воде она также растворима как и в холодной, не растворяется в смеси спирта с эфиром. Плавится ниже красного каления, и прокаливанием нельзя получить из нее безводную окись Li2O. Перекись Л. образуется в некотором количестве при горении Л. в кислороде; при прокаливании Li2KO или Li2CO3 на воздухе. Она появляется здесь в виде желтого налета. Ей приписывается отчасти разъедание платины при накаливании Li2O. Хлористый Л. LiCl получается при действии хлора на Li, соляной кислоты на LiHO или Li2CO3 и пр. LiCl очень гигроскопичен; на воздухе он расплывается, в воде хорошо растворяется; 100 ч. воды, напр., при 0? растворяют 63,7 ч. его, при 80? - 115 ч. и пр. При выпаривании (при нагревании) растворов его происходит отчасти разложение с выделением LiHO и НСl, как для MgCl2. При выпаривании над серной кислотой получается гидрат LiCl+2H2O; известна и LiCl+H2O. LiCl растворим также в спирту. При красном калении LiCl плавится, при этом кислород воздуха частью разлагает его с выделением хлора и образованием окиси Л. или хлорокиси. Летучесть LiCl при накаливании больше NaCl и меньше КСl. Подобно другим хлористым соединениям щелочных металлов, LiCl дает двойное соединение с хлорной платиной Li2PtCl6 + 6Н2О. Оно растворимо в воде, в спирте и в смеси спирта с эфиром. Гюнц указывает на существование Li2Cl. Бромистый и йодистый Л. LiBr, LiJ получаются при разложении углекислого Л. Li2CO3 бромисто-водородной и йодистоводородной кислотами. Эти соли также очень гигроскопичны и также отчасти разлагаются водой и кислородом как и LiCl. Из них Lis наиболее растворим, за ним идет LiBr, и LiCl. Напр., 100 ч. воды растворяют при 0? LiJ - 151 ч., а LiBr - 143 ч. Фтористый Л. приготовляется тоже из LiCO2, в воде он мало растворим, с НF дает соединение LiFHF. Известны соли Л., отвечающие хлорноватой, бромноватой, йодноватой кислотам. Они очень гигроскопичны.

Углекислый Л. Li2CO3 получается при насыщении pacтвоpa LiHO углекислотой, при действии на растворимые соли Л. углекислых щелочей и пр. В последнем случае лучше брать углеаммиачную соль, так как Li2CO3 очень упорно удерживает следы щелочей. Li2CO3 плавится при красном калении частью разлагаясь (по Тросту до 83%). В воде он мало растворяется (при обыкновенной темпер. 1 литр растворяет около 12 - 15 грм. соли); при нагревании растворимость уменьшается. В присутствии СО2 растворимость значительно возрастает; напр., в 1 лит. его тогда растворяется 52,5 гр. Здесь выступает сходство с углекислыми солями щелочноземельных металлов. При кипячении Li2CO3 разлагает аммиачные соли подобно магнию; он растворяет мочевую кислоту и применяется в медицине. Двууглекислой соли для Li не известно с точностью, хотя, вероятно, образованием ее и обусловливается большая растворимость Li2CO3 в воде с СО2.

Азотно-кислый Л. LiNO3 получается растворением Li2CO3 в азотной кислоте. Он очень гигроскопичен, легко дает пересыщенные растворы. При испарении растворов LiNO3 при 15? получаются кристаллы изоморфные с натровой селитрой. LiNO3 растворяется в спирту; при накаливании он разлагается до Li2O.

Серно-кислый Л., Li2SO4, получается растворением Li2CO3 в H2SO4. В воде он хорошо растворяется, но с повышением темпер. растворимость падает; напр., 100 ч. воды при 0? раствор. 35,34 ч., при 20? - 34,36, при 100? - 29,24. При медленном испарении растворов серно-кислого Л. получаются кристаллы состава Li2SO4+H2O. Серно-кислый Л. дает двойные соли с серно-кислым калием, аммонием, но не дает соединений, отвечающих квасцам. Кислая серно-кислая соль Л. получается при растворении Li2SO4 в крепкой серной кислоте.

Фосфорно-кислый Л., Li3PO4 получается при осаждении Li2SO4 фосфорно-натриевой солью, в присутствии некоторого количества NaHO и NH3 при нагревании. Он получается в виде кристаллов состава 2Li3PO4 +Н2О. 1 ч. безводной соли требует для растворения 2539 ч. воды или 3920 ч. аммиачной воды. В слабой соляной и азотной кисл. соль растворяется; растворимость ее в воде увеличивается в присутствии аммиачных солей, с которыми она дает двойные соединения и в присутствии СО2. Другие соли фосфорной кислоты не представляют особого интереса. То же можно сказать про соли борной и хромовой кисл., которые вообще растворимы в воде.

Сернистый Л. Li2S получается при воcстановлении углем серно-литиевой соли. Li2S растворяется в воде, дает кислую соль LiHS, известны также многосернистые соединения Л. С азотом Li соединяется даже при обыкновенной температуре. Гюнц предложил применять Li для получения аргона из воздуха. Что касается отделения и количественного определения Л., то можно сказать следующее. От тяжелых металлов Li отделяется осаждением последних сероводородом или сернистым аммонием, от кальция, стронция и бария - пользуясь растворимостью серно-кислого и щавелевокислого Л., от магния - пользуясь растворимостью водной окиси Л. Калий отделяется от него благодаря нерастворимости хлороплатинита калия; что же касается отделения натрия, то пользуются растворимостью в смеси спирта и эфира LiCl или LiNO3. Для количественного определения применяется серно-кислая и фосфорно-кислая соль Л. Для полноты остается сказать несколько слов о способах получения на практике соединений Л. из природных материалов. Для этой цели служит главным образом лепидолит. Способов для извлечения оттуда Л. предложено много. Когда дело идет о приготовлении его в большом количестве, очень удобен способ Треста. 10 ч. измельченного лепидолита смешивают с 10 ч. углекислого бария, 5 ч. серно-кислого бария и 3 ч. серно-кислого калия. Массу сплавляют в тигле, при охлаждении она представляет два слоя: верхний образован сернокислыми солями лития, калия и бария, а нижний состоит из стекла. Так как это стекло очень трудно плавится, можно дать массе только несколько охладиться и слить верхний слой. Обработав массу водой, получают серно-кислый Л. в смеси с сернокислыми щелочами; их переводят в углекислые соли (осаждая уксуснокислым барием и прокаливая полученные уксуснокислые соли) и разделяют, пользуясь полной растворимостью Li2CO3. В этом способе BaS4 может быть заменен серно-кислым кальцием.

С. Вуколов.

Во врачебной практике применяется исключительно углекислый и бензойно-кислый Л. - белый порошок, который плавится при нагревании, а при охлаждении застывает в кристаллическую массу. Растворяется в 150 ч. горячей или холодной воды. Терапевтическое значение Л. зиждется на его свойстве давать растворимую соль с мочевой кислотой. По способности растворять мочекислые соли Л. превосходит калий и натрий. Указанными свойствами определяется терапевтическое значение этого средства. Употребление Л. приносит пользу при мочекислом диатезе, при подагре, при мочевом песке, при желчной колике и при катаральных состояниях слизистых оболочек. Некоторые врачи предпочитают назначать минеральные воды, богатые содержанием Л. (Bonifaciusquelle в Зальцшлирфе, Konigsquelle в Эльстере), так как в таком виде препарат лучше переносится желудком. Углекислый Л. следует прописывать в малых дозах (0,05 - 0,25 гр.) в большом количестве воды, еще лучше с зельтерской или содовой водой. Необходимо иметь в виду, что соли Л. оказывают не менее ядовитое действие на сердце, чем соли калия.

Д. К.

Лития

(от греч. Lith - усердная молитва) - в православном церковном богослужении часть всенощного бдения накануне праздников, следующая за ектенией, начинающейся словами: "Исполним вечернюю молитву нашу Господеви". Содержание молитв Л. указывает, что она получила свое начало по поводу общественных бедствий, постигавших Византию. И ныне Л., помимо предпраздничных всенощных, совершается в случаях общественных бедствий или при воспоминаниях о них, обыкновенно вне храма, соединяясь с молебном, а иногда и с крестным ходом. Особый род Л. установлен для моления об умершем, совершаемого при выносе его из дома, а также, по желанию его родственников, при церковном поминовении о нем во всякое другое время.

Литография

- писание, черчение и художественное рисование на камне чернилами и карандашом особого состава, а также иглой, и производство на бумаге отпечатков написанного, начерченного или нарисованного таким образом (слово Л. употребляется также для обозначения эстампов, получаемых литографическим путем. "Литографом" называется рисовальщик на камне, а равно и техник, приготовляющий его к печатанию и производящий само печатание с него). Этот способ размножения рукописей и всякого рода чертежей и рисунков, составляющий одну из важнейших отраслей графических искусств, изобретен в 1796 г. Алоизом Зенефельдером, в Мюнхене, был впоследствии усовершенствован им самим и другими и постепенно вошел в употребление повсюду, как для торговых и практических целей, так и для чисто художественных задач. Он основан на неспособности воды смешиваться с жирными веществами - неспособности, обусловливающей собой то явление, что шлифованная поверхность известкового камня, на которой проведены черты или сделаны пятна жирными карандашом или такими же чернилами, принимает на себя, будучи предварительно увлажнена водой, жирную печатную краску только в тех местах, где находятся эти черты и пятна. Для литографирования служит камень особой породы, состоящий из углек. извести, с небольшой примесью углекислой магнезии. Лучшие сорта этого камня, отличающиеся плотностью сложения, мелкозернистостью в изломе и одноцветностью, добываются, главным образом, в Зольнгофене, на р. Альтмюле, в Баварии; они получаются также, но в кусках менее значительной величины, из Шатору и Дижона, во Франции, и из некоторых других мест. Желтоватые камни грубоваты и мягки, имеющие же перлово-серый цвет суть самые пригодные для тонких художественных работ. Камню дается вид четырехугольной плиты, толщиной от 1 до 6 дм., смотря по его величине; та его сторона, на которой предстоит литографировать, гладко шлифуется песком с водой (что делается в настоящее время при помощи особых шлифовальных машин), а затем, если намереваются работать на ней пером или иглой, полируется пемзой; в случае же, если предполагают рисовать на этой поверхности карандашом, она подвергается обработке мелким, но жестким песком или толченым стеклом, дабы получилось на ней "зерно", т. е. крошечные бугорки, разделенные между собой столь же маленькими углублениями. Буквы, ноты, географические карты и рисунки, подражающие исполненным пером, чертятся на камне топкими стальными перьями и так называемой химической тушью (в состав которой входят 4 части белого воска, 4 ч. шеллака, 2 ч. мыла, 1 ч. сала и 2 ч. сажи). При литографировании художественных рисунков предпочтительно употребляется особого рода карандаш (6 частей белого воска, 2 ч. шеллака, 2 ч. мыла, 4 ч. сала, 1 ч. мастики и 2 ч. сажи), причем наиболее темные места проходятся иногда пером или кистью с химической тушью.

Вообще, для успешного черчения и рисования на камне требуется известный навык, но в особенности необходимо соблюдать большую осторожность и опрятность при работе: не прикасаться к камню ничем жирным, не кашлять и не чихать над ним, даже не дышать на него - во избежание пятен, которые могут явиться потом на оттисках. Та же предосторожность обязывает рисующего, если ему предварительно надо перенести контур своей композиции на камень посредством калькирования, не употреблять для этой операции ни промасленной прозрачной бумаги, ни порошка, заключающего в себе малейшие признаки жира. По окончательном исполнении чертежа или рисунка камень подвергают травлению, с целью удаления с него щелочей, заключающихся в литографском карандаше и чернилах, а именно обливают камень смесью азотной кислоты с водой, в которой распущено некоторое количество гумми-арабика, после чего тщательно обмывают чистой водой и, наконец, в предохранение от различных случайностей, покрывают раствором гумми в воде и дают последнему высохнуть. В таком виде камень поступает в руки печатальщика, который помещает его в горизонтальном положении на печатном станке специального устройства. Приступая к изготовлению оттисков с начерченного или нарисованного, печатальщик прежде всего смывает с камня нежной губкой предохранительное гумми, отирает его другой губкой, напитанной скипидаром, и снова проходит по нем едва влажной губкой с водой. Вслед за тем на камень наводится краска, сколь возможно равномерно, через прокатывание по нему деревянного валька, оклеенного фланелью и кожей; он оставляет краску только в тех местах, где ходили карандаш или перо рисовальщика, остальные же места поверхности камня не принимают краски. По ее наведении, на камень кладутся слегка влажный лист эстампной бумаги, долженствующий получить оттиск, и, поверх него, сухой макулатурный лист, и все это прикрывается деревянной рамой с натянутой на нее кожей. Затем механизм приводится в движение: камень проходит под массивным стальным валом, оказывающим на него надлежащее давление и заставляющим краску перейти с него на эстампную бумагу. После этого остается приподнять упомянутую раму, удалить макулатурный лист и, взявшись за углы оттиска, осторожно отделить его от камня. Точно таким же образом получаются второй, третий и последующие оттиски. По окончании печатания потребного количества оттисков, дабы сберечь литографированное на случай будущего употребления, камень покрывается так называемой предохранительной краской (2 части печатной краски, 2 ч. воска, 1 часть мыла и 1 ч. сала) и затем раствором гумми в воде. Эти вещества обеспечивают камню пригодность к употреблению на многие годы.

Кроме описанного способа литографирования употребляется - предпочтительно для издания музыкальных нот и географических карт - гравирование на камне вглубь, стальной иглой или алмазом. В этом случае полированная поверхность камня подготовляется так же, как и для обыкновенного литографирования, т. е. травится слабой азотной кислотой, обмывается чистой водой и покрывается раствором гумми. Затем, чтобы лучше видеть гравируемое, покрывают поверхность камня черным грунтом, состоящим из смеси 24 частей воды, 4 ч. сажи и 2 ч. гумми-арабика. При работе по такому грунту, достаточно, чтобы игла или алмаз царапали камень только слегка; оторванные ими частицы камня, в виде порошка, удаляются из штрихов нежной кистью. Когда гравирование окончено, затирают штрихи чистым льняным маслом и смывают черный грунт водой, в которой распущено некоторое количество гумми, через что вся поверхность камня делается белой, а начерченное на ней - черным. После этого переносят камень на печатный станок, втирают в штрихи краску полотняным тампоном, прокатывают по камню, для его очистки, вальц и, наконец, делают оттиски указанным образом.

В первое время по изобретении Л., она представляла ту слабую сторону, что число доставляемых ею хороших оттисков было ограничено; однако, этот недостаток вскоре был устранен придуманным и затем усовершенствованным способом перевода литографированного с камня на другой камень: с готового камня печатают оттиск на тонкой бумаге, одна сторона которого покрыта высохшим слоем крахмального клейстера; помещают оттиск лицом вниз на чистый зерненный литографический камень, промазанный перед тем скипидаром, увлажают лист с нелицевой стороны мокрой губкой, прокатывают по нем в разных направлениях валек, обтянутый тонким сукном, или пропускают камень, вместе с листом, под прессом, после чего снимают с камня лист, который оказывается чистым, так как напечатанное на нем целиком перешло на камень. Для того, чтобы последний мог давать оттиски, остается травить его и, вообще, подготовить к печатанию, как обыкновенно подготовляются литографированные камни. Таким образом можно действовать не одним, а несколькими камнями и получать удовлетворительные литографические эстампы в каком угодно числе экземпляров. Литографический перевод служит также средством размножения копий с гравюр на меди, свежеотпечатанные экземпляры которых могут столь же хорошо передавать камню свою краску и достаточно точно воспроизводиться в получаемых с него отпечатках. Наконец, перевод во многих случаях избавляет чертящего или рисующего от необходимости работать непосредственно на камне: это можно делать на вышеупомянутой крахмаленой бумаге, которая потом накладывается на камень и, будучи промочена водой, передает ему исполненное на ней жирными, так наз. автографическими чернилами или карандашом. Такой прием перевода применяется в особенности при литографировании рукописей и рисунков пером, не требующих большой тонкости. В больших литографических заведениях с успехом употребляется еще один облегченный способ литографирования, изобретенный в недавнее время И. Эберле и состоящий в следующем: перевод или рисунок пером на камне подвергается слегка травлению, промывается скипидаром и тщательно намазывается, при помощи валька, обыкновенной черной печатной краской; затем дают камню высохнуть и насыпают на него мелкого порошка канифоли, который, вслед за тем, сметается прочь с помощью ваты или талька; частицы канифоли пристают к камню только там, где находится краска, прочие же места остаются свободными от них. После этого, с помощью особой, приспособленной к тому лампы, нагревают поверхность камня, через что уничтожается малейшая ее влажность, и краска, сплавившись с канифолью, образует вещество, непроницаемое для крепкой водки (смешанной с раствором гумми-арабика), которой потом травится камень. Таким образом получается на последнем выпуклое изображение, дающее гораздо большее количество отчетливых отпечатков, чем при обыкновенном способе литографирования, и весьма удобное при работе скоропечатной машиной, изобретение которой вообще значительно облегчило производство эстампов в большом количестве экземпляров.

Печатать с камня можно не только черной, но и какой угодно цветной краской. Эта возможность дала начало особому роду Л., называемому хромолитографией, - искусству производить эстампы многоцветные, в подражание акварельным рисункам и картинам, писанным масляными красками (производство хромолитографических подражаний живописи масляными красками называется также олеографией). Хромолитография, усовершенствованная французскими, немецкими и английскими техниками, в настоящее время доведена до высокого совершенства и применяется в обширных размерах к удовлетворению как чисто художественных задач, так и промышленных целей, доставляя не только копии с различных произведений искусства, но и торговые этикеты, бросающиеся в глаза объявления о товарах и увеселениях, украшения для конфет и коробок, народные картинки и т. п. Хромолитографское производство, в сущности, ничем не отличается от обыкновенного литографского, кроме большей сложности процесса. Имея перед собой акварель или картину, подлежащую воспроизведению в хромолитографии, художник прежде всего мысленно разлагает ее краски на отдельные цвета, совокупностью которых достигнут представляемый ею эффект, и распоряжается о заготовлении количества литографических камней, соответствующего числу этих цветов, причем, чем сложнее колорит оригинала и чем изящнее должно быть его воспроизведение, тем больше требуется камней. Затем, сделав на бумаге контурный рисунок оригинала, художник переносит его, посредством перевода, на каждый камень и приступает к дальнейшей работе, наглядное понятие о которой лучше всего может дать прилагаемая таблица. Для хромолитографирования изображенной на ней картинки взято девять камней. По переводе на них контура, на первом из них литографированы обыкновенным способом только те части, в которых на оригинале имеется розовато-красный, телесный тон, на втором камне - только желтый тон оригинала, на третьем - только коричневый и т. д., до девятого камня, воспроизводящего темно-серый тон. Печатание производится последовательно со всех камней, так что один и тот же листок эстампной бумаги сначала накладывается на 1-ый камень, на который наведена телесная краска, потом переходит на 2-ой камень и воспринимает от него желтую краску и т. д., пока, наконец, после печатания своего на 9-м камне, не превращается в совершенно готовую картинку. Между двумя, следующими друг за другом, печатаниями должно проходить некоторое время, достаточное для того, чтобы самый оттиск и краска на нем успели высохнуть. Другое условие, необходимое для успешного печатания хромолитографий, состоит в накладке эстампа на разные камни наиточнейшим образом, т. е. так, чтобы контур рисунка в оттиске с одного камня ложился на другой камень черта в черту с имеющимся на нем контуром. Малейшее несоблюдение этого условия производит неприятные пробелы и пятна в колорите эстампа и сильно вредит его полному сходству с оригиналом.

По изобретении фотографии, область литогр. производства расширилась фотолитографией, или способом переносить светописные изображения на камень и размножать их печатанием с него. Однако, этот способ, в простейшем своем виде, почти совсем вышел из употребления, по крайней мере для художественных работ, и уступил свое былое господство фототипии. Зато соединение фотографии с хромолитографией, впервые испробованное братьями Бурхардами, в Берлине, уже успело дать блестящие результаты и с пользой применяется преимущественно при производстве географических карт и планов.

Первые шаги Л., после ее возникновения, были робки и медленны. Сам изобретатель ее, Зенефельдер, вначале не предугадывал ее важности как средства для популяризации художественных произведений. Он беспрерывно трудился над усовершенствованием своего открытия, придумывал лучшие составы литогр. карандашей и чернил, делал опыты печатания несколькими красками, золотом и серебром, пытался заменить тяжелый и неудобный при манипуляциях камень легковесным картоном, покрытым каменновидной массой, издавал трактаты и статьи о технической стороне дела, но в первое время ограничивался литографированием рукописей и музыкальных нот. К тому же это был человек непрактичный, не умевший извлечь для себя пользу из своего открытия; он позволил перехватить его другим и, после неудач в основании литографических заведений в Мюнхене, Оффенбахе, Лондоне, Вене и, наконец, в Париже, ум. в бедности, почти забытым, в то время, когда его конкуренты благоденствовали и пожинали лавры. Артистическая Л. стала на прочную почву прежде всего во Франции, хотя художники последней, в особенности граверы, вначале смотрели на нее косо, как на недостойную соперницу гравирования на меди. Интерес к ней начал распространяться в парижской публике со времени возвращения Бурбонов (1815), благодаря стараниям гр. Ластейри, Энгельмана и Дельпека. Устроив литографические заведения, они сумели приохотить к рисованию на камне, как к приятному развлечению, многих любителей и любительниц из высшего круга и привлечь в сотрудники к себе искусных рисовальщиков и выдающихся живописцев того времени. Литографированные эстампы стали все более и более расходиться в публике, появляясь то отдельными листами, то в виде альбомов и кипсеков, то в приложении к сатирическим и модным журналам, причем техника их производства постепенно совершенствовалась и обогащалась новыми приемами.

Своего апогея художественная Л. достигает во Франции в 1830 48 гг., в которые лучшей литографической печатней в Париже делается заведение Лемерсье, основателя известной фирмы, существующей и поныне. После этого времени для Л., по крайней мере для одноцветной, наступает упадок. Хотя некоторые художники, в том числе и очень искусные, продолжают передавать свои или чужие композиции в рисунках на камне, однако, интерес к работам этого рода все более и более утрачивается в публике вследствие появления новых, автоматических способов размножения изображений, сначала фотографии, а потом фототипии и гелиогравюры. Но эти способы еще не могут заменить хромолитографии, которая поэтому все более и более улучшается и находит многостороннее применение. В цветущий период Л. между французскими художниками снискали себе известность особенно даровитых рисовальщиков на камне Жерико, Гро, К. Верне, О. Верне, Лами, Марле, Шарле и Раффе (преимущественно прославлявшие в своих произведениях величие Наполеона I и доблесть его армии), Тейлор, Фрагонар, Пико, Бонингтом, Э. Делакруа и Буланже (изображавшие композиции в духе романтизма), Виньерон, Пигаль, Л. Буайльи, Л. Моннье, Травье, Мартине, Филиппото, Домье и Гаварни (карикатуры и сцены общественной и народной жизни), А. Девериа (костюмы и интимные жанры), Жигу и Греведон (портреты и женские головки), Изабе, Гюе, Ж. Дюпре, Рокеплан и Доза (пейзажи), Мульерон, Сюдр и Сируи (воспроизведения картин других художников). В Германии, хотя она и была родиной Л., это искусство никогда не достигало той свободы, разнообразия и художественной оригинальности, как во Франции, и если в столетней его истории встречается несколько талантливых немецких рисовальщиков на камне, то они бессознательно отражают в своих работах французское влияние. Долго, до самых 1850 гг., призванием Л. у немцев было главным образом удовлетворение практическим и коммерческим потребностям, да популяризирование памятников искусства, собранных в музеях. Выдающимися деятелями в последнем направлении были Фр. Пилоти и Леле в Мюнхене (издатели сборника снимков с картин мюнхенской пинакотеки и шлейсгеймской галереи), Стрикснер, в Штуттгарте (издат. тамошней галереи), Фр. Ганфштенгль, в Дрездене (великолепно издавший дрезденскую галерею) и Симсон (издавший берлинскую галерею). Работая для их изданий, многие художники отлично усваивали себе технические приемы рисовки на камне, но охота передавать ему свои собственные композиции усилилась в среде немецких живописцев лишь тогда, когда французы уже заметно стали охладевать к подобному занятию. В 1851 г. впервые появляется альбом с оригинальными Л. выдающихся дюссельдорфских художников; с того времени входит в обычай издавать подобные кипсеки не только в Дюссельдорфе, но и в Мюнхене и других артистических центрах Германии, а также в Вене. Из числа немецких и австрийских художников, наиболее отличившихся в рисовании на камне, следует назвать обоих Ахенбахов, Кампгаузена, Т. Гоземана, Гезельшапа, Вебера, А. Менцеля, Агриколу, Лаллемана, Шнорра, Риттера, Пергеля, Ридера, Эйбля и некот. др. В Швейцарии, А. Калам составил себе известность столько же литографированными видами этой страны, сколько и картинами. Движение Л. в Бельгии и Голландии представляет много аналогичного с происходившим в Германии, т. е. более или менее очевидное подчинение французскому влиянию и численное преобладание копировальщиков перед литографами рисунков собственного сочинения. В 1818 - 30 гг., Бургграф и Девасм, в Брюсселе, выпускают в свет ряд портретов, рисованных Экгоутом и Вербукговеном. В 1829 г. кружок брюссельских художников предпринимает издание галереи кн. Аремберга. Правительственное издание гаагского музея, начатое в 1818 г. и оконченное в 1833 г., дает возможность образоваться многим искусным рисовальщикам на камне в Голландии.

В Англию Л. была занесена в 1800 г. самим Занефельдером, пытавшимся, вместе с Ф. Андре, основать в Лондоне мастерскую для нее, и в начале называлась полиавтографией. В следовавшее затем десятилетие, ее горячим приверженцем и пропагандатором среди англичан явился Аккерман; но она привилась на английской почве несравненно слабее, чем во Франции, и не могла победить пристрастие публики к излюбленным ею гравюре на стали, офорту и акватинте. К ней прибегали больше всего при издании эфемерных сатирических листов, политических карикатур, сцен лошадиного спорта и общедоступных портретов современных знаменитостей. В России Л. введена в 1818 г. чиновником министерства иностранных дел бар. П. Шиллингом, который был командирован в Мюнхен специально для ее изучения, с тем, чтобы потом можно было пользоваться ею при копировании деловых бумаг. Первое частное литографическое заведение в СПб. было открыто, в 1820-х гг., Давиньоном. Около этого времени пользовались у нас большим почетом бойкие литографии А. Орловского (фигуры казаков и других всадников и сцены уличной жизни), печатанные, однако, преимущественно в Париже. Распространению знакомства с Л. в нашем отечестве много способствовало в 1830 - 40-х годах спб. общество поощрения художеств, заказывавшее молодым артистам, под руководством А. Венецианова, литографировать избранные картины Эрмитажа и некоторые произведения русской живописи и издававшее их работы на свой счет. Впоследствии лучшими заведениями, из которых выходили художественные Л., были принадлежавшее П. Пти (издавшему эрмитажную картинную галерею в рисунках группы художников, приезжих из Франции), фирма Дарленга и доныне существующее заведение А. Э. Мюнстера (издателя "Портретной галереи русских деятелей", у которого, сверх того, печатались первые восемь лет превосходного "Русск. художественного листка" В. Тима). - Ср. A. Senefelder, "Lehrbuch der Lithographie" (1819; 2 изд., 1827); журнал Изермана: "Lithographia" (Гамбург, 1861 и cл.); Weishaupt, "Das Gesamtgebiet des Steindrucks" (5 изд., Вена, 1875, с атл.) и Н. Bouchot, "Le lithographie" (один из томов "Bibliotheque d\'enseignement des beauxarts", изд. А. Кантеном).

А. С - в.

Литургика

- название одной из богословских наук, имеющей своим предметом учение о христианском церковном богослужении, в котором первое место занимает литургия. Обыкновенно Л. делится на общую и частную. Первая рассматривает богослужение как институт или учреждение вообще, излагает теоретические его основания, рассказывает историю его происхождения и развития, говорит о составных частях богослужения таинствах, молитвах, песнопениях, чтении св. Писания, поучениях и о символических действиях, их сопровождающих, о совершителях богослужений - священнослужителях и церковнослужителях, о временах и местах совершения богослужений, о священных изображениях и одеждах, о богослужебных сосудах и книгах. Л. частная имеет своим предметом отдельные чинопоследования, повседневные - вечернее, утреннее, дневное (литургия), - присвоенные праздникам и постам, таинствам и т. п. Л. вообще и в особенности Л. православная - наука всецело археологическая, почему она часто носит назв. "церковной археологии". Частная Л., в смысле археологии, менее обработана, чем общая, отчасти по недостатку древних свидетельств об отдельных богослужениях, отчасти по причине едва начинающегося изучения этих свидетельств, особенно древнерусских. Первоисточники православной Л.: Кирилла Иерусалимского, "Огласительные и тайноводственные поучения"; Дионисия Ареопагита, "О церковной иерархии"; Софрония, пaтpиapxa иерусалимского (умер в 644), "О божественном священнодействии"; Германа, патриарха константинопольского (умер в 740), "Созерцание предметов церковных". Все эти сочинения имеются в русск. переводе (в приложениях к журналу "Христианское Чтение" за 1855 - 1867 гг.). После них особенно важное значение для Л. имеют: Goar, "Eucologion, sive rituale Graecorum" (1647); Renaudot, "Liturgiarum orientalium collectio" (1715 г.; по этой книге главным образом составлено русское издание "Собрание древних литургий", СПб., 1872 1874); Assemani, "Codex liturgicus ecclesiae universae" (1749); Binghamus, "Origines, sive antiquitates ecclesiae" (Галле, 1755 - 58; русск. переделка Ветринского, "Памятники древней христианской церкви", 1830). Самый подробный перечень сочинений западной литературы по церковной археологии см. в соч. аббата Martigny: "Dictionnaire d\'archeologie chertienne" (Париж, 1887 г.). Лучшие новейшие системы Л. в западной литературе - Шмидта и Люфта, в русской литературе: "Новая Скрижаль", архиеп. Вениамина (последнее изд. 1870 г.), "изъяснение литургии" Дмитревского, "Толкование на литургию, - на паремии" (1881 94 гг.) Виссариона, еписк. костромского. Курсы Л. на рус. языке имеются лишь в размерах семинарских учебников (Альхимовича, 1891 г.; Смолодовича, 1869 г.; Петра Лебедева, 1893 г.). Главные монографии: Ф. Смирнов, "Богослужение апостольского времени" (1873) и "Богослужение со времени апостолов до IV в." (1874); Н. Одинцов, "Порядок общественного и частного Богослужения в древней России до XVI в. (СПб., 1881); А. Дмитриевский, "Богослужение русской церкви за первые пять веков" (критика предыдущего сочинения - в "Прав. Собеседнике", 1883); "Богослужение в русск, церкви в XVI в." (Казань, 1883). См. указатели к духовным журналам, в отделе Л.

И. Б - в.

Литургия

(от litoV - общий и ergon - дело) - название главнейшего из христианских богослужений, существующего, хотя и не в одинаковом виде и значении, у всех христианских вероисповеданий и выражающего главные идеи христианского миросозерцания и главные цели христианской церкви. Л. установлена самим Иисусом Христом на Тайной вечере. Из 1-го послания к коринфянам видно, что при апостолах Л. соединялась с "вечерями любви" или агапами. Во времена Иустина (полов. II в.) такое соединение более не существовало. О содержании Л. апостольских времен известно лишь (Ефес. V, 18, Колос. III, 16), что в состав ее входили чтение св. Писания Ветхого Завета, пение псалмов, священных песней ветхозаветных и песнопений собственно христианских, поучения (1 Кор. глава XIV) и молитвы (Деян. II, 42). Состав и порядок первобытной Л. определялись усмотрением предстоятеля, который, по выражению Иустина, возносил молитвы и благодарение "так долго, как мог" и "сколько позволяло время"; писанных книг при богослужении не было. Даже в IV в. молитвы Л. импровизировались, о чем свидетельствуют Амвросий Медиоланский и Епифаний Кипрский. Лишь карфагенские соборы 397 и 407 г. постановили, чтобы "новые молитвы" не употреблялись на Л., пока не будут рассмотрены соборами. И в первые века христианства, однако, неизменно сохранялась апостольская основа или общая схема Л. Из писаний апостольских (Деян. II, 42 - 46, XX, 7 - 12; Иак. II, 1 - 9; 1 Кор. X, 14 - 22, XI, 18, XIV) видно, что Л. совершалась уже тогда "по чину", хотя этот чин не был написан, а сохранялся в устном предании. Существует предание, принимаемое всей церковью, что первые чинопоследования Л. составлены были апостолами Иаковом (для церквей иерусалимско-антиохийских) и Марком (для церквей египетских). Если известные ныне под их именами Л. и не принадлежат этим апостолам в целом своем составе, тем не менее несомненно, что многое в них апостольского происхождения. Ближайшей к апостольскому прототипу формулой Л. некоторые ученые считают древний список Л. абессинской, относимый к половине II в. С начала II в. историю развития Л. можно проследить уже по датированным памятникам письменным, каковы сочинения Игнатия, Иустина, Климентов римского и александрийского, Иринея, Оригена, Корнелия римского, Киприана карфагенского и др. У Иустина в 1-й апологии находится уже заметное разграничение "Л. верных" от "Л. оглашенных".

Во времена Иринея и Оригена (174 - 254) состав Л. обозначается еще яснее. Весьма древнего происхождения Л. "апостольских постановлений", содержащаяся в VIII-й их книге; за исключением одной арианской вставки и упоминания об иподиаконах, относящихся к IV в., она относится к III в., а может быть и к более раннему времени. После II в. Л. значительно расширяется в объеме: увеличивается число чтений из св. Писания; в первую часть Л., получающую название Л. оглашенных, включаются особые молитвы о каждом классе оглашенных и кающихся; вследствие вступления в церковь большого числа лиц научно и ораторски образованных, молитвы евхаристийные становятся и обширнее, и изящнее (о древнейшей Л., до IV в., см. Ф. Смирнов, "Богослужение в век апостольский", Киев, 1873, и "Христианское богослужение в первые три века", К., 1874). В эпоху церковной централизации (IV в.) сознана была необходимость пересмотра поместных литургий и составления одной определенной редакции Л. если не для всей церкви, то для каждого отдельного патриархата. Этим делом занялись, на Востоке, Василий Великий, подвергший пересмотру и сокращению общеупотребительную дотоле в патриархатах иерусалимском и антиохийском древнюю Л., носившую имя ап. Иакова, и Иоанн Златоуст, значительно сокративший Л. Василия Вел. (преимущественно ее евхаристийные молитвы), а на Западе - Амвросий Медиоланский, папы Лев Вел., Геласий и Григорий Двоеслов. Сокращая существовавшие чинопоследования Л. и отчасти вводя в их состав новые молитвы, названные отцы церкви оставляли их неприкосновенными в главных их составных частях. Хотя редакции Л., сделанные отцами церкви, получили особенный авторитет и значение, тем не менее во многих местностях, удаленных от церковно-административных центров, сохранились в большей или меньшей степени прежние национальные редакции Л., которые и развивались с течением времени самостоятельно. Таковы Л. галиканская, испанско-готская и др. Западные Л., даже римская до Геласия, были подражаниями Л. греческим; в первые два века даже язык Л. западной был большей частью не лат., а греческий. Это объясняется тем, что на Западе до конца II в. не было даже Библии на латин. языке, а также тем, что самое христианство в зап. странах было насаждено греками и большая часть епископов на Западе в первые два века были греки по происхождению. Даже Григория Двоеслова, который придал римской Л. особый западный характер, обвиняли в пристрастии к Л. восточной. Ни Л. Василия Вел., ни Л. Иоанна Златоуста не сохранились до нашего времени в том виде, в каком вышли из рук своих составителей. Бесчисленные списки их, иногда весьма древние (Барберинов список - VIII в.), несомненно представляют много пропусков и вставок. Л. Василия Вел., сделавшись общеупотребительной у греков, была принята также церквами всей римской Азии, перешла в Александрию, к коптам, а затем к "эфиопам", в переводах на местные языки. У всех негреческих народов она приняла в свой состав много молитв, в редакции Василия не существовавших, а принадлежавших Л. Иакова, Марка и др. Попытка восстановить подлинный текст Л. Златоуста по некоторым местам его проповедей, в которых содержатся выдержки из чина Л., не имеет оснований, так как эти проповеди Златоуста относятся к антиохийскому периоду его служения, а Л. составлена им уже в бытность его в Константинополе. Во всяком случае Л. Златоуста есть переработка одной из Л. типа иерусалимско-антиохийских, всего вероятнее - Л. Василия Великого. Церковь приняла Л. Златоуста в ее позднейшей редакции как окончательный вид Л., под именем Л. константинопольской, сохранив, впрочем, право изменения несущественных частей ее применительно к обстоятельствам времени.

С VI в. начинается новый период в истории Л. Церковно-богослужебной внешности в это время стали придавать символическое значение, соединяя с каждым обрядом и каждой принадлежностью богослужения аллегорический смысл. Прежде всего результатом такого стремления было установление проскомидии, в современном ее значении. Так как класс оглашенных в это время значительно уменьшился в составе, да и в соблюдении тайны больше надобности не было, то незачем было совершать проскомидию лишь после Л. оглашенных, по выходе их из храма, как было дотоле; она становится первой, начальной частью Л. В VII в. у Софрония и в VIII в. у Германа проскомидия имеет уже почти тот вид, как и в наше время, и каждое ее действие получает аллегорическое значение. Просфора, из которой извлекается "агнец", изображает Пресв. Богородицу; нож, которым он извлекается, означает копие, которым было прободено ребро И. Хр.; покров над дискосом знаменует плащаницу, которой обвито было тело И. Хр. по снятии с креста и т. д. Совершать проскомидию мог сначала дьякон, без участия священника. Л. оглашенных в это время слилась в один состав с Л. верных; она начиналась уже так, как начинается ныне. В 536 г., после второго антифона, вставлен был тропарь: "Единородный Сыне...". Малый вход был уже не просто изнесением евангелия для его чтения среди церкви, а символическим действием, знаменующим крещение И. Хр. или Его явление в мир. Песнь: "Святый Боже..." поется с 438 г. Вместо поучения после евангения, как было прежде, явилась сугубая ектения, а за ней - ектения об оглашенных, та же, что и в наше время. Вся эта часть Л., от малого входа и до великого, получает символическое значение, изображая трехлетнюю проповедь И. Хр. Великий вход предваряется херувимской песнию, внесенной в состав Л. при Юстине Младшем. Чем дальше, тем больше обозначается нынешний состав Л. Чтение символа веры введено в 510 г., пение "Достойно есть яко воистину... " - с 980 г., пение "Да исполнятся уста наша" - с 620 г. В XIV в. патриархом Филофеем редакция Златоустовой Л. установлена окончательно, и в этом виде перешла в Россию при митр. Киприане. Незначительные прибавления и изменения в чине Л. продолжались, однако, и в последующее время.

Начиная с XVI в., когда в первый раз ученые стали заниматься собиранием и изданием древних национальных Л., а также их ученой обработкой, их собрано большое множество. Одних сирийско-яковитских Л. Ренодо насчитывает до 30, а Ниль - до 40. Ряд их изданий начинается трудом Памелия (умер в 1587): "Missale ss. patrum latinorum". Подробный перечень других трудов см. в монографии профессора А. Л. Катанского: "Очерк истории древних национальных Л. Запада" (в "Христианском Чтении", 1868 - 70 г.). Метод издания Л. у ученых неодинаков. Одни предпочитают хронологический порядок, другие - топографический, т. е. по местностям или церквам, третьи - по внутреннему сродству Л. Последний метод является господствующим; ему следуют pyccкиe издатели "Собрания древних Л. " (СПб.: 1874 - 78). Все известные тексты Л. делятся, по этой системе, на пять групп: 1) Л. иepyсалимско-антиохийские (Л. "апостольских постановлений", греческая и сирская ап. Иакова, Барберинов список Л. Василия Вел. и Златоуста, сирская Л. Василия и Л. Григория, просветителя Армении); 2) Л. александрийские (Л. эфиопского текста "апост. постановлений", Л. св. Марка, коптская - Кирилла Александрийского, общая абиссинцев и др.); 3) Л. месопотамские (ап. Фаддея и Марка, Л. Нестория и др.); 4) Л. западные греческого типа (галльская и испаноготская, галликанская позднейшая, медиоланская и др.) 5) Л. западные римские (миссы пап Геласия и Григория Великого, Л. триентского собора - нынешняя Л. римской церкви). Чинопоследование Л., употреблявшееся в римской церкви в первые четыре века, доселе остается неизвестным. Некоторые памятники этого рода, издававшиеся римскими богословами под именем Л. ап. Петра или выдаваемые за первоначальную Л. римской церкви, при ближайшем рассмотрении оказались вовсе не принадлежащими к четырем первым векам. Не сохранилось даже таких памятников, из которых можно было бы видеть по крайней мере основу или схему древней апостольской Л. Рима. Но мнению Мабильона, Моне, Бунзена и др., такие памятники существовали, но утратились во время вторжения варваров в Италию в V и VI вв., или же были вытеснены позднейшей римско-католической литературой, составлявшейся под сильным влиянием личного творчества римских первосвященников. Древнейшие подлинные Л. римской церкви находятся в сакраментариях пап Льва Beликого и Геласия I, умершего около 495 г.; первый издан в 1735 г. Бланхинием, по списку VIII в., второй - в 1680 г. Томазием.

Ближайшим прототипом современной римской Л. служит Л. сакраментария папы Григория Вел. (умер в 604). Григорий, прежде чем стать папой, долго находился в Константинополе; этим объясняется внесение им в Л. некоторых дополнений и изменений, заимствованных из Л. иерусалимской и константинопольской. Сделавшись общеупотребительным не только в римской, но и во всех почти западных церквах, сакраментарий Григория нигде, однако, не сохранился в своем первоначальном виде (лучшее издание его - Мураториево, 1748). Уже в VIII в. многое в Л. Григория опускалось, многое прибавлялось, вследствие появления ересей, установления новых праздников и др. причин. С XI в., вследствие установившегося обычая совершать евхаристию на опресноках, в римской Л. не осталось и следов тех приготовительных над священным хлебом действий и молитв, которые издревле совершались на Востоке в проскомидии. Появились различные чинопоследования миссы: для пап, для епископов разных степеней, для аббатов и простых священников, мисс приходской и соборной, обетной и поминальной, мисс тайных, мисс, совершаемых на престолах обыкновенных и привилегированных, и т. д. Ко времени реформации пересмотр чинопоследования Л. оказался необходимым, и триентский собор (1563) поручил это дело папе. Образованная в Риме комиссия составила новый миссал, который буллой папы 1570 г. сделан был обязательным для всей римско-католической церкви (за исключением тех стран, где местная Л. оставалась неизменной в течение 200 лет). Окончательно чин римско-католической Л. исправлен при Урбане VIII, в 1634 г., и с тех пор существует без изменений до настоящего времени. Текст этой Л. издается в Missale romanum и существует в русском переводе, напр. в книге Бобровницкого: "О происхождении и составе римско-католической Л." (Киев, 1873). Кроме разностей догматических (учение об опресноках и учете о моменте пресуществления Св. Даров), католическая Л. отличается от православной еще составом молитв, порядком чтений из св. Писания и богослужебными обрядами. У католиков нет священной губки, копия, звездицы, лжицы; на престоле нет евангелия; вместо антиминса на престоле имеется лишь corporale - простой плат, который только благословляется (benedicitur), а не освящается (consecratur). Облачения священнослужителей имеют почти то же значение, что и в церкви православной, но они другого покроя и могут быть только пяти цветов: белого, красного, фиолетового, зеленого и черного. Вообще католическая Л. значительно короче православной, состоя лишь из двух частей: в первую входят молитвы приготовительные к священнодействию (introitus), стихи из псалмов, исповедь священника, великое славословие, чтение апостола, евангелия и символа веры, молитвы, составляющие так называемые "предварение канона" Л.; вторую часть составляет самый "канон" миссы - молитвы освящения даров и причащение. Из древних Л. одна ныне существует одинаково в обеих церквах - западной и восточной; это "литургия преждеосвященных даров" (htwn prohgiasmenwn leitourgia - missa praesanctificatorum), известная у нас также под именем Л. Григория Двоеслова. Первоначальное составление ее некоторыми восточными писателями приписывается папе Григорию Великому, а западными большей частью усвояется Востоку и относится во всяком случае к глубокой древности, ко времени постоянного, близкого общения церквей Востока и Запада. Для азиатских церквей она была редактирована Василием Вел. В 615 г. на Востоке в состав ее внесена песнь "Ныне силы небесныя...". Дальнейшее редактирование ее на Востоке приписывается Герману, патриарху константинопольскому (VIII в.), а нынешний ее состав константинопольскому патриарху Филофею (XIV в.). В VII в. она появилась на Западе, в виде, сходном с тогдашней ее восточной редакцией, в сакраментарии папы Григория Великого (который узаконил совершать ее один раз в год - в великую пятницу, что соблюдается в катол. церкви и доселе). Как видно из самого названия, Л. преждеосвященных даров есть такая Л., на которой для причащения предлагаются Св. Дары, освященные уже раньше, на предшествовавшей Л., в виду необходимости устранить радостную торжественность полной Л., неудобную в дни поста и покаянной скорби. К Л. преждеосвященных даров присоединяются ныне богослужения, известные под именем "часов" - 3-го, 6-го и 9-го, с "изобразительными" и вечерней, причем в последних сделаны некоторые дополнения (см. "Л. преждеосвященных даров", Москва, 1850).

Л. в православной церкви может быть совершаема каждый день в году, кроме определенных церковными правилами изъятий; обыкновенно совершается Л. Иоанна Златоуста. Л. преждеосвященных даров установлено совершать в известные дни четыредесятницы. Л. Василия Великого совершается десять раз в году - в пять первых воскресений великого поста, в великий четверток, в великую субботу, накануне Рождества Христова и Богоявления и в день памяти Василия - 1 января. Л. может быть совершаема лишь в храме, и только в исключительных случаях - в обыкновенном доме, но не иначе, как на антиминсе. Она не может быть совершаема никем, кроме епископа или священника. Все многочисленные церковные постановления относительно Л. и Св. Даров изложены в "Учительном известии", печатаемом в конце "Служебника", и в целом ряде дополнительных и разъяснительных к нему указов. Гражданскими законами на время Л. запрещается торговля в питейных домах.

Н. Б - в.

Лихтер

- палубное, трехмачтовое, плоскодонное судно для разгрузки и догрузки судов при переходе через бар или мелкое устье реки.

Личность

(философ.) - внутреннее определение единичного существа в его самостоятельности, как обладающего разумом, волей и своеобразным характером, при единстве самосознания. Так как разум и воля суть (в возможности) формы бесконечного содержания (ибо мы можем все полнее и полнее понимать истину и стремиться к осуществлению все более и более совершенного блага), то Л. человеческая имеет, в принципе, безусловное достоинство, на чем основаны ее неотъемлемые права, все более и более за ней признаваемые по мере исторического прогресса. Бесконечное содержание, потенциально заключающееся в Л., действительно осуществляется в обществе, которое есть расширенная, или восполненная, Л. так же как Л. есть сосредоточенное или сжатое общество. Развитие лично-общественной жизни проходит исторически три главные ступени: родовую, национально-государственную и универсальную, причем высшая не упраздняет низшую, а только видоизменяет ее; так, с установлением государственного порядка вместо родового быта кровная родственная связь лиц не теряет своего значения, а только перестает быть принципом самостоятельных и обособленных групп (родов), ограничиваясь лишь частным или домашним союзом семейным, не имеющим уже ни внутренней юрисдикции, ни права кровавой мести. Началом прогресса от низших форм общественности к высшим является Л., в силу присущего ей неограниченного стремления к большему и лучшему. Л. в истории есть начало движения (динамический элемент), тогда как данная общественная среда представляет консервативную (статическую) сторону человеческой жизни. Когда Л. чувствует данное общественное состояние в его консерватизме как внешнее ограничение своих положительных стремлений, тогда она становится носительницей высшего общественного сознания, которое рано или поздно упраздняет данные ограничения и воплощается в новых формах жизни, более ему соответствующих. Разумеется не всякое столкновение Л. с обществом имеет такое значение; есть существенное различие между преступником, восстающим против общественного порядка в силу своих злых страстей, и историческим героем как Петр Великий, сознающим и создающим в замен старого новый порядок жизни, хотя между такими крайними проявлениями личной силы есть точки соприкосновения и промежуточные звенья, вследствие чего коренное различие не всегда ясно представляется обеим сторонам и возникают трагические положения в истории.

В родовом быту за Л. признается действительное достоинство и права лишь в силу принадлежности ее к данному роду. Те лица, которые впервые замечают несоответствие этого положения внутреннему значению Л., становятся носителями сверхродового сознания, которое сейчас же стремится к воплощению в новых общественных формах: эти лица собирают вольные дружины, основывают города и целые государства. В пределах государственного порядка, при котором человеческая жизнь разделяется на частную или домашнюю и всенародную или публичную, Л. имеет более свободы в первой и более широкое поприще во второй (сравнительно с родовым бытом, где эти две сферы находятся в слитном состоянии). Тем не менее и государство, как союз национально-политический, не может представлять собой окончательное осуществление и удовлетворение Л. в ее безусловном значении. Совершенным восполнением Л. может быть только общество неограниченное или универсальное.

Впервые носительницей универсального сознания Л. человеческая выступает в буддизме - первой религии, возвысившейся над национальнополитическими разделениями и обращавшейся ко всем людям; вместо национальных богов абсолютное значение приписывается святому мудрецу, собственным личным подвигом освободившемуся от всех условий действительного бытия и проповедующему такое освобождение всем тварям. Здесь, таким образом, безусловное значение Л. понимается отрицательно, как полное упразднение всякой объективной среды (Нирвана). Развитие гуманитарной культуры в классическом мире (особенно греческая философия) создает для Л. новую, чисто идеальную среду; высший представитель человечества - философ сознает свое безусловное значение, поскольку он живет в истинно сущем умопостигаемом мире идей (платонизм) или всеобъемлющей разумности (стоицизм), презирая кажущийся мир преходящих явлений. Но это ограничение истинной жизни одной идеальной сферой требует практически такого же самоотрицания действительного живого человека, какое проповедуется буддизмом.

Положительное утверждение своего безусловного значения Л. находит в христианстве, как откровении совершенного Лица богочеловека Христа - и обетовании совершенного общества - Царства Божия. Задачу христианской истории составляло и составляет воспитание человечества для перерождения его в совершенное общество, в котором каждая Л. находит свое положительное восполнение или действительное осуществление своего безусловного значения, а не внешнюю границу для своих стремлений. Изначала с возникновением универсального сознания Л. мы находим в истории стремление к созданию сверхнародных организаций, ей соответствующих (всемирные монархии древности, затем средневековая католическая теократия, наконец, различные международные братства и союзы в новые времена). Но это лишь попытки более или менее далекие от идеала истинного личнообщественного универсализма, т. е. безусловной внутренней и внешней солидарности каждого со всеми и всех с каждым; осуществление этого идеала очевидно может совпасть только с концом истории, которая есть не что иное, как взаимное трение между Л. и обществом.

Вл. С.

Лишай

(Lichen) - существующее со времен Гиппократа название многих страданий кожи, различающихся друг от друга анатомическими изменениями и течением болезни. В общем название Л. дается следующим поражениям кожи:

1) Л. волосяной (L. pilaris), характеризующийся появлением на лице или на туловище бледно-розовых, красноватых и даже багровых узелков, величиной в булавочную головку, вокруг волосяных мешочков. Пораженные места кожи отличаются сухостью и шероховатостью на ощупь. На лице эта болезнь локализируется на бровях, щеках и на лбу и может быть причиной выпадения волос на больных местах. Кроме местного лечения, для устранения этого страдания часто необходимо назначать внутрь: железо, мышьяк, рыбий жир и пр.;

2) Л. золотушных (L. scrophulosorum), наблюдаемый преимущественно у золотушных детей, представляет хроническое страдание, выражающееся появлением узелков, величиной от просяного зерна до булавочной головки, цвета беловатого, желтоватого, бледно- или ярко-красного, иногда же буроватого. Они плоски, мягки; на верхушке их сидит тонкая, легко отделяющаяся чешуйка, иногда же маленький гнойничок. Узелки располагаются всего чаще на спине и животе, реже на разгибательной стороне конечностей, лице и голове, кучками, в виде кругов или сегментов. Болезнь протекает очень медленно и требует для своего излечения улучшения общего состояния больного и поднятия его питания;

3) Л. красный (L. ruber) или истинный (verus), впервые описанный Геброй и определение которого до сих пор продолжает служить предметом весьма оживленной полемики. Красный Л. характеризуется появлением более или менее зудящих изолированных или скученных узелков в коре; одновременно, а иногда даже раньше, поражается нередко и слизистая оболочка полости рта и носа. Величина, форма и цвет узелков бывают крайне различны; иногда они сливаются вместе и образуют целые бляшки большей или меньшей величины; узелки могут покрываться более или менее тонкими чешуйками, но не превращаются ни в пузырьки, ни в гнойнички. После существовавшей продолжительное время высыпи нередко остается окраска и утолщение кожи. Болезнь, очень часто начинаясь лихорадкой и часто будучи нервного происхождения, протекает нередко весьма тяжело, вызывая истощение, бессонницу, головные боли. В очень тяжелых случаях сильно развивающееся истощение может быть причиной смерти, особенно если сыпь охватывает большие области туловища и даже всю его поверхность. Эта форма Л. представляет много разновидностей (Л. плоский, остроконечный и др.);

4) Л. опоясывающий, пузырчатый, радуговидный; Л. отрубевидный, красный и разноцветный; Л. чешуйчатый;

5) Л. стригущий (Herpas tonsurans), паразитная и заразительная болезнь кожи, обусловливаемая особым грибком (trychophyton tonsurans), поражающая волосистые и неволосистые части тела, характеризующаяся высыпанием распространяющихся кругами групп пузырьков или круглых красных пятен, вызывающая ломкость и выпадение волос. Сыпь может принять громадные размеры. Уже в самом начале болезни волосы на пораженных местах блекнут, высыхают и отламываются у самого уровня кожи, которая представляется покрытой сухими, ломкими стержнями волос. В соседстве ее образуются новые островки, в свою очередь также мало-помалу увеличивающиеся в объеме и, сливаясь с первыми, могут образовать остриженные поверхности. Скоро заболевшие волосы совсем выпадают, но могут вырасти вновь. По новейшим исследованиям доказано, что грибок стригущего Л. обитает в волосах и корневых влагалищах. От действия калийного щелока очень резко выступают его грибница и споры. Болезнь передается только путем заражения в неопрятно содержимых парикмахерских, от совместного пользования гребнями, щетками, а также от некоторых животных, всего чаще от кошек. Лечение в большинство случаев идет с успехом, но требует настойчивости. Обыкновенно прибегают к различным дезинфицирующим веществам, а также и к полному вырыванию отдельных волос, с которых гнездятся грибки и их споры.

Г. М. Г.

Лишаи

лишайники или ягели (Lichenes) - мелкие и невзрачные с виду растеньица, прежде считавшиеся самостоятельными организмами. Каждый Л. состоит из двух совершенно различных, хотя и тесно соединенных друг с другом организмов: гриба и водоросли, находящихся в симбиозе, т. е. сожитии. Так как в большинстве случаев характерная форма Л. обусловливается грибом, а не водорослью, то обыкновенно Л. причисляются к классу грибов. Входящие в состав Л. грибы почти всегда относятся к группе сумчатых (Ascomycetes), гораздо реже к базидиальным (Basidiomycetes): водоросли же, получившие специальное назв. гонидий, еще ранее, нежели была выяснена их настоящая природа, принадлежат к семействам зеленых и циановых водорослей; все они формы аэрофитные, т. е. способные жить во влажном воздухе. Л. мало известны в обыденной жизни, да и то под неверным назв. мха (настоящие мхи совсем иного рода растения). Внешняя форма их весьма разнообразна: то это небольшие кустики серого или серо-зеленого цвета, растущие на земле или деревьях, иногда свисающие с ветвей в виде косматых причудливых бород, то это пластинки или тарелочки часто с вычурно вырезанными и приподнятыми краями, бурые, серые, серо-зеленые или ярко-оранжевые; они лепятся на деревьях, камнях, заборах или прямо растут на земле. Другие необыкновенно плотно прирастают к скалам, камням, коре и т. п., покрывая их как бы коркой или накипью или же являются в виде студенистой массы различных очертаний. Согласно этому, различают 4 типа Л.: кустарные или кустистые, пластинчатые или листоватые, накипные и студенистые Л. В сухое время года Л. высыхают, становятся хрупкими, иные еще сильно съеживаются. С возвращением влаги они снова размягчаются и оживают. Вообще Л. растут медленно, зато живут годами.

Тело Л. (так назыв. слоевище, thallus) состоит из грибных гиф, переплетающихся и оплетающих зеленые или синезеленые клетки водорослей (гонидии). В количественном отношении обыкновенно явственно преобладает гриб, реже водоросль и тогда она обусловливает собой ту или другую внешнюю форму Л., гриб же только прикрывает ее тонким слоем, да там и сям меж клеток ее запускает гифы; так, бывает напр. Л. Ephebe (здесь водоросль - Stigonema), а еще более резко это сказывается у Collema: здесь масса студенистых колоний водоросли ностока (Nostoc) сохраняет свою форму и лишь пронизывается грибными гифами. Таковы и другие студенистые Л., элементы гриба и водоросли, у которых вообще более или менее равномерно перемешаны, и строение тела поэтому однообразное или, как говорят, гомеомерное. Наоборот, в случаях преобладания гриба, в распределении тех и других существует особенная правильность, обнаруживается слоистость тела. На поперечных и продольных разрезах таких Л. заметно следующее: наружный слой состоит из одних только грибных гиф, плотно переплетенных, это кора; внутренняя масса Л. также состоит из одних гиф, но уже рыхло переплетенных, это - сердцевина; на границе между корой и сердцевиной лежит слой гонидий, оплетенных гифами, это - гонидиальный или гонимический слой. Такое строение называется слоистым или гетеромерным. Оно встречается у всех листоватых и кустарных Л., причем у первых гонидиальный слой находится только с одной стороны, именно с верхней, обращенной к свету, у вторых же он идет кругом, образуя на поперечном разрезе кольцо, параллельное окружности. К субстрату, на котором растут, Л. прикрепляются посредством корневидных прицепок (rhizinae), особого рода ниточек, внедряющихся в мелкие трещины субстрата, служащих также и для поглощения из почвы пищи.

Размножение Л. происходит двумя способами, смотря по тому, принимает водоросль участие в нем или нет. Если нет, то форма размножения всецело зависит от природы гриба. Как упомянуто, в огромном большинстве случаев грибы, входящие в состав Л., принадлежат к сумчатым, и образование плода у них происходит совершенно так же, как у обыкновенных свободноживущих дискомицетов и пиреномицетов, т. е. плод либо открытый, имеет вид блюдца, чашечки или кубка (Л. гимнокарпические), либо совершенно погруженный внутрь тела Л. и имеет форму кувшинообразного вместилища, с узким горлышком-каналом, ведущим наружу (Л. ангиокарпические). Подобно тому как у дискомицетов, и у Л. открытые блюдцеобразные плоды называются апотециями. У Л., одной стороной прилегающих к субстрату, апотеции всегда образуются на верхней, свободной стороне тела, у кустарных же форм они располагаются на краях и на верхушках ветвей, иногда на особых веточках (podetia), как у Cladonia или на маленьких стебельках, как у Baeomyces. Часто апотеции резко выделяются от остальной массы Л. своей ярко- красной или бурой окраской. Плод содержит спороносные сумки (аскусы) и рядом с ними много тоненьких булавовидных веточек, так назыв. парафиз. В каждой сумке обыкновенно по 8 спор, реже меньше или больше. Споры бывают простые однокамерные, двукамерные и вообще многокамерные. При прорастании каждая спора выпускает одну или несколько ростковых трубочек (молодые гифы). Еще не так давно Шталь (Stahl) указывал на существование у некоторых студенистых Л. полового процесса, происходящего совсем как у красных водорослей. Однако, во многих случаях удалось проследить, что апотеций образуется несомненно без всякого предварительного полового акта, с другой стороны удалось проростить спермации (Спермации (spermatia от слова sperma) считались мужскими оплодотворяющими элементами. Это маленькие овальные или палочкообразные тельца, образующиеся в особых вместилищах так назыв. спермагониях.) в гифы, что делает их значение как мужских оплодотворяющих элементов весьма неправдоподобным. В высшей степени вероятно, что спермации не что иное, как обыкновенные бесполые конидии, а спермогонии, стало быть, вполне соответствуют конидиальным плодам (пикнидам) сумчатых грибов. Ввиду всего этого существование полового акта у Л. представляется теперь сомнительным и недоказанным. Другой способ размножения Л. состоит в образовании соредий; в нем принимают участие как гриб, так и водоросль. Каждая соредия состоит из одной или нескольких гонидий, оплетенных снаружи гифами гриба. Это как бы кусочки тела Л., своего рода почки; они отделяются от Л. и затем вырастают непосредственно в новый Л. Иногда соредии прорастают еще внутри Л. и тогда дают начало особым эндогенным ветвям, так назыв. соредиальным. Часто соредий образуется так много, что они покрывают все тело Л. как бы сплошным слоем мелкого порошка; нередко такие налёты (желтого или серого цвета) встречаются на скалах и стволах деревьев. Одни Л. часто образуют соредии, другие редко. Гетеромерные Л. вероятно большей частью размножаются соредиями, реже через соединение гриба (из споры) с водорослью, гомеомерные же (студенистые) Л. наоборот. Вообще же образованию соредий благоприятствует тенистое местоположение.

До XIX стол. о Л. знали очень мало и даже Линней еще соединял все Л. в один род Lichen, который и причислял к водорослям. Только с ученика Линнея, Ахариуса (Acharius), начинается более тщательное изучение этих организмов. Благодаря работам многих ученых и особенно Фриза (Тh. Fries) и Ниландера (W. Nylander) внешняя морфология и основанная на ней систематика сделали быстрые успехи. Зато изучение внутреннего строения и главное истории развития сильно отстало: особенно трудно поддавалось решению, что такое гонидии и откуда они берутся. Обыкновенно считали их за особые органы размножения Л. (своего рода зародыши - отсюда и название gonidia). Потратив много труда и времени, Швенденер (Schwendener, 1860 - 68) пришел к выводу (совершенно неверному, как оказалось потом), что гонидии вырастают на грибных гифах. Тем временем замечательное сходство гонидий с водорослями не могло укрыться от внимания исследователей (ДеБари), но особо важное значение имели наблюдения Фаминцына и Баранецкого. Они показали, что при размачивании Л. в воде гифы разрушаются, а зеленые клетки гонидий при этом не только не погибают, но способны даже размножаться посредством зооспор - совсем как настоящие водоросли. Тогда Швенденер окончательно выяснил и ясно высказал (1869), что Л. не самостоятельные организмы, а не что иное, как грибы-водоросли, грибы в сожитии с водорослями. С тех пор это воззрение получило целый ряд подтверждений. Чрезвычайно удачно начатое Фаминцыным и Баранецким разъединение (анализ) Л. было успешно продолжено в другом направлении Мёллером (Moller). Первые изолировали входящую в состав Л. водоросль, второй выделил гриб и добился его полного развития на искусственной питательной среде, без всякого участия водоросли. С другой стороны удалось, исходя из отдельных ингредиентов Л., гриба и водоросли, соединить их в целый Л. и таким образом искусственно воспроизвести Л. путем синтеза. Впервые полный синтез (исходя из споры Л. и соответствующей водоросли) был произведен Шталем, а потом Бонье в форме, устраняющей всякие сомнения (на стерилизованном субстрате, вне доступа посторонних организмов). При участии света и хлорофилла водоросль образует из неорганических веществ органические (гриб на это неспособен) и часть их уделяет грибу. Гриб, по-видимому, доставляет водоросли в изобилии неорганические вещества, которые сам черпает из почвы и укрывает ее от засухи, ветра и других неблагоприятных атмосферных влияний. Вообще же гриб больше извлекает пользы из водоросли, чем обратно. Если молодые гифы, выходящие из спор, скоро не встретят подходящей водоросли, то погибают обыкновенно; встретив же таковую, быстро ее оплетают; таким путем и залагается Л. Наоборот, водоросль может вполне обходиться без гриба, хотя существуют прямые наблюдения, свидетельствующие о благотворном влиянии гриба на водоросль в некоторых случаях.

Химический состав Л. представляет несколько интересных особенностей. Все лишаи в большем или меньшем количестве содержат подобное крахмалу вещество, так назыв. лихенин или лишаиниковый крахмал, многие заключают особые горькие вещества (обусловливающие горький вкус Л., напр. исландского мха) и особые лишайниковые кислоты, которые со щелочами дают яркоокрашенные соединения, почему некоторые из таких Л. применяются в промышленности для приготовления красящих веществ: лакмуса, orseille и т. п. В большом количестве многие Л. содержат также щавелево-кислую известь. Кроме только что упомянутых доставляющих краски Л. большое значение для человека имеют еще некоторые другие - исландский и олений мох на крайнем Севере, на Юге - съедобная манна лишайниковая. Неизмеримо важнее роль Л. в общем обмене веществ в природе. Л. первые поселяются на голых камнях и скалах; медленно, но неустанно разрыхляют и разрушают их, сильно способствуя процессу выветривания, и подготовляют слой рыхлой почвы, на котором могут селиться уже мхи и высшие растения. В холодных и умеренных странах Л. - самые обыкновенные растения; на камнях, деревьях, мхах или прямо на земле, даже на заборах, каменных стенах и т. п. ту или другую форму можно найти круглый год, и летом, и зимой. Всего видов Л. (по Ниландеру) известно около 1400, из них 650 растут в Европе. В северных странах они составляют значительную долю всех видов растений, напр. в Лапландии на 650 явнобрачных приходится 220 Л., в Скандинавии это отношение 1250:372. К тому же на Севере Л. часто одни исключительно покрывают огромные пространства (напр. исландский, олений мох и др.). Вместе с мхами в горах они составляют последние следы растительной жизни вблизи границы снегов. В умеренных странах относительное число видов Л. меньше, но абсолютное - больше (напр. в Германии около 500 видов). Некоторые тропические виды живут на листьях вечнозеленых растений. Классифицируют Л. различные ученые различно. Руководствуясь природой входящего в состав Л. гриба, Л. делят на сумчатые и базидиальные (Ascolichenes и Basidiolichenes); каждую из этих групп опять на две группы: гимнокарпические и ангиокарпические Л. Базидиальные Л. открыты недавно и число их пока очень ограничено. Подробнее и литературу см. Ван-Тигема "Traite de Botanique" (2-е изд., 1891) также Krempelhuber, "Geschichte und Literatur der Lichenologie" (3 т., Мюнхен, 1867 - 72). Для определения и ознакомления с более обыкновенными, чаще встречающимися формами - см. Leunis-Frank, "Synopsis der Pflanzenkunde" (III т., 1886), и Kummer, "Fuhrer in die Flechtenkunde" (Берлин, 2-е изд., 1883).

Г. Надсон.

Лишение свободы

как наказание, заключается в том, что преступник в более или менее значительной степени ограничивается в свободе располагать собой и своими действиями, особенно в свободе передвижения. Л. свободы является центром современной карательной системы, в которой оно заняло место, прежде принадлежавшее смертной казни и телесным наказаниям. В видах достижения исправительных целей Л. свободы передвижения сопряжено с различными ограничениями, как-то обязательным трудом, обязательным режимом жизни и т. п. Все виды Л. свободы могут быть сведены к трем: надзор, заключение и удаление.

Лобачевский Николай Иванович

- великий русский геометр, творец науки, называемой, по его имени, гeoмeтpиeй Лобачевского; род. 22 октября 1793 г., воспитывался в казанской гимназии и университете, по математическому факультету. В 1811 г. Л. получил степень магистра и приступил к преподаванию в казанском унив. небесной механики и теории чисел. В 1816 г. Л. получил кафедру чистой математики. Он был 6 раз кряду избираем в ректоры университета и состоял членом многих ученых обществ и почетным членом университетов московского и казанского. Деятельность Л. была изумительна: он читал лекции и свои и за своих товарищей, посылаемых за границу, присутствовал на всех заседаниях и, в то же время, являлся творцом совершенно новых взглядов на геометрию. В числе аксиом, положенных Евклидом в основание геометрии, существует одна, так называемая 11-я аксиома, сводимая к утверждению, что через одну точку может быть проведена к данной прямой только одна параллельная. Уже с давних пор многим геометрам это положение не представлялось очевидным, и существует огромная литература попыток доказать это положение, основываясь на других аксиомах; но все такие попытки были неудачны, представляя собою сведение 11-й аксиомы на какое-нибудь другое положение, тоже не очевидное. Таким образом оставался нерешенным вопрос первостепенной важности: о степени достоверности геометрии, вытекающий из вопроса о том, достоверна ли 11-я аксиома. Эту трудную задачу, не поддававшуюся усилиям величайших умов, Л. решил окончательно, избрав чрезвычайно оригинальный путь. Л. попытался построить целую систему геометрических положений, исходящих из отрицания справедливости 11-й аксиомы, и при том систему строго логичную, не содержащую никаких внутренних противоречий. Если 11-я аксиома Евклида может быть доказана при помощи других аксиом, то она должна быть их следствием; если она представляет собой их следствие, то система Л., отвергающая ее, должна стать в противоречие с одной из других аксиом; если же такого противоречия не последует, то 11-я аксиома не представляет собой следствия одной из остальных аксиом, не может быть, при помощи их, доказана и является положением, которое следует или принять без доказательств, или свести на положение более очевидное. Против такого рассуждения возражали, говоря, что система Л. потому не встретилась с противоречием, что не была до него доведена, но итальянский геометр Бельтрами показал, что вся система Л. вполне совпадает с системой Евклида, если сравнить геометрию Л. на плоскости с обыкновенной геометрией на особой поверхности, называемой псевдосферой и представляющей вид шампанского бокала; так что если бы геометрия Л. встретила при своем развитии какие-либо несообразности, то и обыкновенная геометрия на псевдосфере была бы нелепа, откуда следует, что геометрия Л. не может быть приведена к абсурду. Таким образом, одна из великих заслуг Л. заключается в данном им доказательстве невозможности доказать 11-ю аксиому посредством других аксиом. Создав свою геометрию, Л. дал толчок к построению геометрических систем, имеющих дело с пространствами, совершенно не похожими на обыкновенное пространство, и этим указал на возможность логического мышления, имеющего объектами вещи, находящиеся вне времени и вне нашего обыкновенного пространства. В этом заключается высокое философское значение работ Л.

Долгое время ученые мало обращали внимания на эти работы, и только Гаусс оценил при жизни Л. великое значение провозглашенных им идей; но после трудов Бельтрами, Римана и Гельмгольца эти идеи получили широкое распространение, и возник особый отдел математической литературы, представляющий собой значительное количество мемуаров, посвященных развитию идей Л. Казанское физико-математическое общество издало к юбилею Л., праздновавшемуся в день, когда исполнилось 100 лет со дня рождения великого геометра (сконч. Л. в 1856 г.), собрание переводов на русский язык важнейших основных сочинений по этой новой отрасли математики, под общим заглавием: "Об основании геометрии". Сочинения Л., ставящие его на ряду с гениальнейшими математиками всех времен, суть следующие: "О началах геометрии" ("Казанский Вестн. ", 1829 - 1830); "Geometrie imaginaire" ("Crell\'s Journal fur die reine und angewandte Mathematik", т. 17); " Воображаемая геометрия" ("Учен. Записки Казанского Унив.", 1835); "Новые начала геометрии с полной теорией параллельных" ("Учен. Записки Казанского Унив.", 1835, 1836, 1837 и 1838); "Применение воображаемой геометрии к некоторым интегралам" ("Учен. Записки Казанск. Унив.", 1836); "Geometrische Untersuchungen zur Theorie der Parallellinien" (Б., 1840); "Pangeometrie ou precis de geometrie fondee sur une theorie generale et rigoureuse des paralleles" - в сборнике, изданном по случаю юбилея казанского унив. в 1856 г.

Н. Делоне.

Ваш комментарий о книге
Обратно в раздел Наука












 





Наверх

sitemap:
Все права на книги принадлежат их авторам. Если Вы автор той или иной книги и не желаете, чтобы книга была опубликована на этом сайте, сообщите нам.