Библиотека

Теология

Конфессии

Иностранные языки

Другие проекты







Ваш комментарий о книге

Брокгауз и Эфрон. Энциклопедия

ОГЛАВЛЕНИЕ

Островский Александр Николаевич

- создатель русской бытовой комедии, род. в Москве 31 марта. 1823 г. Дед и мать его принадлежали к духовному званию; отец его хотя и окончил курс в духовной академии, но посвятил себя службе гражданской и приобрел потомственное дворянство. Окончив курс в московской губернской гимназии (ныне 1-ая), О. поступил на юридический факультет московского унив., но, вследствие неприятностей с одним из профессоров, вышел уже со 2-го курса и тогда же (1843) определился канцелярским служителем в московский совестный суд, а два года спустя перешел на такую же должность в коммерческий суд, с жалованием 4 руб. в месяц, которое через несколько времени возросло до 15 руб., причем от отца О. получал квартиру и стол. Занятия служебные нисколько его не интересовали; в нем быстро созревал драматург - и с самого начала с теми именно особенностями, которые наложили такую яркую и совершенно своеобразную печать на все его драматическое творчество. Независимо от врожденной и все сильнее развивавшейся любви к театру, развитию таланта О. в значительной степени содействовала и житейская его обстановка. И на службе, где ведались дела преимущественно купеческого сословия, и в доме отца, клиентуру которого, как адвоката, составляло главным образом тоже замоскворецкое купечество, О. находил обильный и благодарный материал. 14 февраля 1847 г. О. прочел в доме Шевырева свои первые драматические сцены: "Картина семейного счастья", из этого дня, по его собственным словам, стал считать себя русским писателем, без сомнений и колебаний поверив в свое призвание. За этими сценами, тогда же напечатанными в "Московском Городском Листке", появились в том же году и в той же газете "Очерки Замоскворечья" (не драматической формы) и одна сцена из комедии "Банкрот", а в 1850 г. эта комедия (под заглавием: "Свои люди, сочтемся") была напечатана в "Москвитянине" в полном виде и сразу установила за Островским репутацию весьма крупного и совершенно самобытного дарования. Шевырев назвал его "новым драматическим светилом в русской литературе", Хомяков признал пьесу "превосходным творением", Давыдов восторженно провозгласил автора "помазанником", а чуткий князь Одоевский писал: "этот человек талант огромный. Я считаю на Руси три трагедии: "Недоросль", "Горе от Ума", "Ревизор"; на "Банкроте" я поставил нумер четвертый". Пьесу читали всюду, во всех слоях общества; читал ее в разных "салонах" и сам автор, но попасть на сцену ей суждено было еще не скоро. Влиятельное московское купечество, обиженное за все свое сословие, пожаловалось "начальству"; автор был уволен от службы и вместе с тем, как "неблагонадежный", отдан под надзор полиции (снятый с него, в силу Высочайшего манифеста, уже по воцарении Александра II), а пьеса появилась перед публикой только десять лет спустя, да и то с измененным окончанием (появление квартального, как символа торжества добродетели и наказания порока). С этих пор деятельность О. шла безостановочно уже до самой смерти его, то вызывая восторженное поклонение критики (напр. А. Григорьева, не затруднявшегося восклицать: "нет бога кроме О. и пророка его выше Садовского"!) , то порождая ожесточенные распри между славянофилами и западниками, оспаривавшими О. друг у друга, то подавая повод к едким нападкам и насмешкам. Добролюбов ярко выставил на вид ее чисто-общественную, социальную сторону. Вслед за небольшими сценами: "Утро молодого человека" (1850), в 1852 г. появилась (в "Moсквитянине") комедия "Бедная невеста", а год спустя (там все) комедия "Не в свои сани не садись", которая была первым из произведений О., удостоившимся - как он писал - попасть на театральные подмостки. Пьеса имела большой успех, чему в значительной степени содействовало и превосходное исполнение. По счастливому и для самого О., и для русского театра совпадению обстоятельств, О. пришлось и начать, и долго продолжать свою работу для нашей сцены в ту пору, когда она (в Москве) блистала целой плеядой первоклассных талантов: Щепкина, Садовского, Сергея Васильева, Никулиной-Косицкой и мн. др. Уже одной роли Любима Торцова ("Бедность не порок", 1854) в художественном исполнении Садовского было достаточно для того, чтобы эта пьеса надолго сделалась одной из самых любимых в русском репертуаре. В один год с "Бедность не порок " написана народная драма: "Не так живи, как хочется"; к 1856 г. относятся комедии "В чужом пиру похмелье" и "Доходное место". В том же году О. совершил путешествие по Волге, для исследования, по поручении великого князя Константина Николаевича, "быта жителей, занимающихся морским делом и рыболовством". По свидетельству С. В. Максимова, плодом этого путешествия О. собственно в этнографическом отношении явилось "поражающее количество собранных на верхней Волге разнообразных материалов", которые покамест (за исключением начала отчета, напечатанного в "Морском Сборнике" 1859 г.) "сохранились лишь в сыром виде, но из груды которых все-таки ясно просвечивает выработанная система и изумительная до мелочей исполнительность всех задач программы". Вместе с. тем это путешествие дало 0. новые материалы для его творчества и вызвало появление в нем новых черт и направлений, чему определительное свидетельство находится в дневнике автора (еще не напечатанном), сведения из которого сообщены С. В. Максимовым в его статье: "Литературная экспедиция" ("Русская Мысль", 1890). Под впечатлением этой поездки, поставившей О. лицом к лицу с памятниками и воспоминаниями русского прошлого, совершился у него переход от современной бытовой комедии к исторической хронике, хотя тут играли роль и другие обстоятельства, именно разлад 0. с дирекцией Императорских театров, вызвавший в одном из его писем слова, к счастью неоправдавшиеся: "до сих пор я не добился, чтобы меня хоть мало отличили от какого-нибудь плохого переводчика; буду писать хроники, но не для театра", В промежуток от 1857 до 1868 г. написаны историч. хроники "Минин" (1862), "Дмитрий Самозванец" и "Тушино" (1867) трагедия на историческом фоне "Василиса Мелентьева" (1867, в сотрудничестве с Гедеоновым собственно по части исторических фактов), полуфантастическое, на том же историческом фоне, произведение, сюжет которого, по свидетельству проф. Тихонравова, заимствован О. из рукописной народной комедии, и обстановку которого могла дать лишь Волга старого времени, в одно и то же время и богомольная, и разбойная, сытая и малохлебная. Рядом с пьесами этого рода шли и такие, в создании которых в путешествие автора или играло только случайную, косвенную роль, или оставалось совершенно непричастным: к первым относятся знаменитая "Гроза" (1860), некоторые частности которой были навеяны бытовыми исконными особенностями жизни г. Торжка, и комедия "На бойком месте: ", обязанная своим происхождением одному забавному дорожному эпизоду; ко вторым "Праздничный сон до обеда" (1857), "Не сошлись характерами" (1858), "Воспитанница" (1859), "Старый друг лучше новых двух" (1860), "Свои собаки грызутся, чужая не приставай" (1861), "Женитьба Бальзаминова" (1861), "Тяжелые дни" (1863), "Грех да беда на кого не живет" (1863), "Шутники" (1864), "На бойком месте", "Пучина" (1866). Дальнейшая производительность Островского, не прекращавшаяся до самой его смерти, выразилась в следующих, появлявшихся почти без перерыва, произведениях (перечисляемых здесь в хронологическом порядке): "На всякого мудреца довольно простоты" (1868), "Горячее сердце" (1869), "Бешеные деньги" (1870), "Не все коту масляница" (1871), "Лес", с его типическими фигурами Счастливцева и Несчастливцева (1871), "Не было ни гроша, вдруг алтын" (1872), "Комик XVII ст. " (1873) - нечто в роде драматич. хроники, вызванное двухсотлетней годовщиной возникновения русского театра), "Снегурочка" (1873, единственная пьеса, заимствованная О. из русского сказочного мира), "Поздняя любовь" (1874), "Трудовой хлеб" (1874), "Волки и овцы" (1875), "Богатые невесты" (1876), "Правда хорошо, счастье лучше" (1877), "Последняя жертва" (1878), "Бесприданница" (1879), "Добрый барин" (1879), "Сердце не камень" (1880), "Невольницы" (1881), "Таланты и поклонники" (1882), "Красавец-мужчина" (1888), "Не от мира сего" (1885) - последняя пьеса О., напечатанная им за несколько месяцев до кончины. Сверх того, в сотрудничестве с Н. Я. Соловьевым написаны комедии: "Женитьба Белугина" (1878), "На порог к делу", "Светит, да не греет" (1881) и "Дикарка" (1880); в сотрудничестве с П. М. Невежиным "Блажь". Перу О. принадлежит также перевод десяти "интермедий" Сервантеса, комедии Шекспира "Укрощение своенравной" (он перевел и "Антония и Клеопатру", но эта работа осталась ненапечатанной), комедии Гольдони "Кофейная", комедии Франка "Великий банкир", драмы Джакометти "семья преступника ("La morte civile") и, наконец, неудачная переделка на русские нравы плохой итальянской пьесы "Le pecorelle smarite" (под загл. "Заблудшие овцы") и не менее плохой французской "Les maris sont esclaves" (под заглавием "Рабство мужей").

Служа русской сцене своим дарованием, О. вместе с тем посвящал ей свои силы, как энергический радетель о ее материальных и нравственных интересах. В 1874 г. по его инициативе образовалось в Москве, и оставалось под его председательством до самой смерти его, общество русских драматич. писателей и оперных композиторов, которое по первоначальной мысли О., не осуществившейся не по его вине, должно было сделаться средоточием нравственного содействия на писателей в интересах развития репертуара, иметь центральную специальную библиотеку по драматургии и опере, устраивать чтения по сценическому искусству, выдавать премии за лучшие драматические сочинения и т. п. В 1881 г. О. принимал деятельное участие в образованной в Петербурге, под председательством директора Имп. театров, "комиссии для пересмотра законоположений по всем частям театрального ведомства", выработавшей, между прочим, новое положение о вознаграждении драматических писателей. Когда в том же году была уничтожена монополия казенных театров, которую Островский всегда считал великим злом для развития сценического дела, он подал императору Александру III записку об основании в Москве русского народного театра, получившую Высочайшее одобрение, и составил, для осуществления задуманного предприятия, проект устава товарищества на паях с капиталом в 750 т. р. Несколько крупных моск. капиталистов согласились войти пайщиками, город обещал дать место, но полученное О. в конце 1886 г. предложение принять в свое заведывание Имп. московский театр, в качестве начальника репертуара и директора театрального училища, отвлекло его деятельность в эту сторону. Самым энергичным образом принялся он за дело, задумал ряд широких преобразований - и успел сделать только подготовительные работы: смерть пресекла его деятельность в самом разгаре ее. Здоровье О., и само по себе слабое, давно уже было расшатано неустанной и непосильной работой в течение стольких лет - работой, которая, помимо естественной творческой потребности писать, вызывалась в значительной степени и нуждой; сделавшись спутницей О. уже в самые молодые годы его, которые он сам называл в этом отношении "тяжелым временем", она не оставляла его и до последнего дня и - как видно например из воспоминаний о нем его личного секретаря г. Кропачева ("Русское Обозрение", 1897, ј 6) - принимала иногда просто невероятные размеры, не смотря на то, что его пьесы делали хорошие сборы (особенно в провинции) и что в 1883 г. император Александр III пожаловал ему ежегодную пенсию в 3 тыс. руб. Весной 1886 г. 0., измученный неприятностями по его новой должности, уехал в свое имение, сельцо Щелыково, Кинешемского у. (Костромской губ.), и там 2 июня скоропостижно скончался. Похоронили его там же, при чем на погребенье государь пожаловал из сумм кабинета 3 тыс. р., повелев вместе с тем назначить вдове, нераздельно с 2 детьми, пенсию в 3 тыс. руб. и на воспитание 3 сыновей и дочери - 2400 руб. в год. Московская дума устроила в Москве читальню имени А. Н. Островского.

Все, хорошо знавшие О. как человека, согласятся с характеристикой его в этом отношении, сделанной одним из самых близких к нему людей, С. В. Максимовым, и представляющей его "по истине нравственно-сильным человеком", в котором "сила соединялась со скромностью, нежностью, привлекательностью". По свидетельству того же писателя, "никогда ни один мыслящий человек не сближался с О., не почувствовав всей силы этого передового человека; он действовал, вдохновляя, оживляя, поощряя тех, кто подлежал его влиянию и избранию". Коренная, так сказать органическая сущность дарования О. обозначались сразу, в первом же крупном его произведении ("Свои люди сочтемся"), и если затем подвергалась видоизменениям, то это были (имея в виду только лучшие его создания, которыми только и определяется его литературная физиономия) видоизменения более внешнего характера, в связи с содержанием пьес, средой, которая изображалась в них и т. п. Творчество О. оставалось постоянно художественным быто-писательством, т. е. глубоким проникновением в главные основы народной жизни и воспроизведением ее с одной стороны посредством изображения нравов той или другой среды общества, с другой посредством создания типов, именно типов, а не отдельных индивидуальностей. С этой точки зрения чаще всего напрашивается на ум, при чтении произведений О., сравнение с Мольером.

В "Свои люди - сочтемся" О. взял предметом своего изображения только купеческую среду, но как в Гоголевском "Ревизоре" картина исключительно чиновничьего общества, при кажущейся узкости и определенности рамки, раздвинулась гораздо шире и пустила корни гораздо глубже, так и в "Свои люди - сочтемся" за картиной отдельного слоя русского общества виднеется целый мир, из которого произошел этот слой и откуда он получает свое питание. Среда собственно купеческая, независимо от близкого знакомства с нею автора, была взята им и по другой, более глубокой общей причине (в свое время верно указанной одним из критиков О., Эдельсоном): купечество, как чрезвычайно обширный и деятельный класс, находится, по самому роду своих занятий, в беспрестанных столкновениях со всеми прочими слоями общества; в нем встречаются все формы жизни и обычаев, выработавшихся в России; при таких условиях здесь как бы откладываются и выходят наружу все коренные народные черты, как подвергшиеся влияниям разносторонней цивилизации, так и сохранившиеся в своей первобытной простоте. Вот почему купечество в значительной степени сохранило за собой первенствующую роль и в последующих главных созданиях О. В "Своих людях" он подошел к нему с чисто отрицательной стороны, быть может, под влиянием Гоголя; в произведениях последующих, особенно в тех, которые являются скорее драмами (в глубоком жизненном, а не "учебническом" значении этого термина), чем комедиями, жизнь не только купечества, но и всех других слоев, ими захватываемых, берется уже с обеих сторон положительной и отрицательной, в их взаимодействии, в их необходимых столкновениях, в окончательных победах то одной, то другой. Вряд ли справедливо существовавшее и отчасти существующее мнение, что появление этой положительной - другими словами, идеальной - стороны в созданиях О. было результатом его перехода в славянофильский лагерь. Думать так, значит сильно умалять значение О., как художника, и придавать характер простой случайности тому, что было следствием чисто художественного внутреннего процесса: по самому свойству своего таланта, Островский никогда не был сатириком в общепринятом и безусловном значении этого слова. Этот же самый художественный процесс, в соединении с живым отношением к окружающему социальному строю (которое неосновательно приписывали только влиянию знаменитых критических статей Добролюбова), был причиной и расширения сферы изображения в пьесах О. Вслед за купцами, или, вернее, в перемежку с ними, выступали в разных проявлениях и фазисах своей внутренней и внешней жизни - часто представляя собой типы, бытовые и вместе с тем психологические - чиновники, помещики, дворяне, мелкий торговый люд, современные дельцы и т. д. Значительная часть этих пьес - преимущественно тех, которые были написаны после 1870-х годов - страдают, правда, многими недостатками и значительно ниже большинства сочинений предшествовавших, но вовсе не потому, что талант автора истощился, что он, как говорили, "исписался": в них постоянно встречаются отдельными разбросанными штрихами те красоты юмора и языка, которые делают О. одним из своеобразнейших не только русских, но и европейских писателей. Причина их неудовлетворительности - в том, что О. писал большую их часть, повинуясь минутным течениям и интересам времени, как бы на известные задачи, и таким образом сходит с пути истинного художественного творчества. О. сделался создателем русского бытового театра, взяв русский быт в его самых разнообразных условиях и отношениях, проследив существенные его проявления - напр. и в особенности самодурство, эту характернейшую черту русской жизни, на всех ее ступенях, во всех фазисах, от просто забавного до глубокого горестного. Воспроизведя моменты и полнейшего нравственного падения, и могучего торжества человеческого достоинства О. создал целую галерею типов, представляющих любопытные данные для изучения склада нашего общества и в тоже время остающихся типами, в большинстве случаев, общечеловеческими. Совершил все это О. благодаря чисто художественному миросозерцанию, выразившемуся в объективном, доходившем до крайних пределов беспристрастия, но вместе с тем глубоко-гуманном отношении к людям, - изумительному знанию русской жизни, соединению неистощимого комизма, вернее - юмора (напр. в "Женитьбе Бальзаминова") с потрясающим трагизмом (Напр. в "Грозе"), наконец, благодаря необычному, можно сказать гениальному чутью (не говоря уже о знании), черпавшему драгоценнейшие жемчужины из сокровищницы народного языка. Если не смотря на соединение всех этих свойств, О., создав русский бытовой театр, не создал школы, которая продолжала бы его дело, то это - не его вина, потому что он именно из тех писателей, которые создают школы: все дело в отсутствии личностей, способных идти по такому же пути. В итоге литературной деятельности О. довольно значительное место занимают пьесы исторического характера, но они, за исключением "Василисы Мелентьевой" и "Воеводы" (пьес - впрочем, не строгоисторических, а больше поэтических на исторической почве) - скорее почтенный, чем истинно-художественный вклад в эту деятельность и во всяком случае не прибавляют ничего ценного и своеобразного к характеру О., как писателя вообще и драматурга в частности.

Первое собрание соч. О. вышло в 1859 г. в 2-х томах; 4-е полное собрание сочинений вышло в Спб. 1885 г. в 10 томах; 9-е изд - М., 1890; 10-е изд. - М., 1896-97. Отдельно изданы еще "Драматические переводы" О. (Спб., 1886). DurantGreville перевел на франц. язык "Chefs-d›oevres dramatiques de A. N. Ostrovsky" (Пар., 1889). Биография О. до сих пор находится в крайне неудовлетворенном состоянии или скудости сведений, или по неряшливости, а также неверности, с которой сообщаются относящиеся к ней факты. Ср. биографический очерк А. Носа в последнем (1897) изданий сочинений О., "Воспоминания" С. В. Максимова в "Русской мысли" 1897 г., Кропачева в "Русском Обозрении" 1897 г. Лучшие критические статьи об О. принадлежат Добролюбову ("Темное царство" и "Луч света в темной царстве"), Боборыкину ("Островский и его сверстники" в журнал "Слово", 1878) и Эндельсону (в "Москвитянине" 1854 и "Библиотеке для Чтения" 1864). не были бы лишены ценности и статьи А. А. Григорьева (в "Москвитянине" и др. журналах), если бы не их крайняя туманность и не менее крайнее увлечение. Ср. еще "Критические очерки", изд. Н. Чернышевского (СПб., 1895); А. Незеленов, "О. в его произведениях" (Спб., 1888); П. Естафьев, "Новая русская литература в отдельных очерках замечательных деятелей: А. Н. О." (Спб., 1887).

П. Вейнберг.

Острог

так называли в древней Руси ограду из острых кольев и плетня, устраиваемую во время осады неприятельских городов. Начиная с XIII века, состоял из тына, отвесно вкопанного и сверху заостренного (стоячий О.), тына наклонно вкопанного (косой О.) и так называемых тарас, т. е. бревенчатых венцов. Деревянная ограда для О. помещалась на местности горизонтальной или на вершине небольшого земляного вала и была окружена с наружной стороны рвом. О. большей частью имел вид четыреугольника; по углам его - башни; сообщение с полем - через проезжие башни. Высота стены - от 2 до 3 саж. О. или острожками назывались в летописи и употреблявшиеся при осаде подвижные городки или башни с воинами, из которых стрелки очищали путь к городу для подвигавшегося сзади войска. Иногда О. назывался и весь укрепленный стан.

В. Рв.

Остромирово Евангелие

- один из древнейших памятников церк.-славянск. письменности и древнейший памятник русской редакции. Писано в 1056-57 г. для новгородского посадника Остромира (в крещении Иосифа) дьяконом Григорием. Остромирово Евангелие - отлично сохранившаяся пергаментная рукопись красивого письма (длина 8 врш., ширина немного менее 7 врш.) на 294 лист., из которых на трех помещены живописные изображения евангелистов Иоанна, Луки и Марка, а два остались незаписанными. Евангельский текст писан в 2 столбца, по 18 строк в каждом, крупным уставом; средним уставом писаны оглавления евангельских чтений и календарь, мелким - послесловие. О. - апракос (недельное); евангельские чтения расположены в нем по неделям, начиная с Пасхи. Надпись "Евангелие Софейское апракос" указывает на то, что О. Евангелие принадлежало новгородскому Софийскому собору. Около 1700 г. оно хранилось в Воскресеннской ризнице мастерской Оружейной палаты; в 1720 г. было вытребовано в СПб. и в 1806 г. было найдено Я. В. Дружининым в покоях Екатерины II. Александр I повелел хранить его в Имп. Публичной Библиотеке. Первое известие в печати об О. Евангелии появилось в журн. "Лицей" (1806, ч. 2). С 1814 г. О. Евангелие стал изучать Востоков. До издания О. Евангелия источниками для изучения церковно-славянского языка были сборник Клоца, изданный Копитаром, и Фрейзингенсие статьи. В вышедшем в 1820 г. знаменитом "Рассуждении о славянском языке" Востоков впервые привлек к изучению филологические данные Остромирова Евангелия и уяснил, руководствуясь им, значение юсов в древне-церковно-славянском языке. - Оригинал О. Евангелия, по всей вероятности, был юго-славянского происхождения. Русский переписчик отнесся к своему труду с замечательной аккуратностью; этим объясняется большая выдержанность правописания памятника, которое Григорий старался сохранить; в О. Евангелии мало заметно влияние русского говора. В виду этого, О. Евангелие долго играло первостепенную роль при обнаружении свойств старо-церковно-славянского яз.; но даже и теперь, с открытием других современных О. Евангелию памятников церковно-славянской письменности, так называемой "паннонской редакции" (как Евангелия Зографское, Мариинское), значение его в филологическом отношении велико. То обстоятельство, что переписчик очень тщательно отнесся к употреблению юсов, к несвойственному русскому языку начертанию ръ, лъ, рь, заставляет думать, что далеко не все особенности, отличающие О. Евангелие от современных ему других старославянских памятников, могут быть отнесены на счет русского влияния. К несомненно древним особенностям О. Евангелия, бывшим в его оригинале, относятся: 1) сохранение глухих ъ и ь, которые пропускаются очень редко; 2) употребление ть в 3 единств и множ. чисел в спряжении глаголов; 3) постоянное употребление эпентетического л (земли приступль). С другой стороны, по сравнению с "паннонскими памятниками", О. Евангелию незнакомо, напр., употребление простого и сложного нетематического аористов. Число руссизмов в правописании и в формах О. Евангелия невелико; сюда принадлежат 1) немногие ошибки против употребления юсов и замена их через у, ю, я; 2) смешение е и h; 3) употребление ж вместо жд; 4) написание ър, ъръ и т. п.; 5) 3 случая полногласия, из которых два приходятся на послесловие и только один на сам текст 0. Евангелия. Миниатюры, изображающие апостолов, принадлежат скорее всего руке приезжего грека; они не вклеены, а исполнены на том же пергаменте, что и само О. Евангелие. Художник усвоил и внес в свои изображения технику так называемой инкрустированной эмали, бывшей тогда в исключительном употреблении в Византии; быть может, эти миниатюры - только копии византийских миниатюр. переписчику (а не художнику) принадлежит исполнение ряда заставок и многочисленных заглавных букв. В первый раз, по поручению академии наук, О. Евангелие издано Востоковым ("О. Евангелие, с приложением греческого текста евангелий и грамматических объяснений", СПб., 1843). Издание Ганки (Прага, 1853) в научном отношении неудовлетворительно. Есть два факсимилированных издания И. Савинкова ("О. Евангелие, хранящееся в Имп. Публ. Библ. ", 1-е изд. СПб., 1883; 2-ое СПб., 1889). О языке О. Евангелия писали: Востоков (в изд. 1843; перепеч. в книге "Филологич. наблюдения" Востокова, СПб., 1865); И. И. Срезневский, "Древн. славянск, памятники нового письма" (СПб., 1868); M. M. Козловский, "Исследование о языке О. Евангелия" (в "Исследов. по русс, яз.", изд. акад. наук, т. 1, СПб. 1895, и отд. СПб., 1886). А. А. Шахматов и В. Н. Щепкин (дополнения по языку О. Евангелия к "Грам. старославянского яз." Лескина, пер. с нем., М.1890). О "Миниатюрах О. Евангелия" см. ст. К. Герца в "Летописях рус. литературы" 1860, т. III.

Л. Лященко.

Остроумов Алексей Александрович

- проф. терапевтической госпитальной клиники моск. унив.; образование получал в том же унив., где за диссертацию "О происхождении первого тона сердца" (М., 1873) удостоен степени доктора медицины; в 1879 г. назначен доцентом, а в 1880 г. проф. терапевт. клиники (в моск. унив.). Напечатал: "Тимпаничесмй звук легких" ("Моск. Врачебный Вестник", 187475), "Инервация потоотделительных желез" (ib., 1876), "Случай рака желудка" ("Протоколы физ. мед. общества", 1877), "О двух случаях цирроза печени вследствие задержания желчи" ("Проток. моск. мед. общества", 1879), "О происхождении отека под влиянием нервов" (ib., 1879, ј7), "Случай трудной диагностики Брайтовой болезни" (ib., 1881) , "О лечении катарра желудка" (ib., 1882), "Острое заболевание почек, при одновременном увеличении сердца в утолщении артериальных стенок" (ib., 1884) и др.

Осушение почвы

- производится для целей земледельческих, санитарных или строительных. Почва, постоянно пропитанная водой, не допускающей свежего воздуха к корням растений, производит лишь тростник, осоку и другие водяные растения, и большой избыток влаги, не имеющей стока, превращает поверхность земли в болото. В таких случаях почва должна быть освобождена искусственным О. от избытка влаги, для улучшения ее производительности. Задача О. земли в санитарном отношении заключается в предотвращении застоев воды на поверхности, способствующих гниению органических остатков и заражению воздуха, что служит причиной развития различных болезней. Этой же цели служит отведение сырости от фундаментов и стен жилых строений. Но, кроме того, вода во многих случаях является врагом для оснований сооружений, размывая рыхлые породы грунта, выщелачивая растворы и производя пучины в грунте и даже разрушение камней вследствие увеличения в объеме при замерзании воды, забравшейся в поры и щели. Поэтому О. оснований сооружений весьма часто имеет существенное значение для обеспечения их устойчивости. В зависимости от причин застоя воды и скопления излишних ее количеств и от рода задачи, преследуемой О., гидротехнические работы при этом бывают направлены или к радикальному удалению и спуску накопившейся влаги с целью обнажения затопленного пространства, или же к регулированию стока, для достижения правильного обмена влаги, в интересах культуры и оздоровления местности. При О. оснований сооружений приходится разрешать первую из указанных задач, при чем принимаются также меры, препятствующие дальнейшему притоку воды к тому месту, где она может действовать разрушительно. При земледельческих же осушительных работах обе эти задачи обыкновенно сливаются, т. е. вместе с уменьшением количества влаги, покрывающей местность или пропитывающей почву, необходимо бывает создать условия для равномерного, соответственно потребностям возделываемых растений, удаления воды, скопляющейся из атмосферы или притекающей из вышележащих местностей. Простейшая, хотя иногда и наиболее трудная, задача по количеству работ представляется при необходимости осушить озеро или котловинное болото, т. е. скопление воды в естественной впадине, не имеющей стока. Для этого болота перерезываются системой открытых канав, в которых скопляется вода, и от самой пониженной канавы спускают воду в ближайшую лощину, прорезав глубокой выемкой возвышенность, окружающую котловину. Если же этого нельзя сделать, то воду, собранную канавами, отводят в самую пониженную местность котловины, где образуется пруд, откуда воду выкачивают с помощью машин. Иногда под непроницаемым слоем, образующим дно такого пруда, может залегать на небольшой глубине другой слой, способный поглощать воду. В этих случаях вырывают так наз. поглощающие колодцы до проницаемого слоя, куда вода и просачивается. Если болото должно быть уничтожено исключительно для санитарных целей, то в случае трудности полного спуска воды можно отказаться от О. его, а для устранения застоя воды выкопать в болоте пруд, куда будет скопляться вода, и провести к нему воду из какой-нибудь реки, чтобы вода в пруде постоянно возобновлялась. Если притом проточная вода влечет значительное количество наносов, то с помощью осаждения этих наносов можно постепенно возвысить почву болота и таким образом совершенно его уничтожить (кольматаж). Озера, имеющие низменные берега, выступая из них при высоких паводках, затопляют окрестные пространства и постепенно их заболачивают. Для О. таких мест необходимо понизить уровень воды в озере устройством поглощающих колодцев, или посредством прокопов спустить верхние слои озера, а иногда и всю воду в другие нижележащие озера или в ближайшие реки и лощины. Древнейший пример подобного рода предприятий мы видим в сохранившихся до нашего времени остатках водоотводов для О. озера Копаис в Беотии. Подземные водоотводные каналы образовали искусственную систему, через которую высокие воды озера спускались сквозь толщу его берегов в соседние долины. Сооружение этих спусковых каналов приписывают древнейшим обитателям этой страны, минийцам, трудами которых окрестности озера Копаис, где расположен был город Орхомен, превращены были в цветущую плодородием область. Во времена Александра Македонского сточные каналы озера закупорились, и, по поручению царя, халкидец Крат, весьма искусный техник, приступил к очистке подземных каналов и осушил значительную часть площади озера. Работы эти возобновлены были лишь в 1883 г., когда образовавшееся для этого французское общество с капиталом в 18 милл. франков проступило к осушке озера, согласно полученной от греческого правительства концессии. В 1886 г. закончен был первый туннель, по которому часть воды спущена в Ликерийское озеро. Предприятие это в 1889 г. перешло в английские руки, и в настоящее время значительная часть воды из озера спущена, а для регулирования стока в осушенной местности по дну озера проведены, по разным направлениям, водоотводные каналы. Благодаря произведенным осушительным работам, по всей окрестности озера заметным образом ослабела свирепствовавшая здесь раньше эпидемия лихорадки. По исчислениям французского инженера Дюран-Клея, утилизация осушенной площади (около 25000 гектаров) даст около 6 миллионов фр. в год дохода. Случается, что озеро естественным путем прорывает себе выход через окружающую его возвышенность и выливается в другое, нижележащее озеро, как было, например, в 1818 г. с озером Сувандо в Финляндии, прорывшим себе выход в Ладожское озеро. Морские болота, образующийся позади дюн при морях с приливами и отливами (например, так наз. моэры во Франции близ бельгийской границы), осушаются проведением системы водосборных канав, из которых скопляющаяся вода отливается при помощи машин в главную отводную канаву для спуска ее в море во время отлива. Для осушения морских болот, образовавшихся вдоль возвышенного речными наносами берега вследствие заграждения стока нагорных вод в море, с успехом употребляется кольматаж (О. тосканских маремм). Морские озера осушаются подобным же образом, как и морские болота. Замечательный пример подобного О. представляет Гарлемское озеро в Голландии. Широкий пролив; сообщавший это озеро с морем, был засыпан и затем с помощью черпательных машин осушена была вся площадь озера, длиной около 20 и шириной около 10 км. В настоящее время в Голландии приводится в исполнение еще более грандиозная задача, состоящая в О. части морского залива Зейдерзее. Речные болота, происходящие от затопления низменных берегов реки весенними водами или паводками, при чем вследствие отсутствия сколько-нибудь значительного склона вода застаивается, можно уничтожить устройством системы канав и каналов для более скорого стока воды в реку. Примером обширных работ по О. речных болот может служить О. Полесья, начатое в 1874 г. Местность эта (Пинские болота) заключает до 8000 дес. земли и обнимает 5 уездов Минской губ., 4 - Волынской, 3 Гродненской, l - Могилевской и 1 - Киевской. На всем этом пространстве, до производства осушительных работ, пригодных для поселения сухих мест было не более 2 милл. десятин. около 3 миллионов десятин занято было мокрыми лесами, а остальная площадь, до 3 миллионов десятин, представляла непроходимые на значительном протяжении болота, выделявшие вредные для здоровья миазмы. Экспедицией генерала Жилинского в этой местности прокопана была целая сеть каналов, посредством которых открыт был выход застоявшимся водам в ручьи и реки и образованы новые пути для стока воды, не вмещающейся в естественных руслах. Проведение канализационной сети магистральных и боковых каналов повлекло за собой осадку всего болота и уплотнение его почвы. Низменные местности освободились от постоянной излишней влаги, что заметным образом отразилось изменением растительности. На месте болот появились прекрасные сенокосные луга, которые дали возможность развиться местному скотоводству. От осушенных, прежде бездоходных болот казна теперь получает значительные выгоды сдачей земли в аренду местному населению. Площадь казенных болот, дававшая до производства О. 1640 руб. дохода, после осушительных работ дала в 1892 г. 62916 руб., не считая наделов, отрезанных из этой же земли многочисленной лесной страже. С О. болот, разъединявших населенные пункты, оказалось возможным проложить между селениями новые дороги. Местность также заметно оздоровилась и привлекает теперь многих поселенцев из соседних окрестностей. Посредством канализации в Полесье осушено до 2670000 десятин земли, с расходом на это до 3, 5 милл. руб. Кроме Полесья разрозненные О. работы производились в Новгородской, Псковской и С.-Петербургской губерниях и в настоящее время эта деятельность распространена также на Олонецкую, Вологодскую и Вятскую губернии. В 1894 г. особой экспедицией приступлено к осушительным работам в Зап. Сибири, именно в Барабинской степи, вдоль линии Сибирской жел. дор., где одновременно с общим оздоровлением местности имеется в виду, путем О., открыты новые значительные пространства под заселение и культуру. Поле, освобожденное системой открытых водоотводов и канав от поверхностных застоев воды, все еще может страдать избытком влаги в почве, вследствие слабой водопропускной способности грунта, при чем эта задержка сырости может быть пагубна для растений. Для достижения более энергической циркуляции воды в ближайших к поверхности слоях почвы прибегают к дренажу. Кроме земледельческих и санитарных целей дренаж применяется также для удаления воды, могущей расстраивать земляные сооружения образованием пучин (в насыпях железных дорог) или обвалов и сплывов (в откосах выемок, обделанных берегах рек и т. д.). При необходимости О. местности для производства строительных работ, например, при заложении оснований для каменных опор мостов, место работ окружается перемычкой, и вода из огражденного пространства отливается при помощи сильных насосов. При работах на большой глубине и в случае проницаемого грунта на дно опускается открытый снизу железный ящик, из которого вода вытесняется давлением воздуха, так что рабочие могут в ящике работать беспрепятственно.

А. Т.

Осы

Термин О. употребляется в двух разных значениях. В более широком смысле слова О. называются жалоносные перепончатокрылые из семейства Vespidae (О.), Crabronidae (песочные О.) и Pompilidae (дорожные О. или помпилиды). О. в тесном смысле слова (Vespidae s. Diploptera) составляют большое (около 1000 видов) семейство, распространенное во всех частях света. Наиболее характерная особенность их та; что передние крылья в покое складываются вдвое вдоль. Тело их обыкновенно почти голое, сяжки обыкновенно коленчатые, у самцов более утолщенные к концу и более длинные, чем у самок; сложные глаза почковидные, глазки явственные; переднегрудь доходит по бокам до основания крыльев. По своему образу жизни О. распадаются на общественных и одиночных. У первых есть самцы, самки и рабочие (недоразвитые самки), у вторых рабочих нет. Самцы лишены жала и снабжены на конце брюшка клещевидным совокупительным аппаратом, самки и рабочие имеют жало. Одиночные О. строят гнезда из глины и т. п. веществ, прикрепляя их свободно к различным предметам, или же устраивают их в норках вырытых в глине или песке или различных пустотах, надстраивая к ним иногда придаточные части (трубку) из минеральных веществ. В такое гнездо помещается запас пауков или личинок различных насекомых, которых О. парализуют ужалением в нервные узлы; такие парализованные животные весьма долго остаются живыми и служат запасом свежей пищи для личинки О., выходящей из яйца, положенного в гнездо. Некоторые одиночные О. (из подсемейства Masaridae) кладут яйца в гнезда других перепончато-крылых. У общественных О. материалом для построек гнезд служат главным образом изгрызанные и смешанные со слюной растительные вещества: частички дерева, коры, мха и др. Из разгрызанного и смешанного со слюной дерева или коры они приготовляют вещество, очень похожее на грубую бумагу или картон. Некоторые тропические формы употребляют для построения гнезд также минеральные вещества (напр. глину) и навоз. Из этих веществ общественные О. строят шестигранные или цилиндрические ячейки, несколько расширенные обыкновенно к свободному концу, которые располагаются друг около друга в один слой, образуя простые (не двойные, как у пчел) соты. Соты располагаются горизонтально один над другим, отверстиями ячеек вниз, и прикрепляются к различным предметам с помощью того же бумагообразного вещества, из которого построен и сам сот. Гнезда могут быть открытые, т. е. лишенные общей наружной оболочки, или покрытые, окруженные однослойной или многослойной наружной оболочкой. В частностях покрытия гнезда представляют большое разнообразие, но в них можно различать два главных типа: стелоциттарий когда соты не прикреплены к наружной оболочке гнезда, соединены между собой столбиками бумажного вещества и не имеют отверстий для прохода из одного этажа в другой (для этого служит свободный промежуток между краями сотов и наружной оболочкой), и фрагмоцитарий - когда соты плотно прикреплены к наружной оболочке, не соединены между собой столбиками и имеют в центре или ближе к краю сотов отверстия для прохождения из одного этажа в другой, или же имеют соты сплошные, но тогда в боковой стенке гнезда есть особые отверстия, ведущие к каждому из сотов. Покрытия гнезда европейских О. относятся исключительно с стелоциттариям. Форма гнезд очень разнообразна: фрагмоциттарии чаще удлиненные, цилиндрические, стелоциттарии - округлые, овальные и т. д. Гнезда могут быть или свободно подвешенными, или находиться в дуплах, под землей и т. д. Постройки общественных О. - однолетние (это относится не только к О. умеренных поясов, но и к тропическим). Перезимовывают лишь оплодотворенные самки и каждая такая самка устраивает небольшое гнездо, сначала с одним сотом и немногими ячейками, кладет в них яйца и выкармливает личинок, из которых развиваются рабочие О., освобождающие самку от забот о дальнейшем построении гнезда, добывании пищи и уходе за потомством (по некоторым наблюдениям, самка и после выхода рабочих принимает участие в уходе за потомством). Пищей О. служат различные сахаристые вещества (соки цветов, плодов и т. д.); личинок они кормят отчасти тоже сладкими веществами, а главным образом насекомыми, за которыми и охотятся для этой дели.

Достигшая полного развития личинка закрывает отверстие ячейки белой выпуклой оболочкой из шелка и превращается в куколку. По мере увеличения общины гнездо О. увеличивается, при чем не только прибавляются новые ячейки по краям прежнего сота, но строятся новые соты под прежними. Размеры гнезд могут быть весьма значительны (у некоторых тропических форм футов до 6 длиной) и число особей в общине может доходить до нескольких тысяч (в этом отношении между разными общественными О. существуют резкие различия). Осенью появляется поколение, состоящее из самцов и самок, происходит оплодотворение и затем вся община гибнет, кроме оплодотворенных самок, которые зимуют и весной основывают новые гнезда. Семейство Vespidae делится на три подсемейства, отличающиеся как по строению, так и по образу жизни. Подсемейство общественные О. (Sociales) отличается широкими верхними челюстями с 3 зубцами, округленным с боков первым члеником груди, брюшком, обрубленным при основании или снабженным треугольным основным члеником, двумя шипами на голенях средней пары ног, а также некоторыми особенностями в жилковании крыльев, тремя формами особей и общественной жизнью. У рода оса (Vespa) задний край груди и передний почти конического брюшка как бы обрублены. Гнезда покрытые, типа стелоциттарий, висячие, в дуплах или подземные. Для человека О. вредны ужалениями, поеданием плодов и иногда (шершни) обгрызанием коры молодых стволов и ветвей деревьев; некоторую пользу они приносят истреблением насекомых. Шершневая О. или шершень (V. crabro L.) буроватого или красно-бурого цвета, с буровато-желтым рисунком на голове и брюшке и желтоватыми крыльями; длина самки 30 мм., самца 24, рабочей 22 мм. Широко распространены в Европе. Гнезда строит в дуплах из хрупкой, ломкой бурой массы. Развитие продолжается около 28 дней (5 дней развития в яйце, 9 дней жизни личинки и 14 - куколки.

Ужаление очень болезненно и может быть опасным. У рода Polistes брюшко веретенообразной формы с треугольным основным члеником, заднегрудь сзади покатая, сяжки самца загнуты на конце; гнезда непокрытые, состоящие из одного или двух сотов, прикрепленных на стебельке. Polistes gallica Fabr. - французкая бумажная О. черного цвета с желтым рисунком, длиной 11-13 мм., водится в средней и южн. Европе, общины ее невелики (к осени 60-130 особей). К подсемейству Solitariae s. Eumenidae (стенные О.) относятся формы одиночные, имеющие лишь самцов и самок и строящие гнезда из минеральных веществ. Челюсти их узкие и длинные с 3-5 зубцами, переднегрудь по бокам угловатая или с шипиком, средние голени с одним шипом. Пища состоит из парализованных пауков или личинок насекомых. К подсемейству Masaridae относятся формы с крыльями не вполне складывающимися вдоль, они тоже одиночные, но (по крайней мере некоторые из них) кладут яйца в гнезда других перепончатокрылых. Водятся в теплых и жарких странах.

Н. Кн.

Осязание

- представляет особое чувство, вызываемое прикосновением кожи к различным твердым и жидким телам. Кожа в этом случае играет роль специального органа чувства. К О. относят чувства прикосновения, чувства давления, составляющие в совокупности то, что принято называть тактильными ощущениями; так как эти последние осложняются обыкновенно тепловыми ощущениями (холода или тепла), то в связи с чувством О. излагают обыкновенно и температурное чувство, хотя между ними в качественном отношении не существует ничего общего. Мало, того, прежнее мнение о том, что тактильные и температурные ощущения возникают, благодаря игре одних и тех же периферических нервных аппаратов, ныне уже опровергнуто, так как путем тонких исследований доказано, что одни точки кожи воспринимают исключительно тактильные впечатления, другие впечатления холода, третьи - тепла (Герцен, Бликс и Гольдшейдер). Хотя нам известно существование в коже целого ряда различных нервных окончаний, как то - осязательных телец, телец Краузе, Фатеровских и Пачиниевых телец, свободных нервных разветвлений в эпидерме Лангерганса и др., тем не менее пока у нас нет основания приписывать той или другой из этих форм нервных окончаний какое-нибудь специальное назначение в деле восприятия только определенных по качеству впечатлений; поэтому мы не в праве говорить о чисто тактильных или термических нервных окончаниях и верно только то, что места кожи, одаренные высокой осязательной чувствительностью, в то же время отличаются обилием осязательных телец. Гольдшейдер, однако, исследований под микроскопом кусочки собственной кожи, утверждает, что в точках кожи, одаренных осязательной и термической чувствительностью, он не находил вовсе осязательных телец, а только пучки безмякотных нервных волокон, направляющиеся к периферии кожи быть может к эпидерму. Вопрос этот, как видно, требует серьезной проверки. путем О. в связи с доставляемыми кожей ощущениями давления и температуры мы ориентируемся во внешнем мире, оцениваем форму предметов и многие физические свойства их шероховатость, гладкость, остроту, тупость, твердость, мягкость и в некоторых пределах даже тяжесть их. Форма предметов, конечно, средней величины, могущих быть обнятыми нашей осязающей поверхностью, определима потому, что мы выработали уже заранее представление о взаимном положении чувствующих точек поверхности кожи, задеваемых предметом при его прикосновении; другими словами, кожа обладает чувством места. Когда же предмет велик, то для определения его общей формы человек прибегает к передвижению осязающей руки по поверхности тела в различных направлениях и на основании испытываемых им при этом указаний мышечного чувства и О. выстраивает представление о форме предмета. Насколько О. в связи с мышечным чувством может служить точным орудием определения формы предметов, доказывают известные случаи слепых скульпторов, прекрасно делавших бюсты известных лиц. Впрочем, к движению осязающей поверхности мы прибегаем не только с целью определения формы предметов, но и других свойств тел - гладкости, шероховатости, тяжести. Чтобы лучше определить степень гладкости или шероховатости предметов, мы водим рукой по поверхности их - при этом разница тактильных ощущений от тех и других выступает особенно рельефно; при определении же твердости тела мы пользуемся чувством давления, вызываемым в глаз сопротивлением тела напору на него с нашей стороны. При суждении о тяжести предметов, мы не столько руководствуемся О., сколько мышечным чувством, сопровождающим усилие, делаемое нами для преодолении препятствия и возникающее не столько в коже, сколько в мышцах, сухожильях, суставах, участвующих в движении. Только температурное чувство при своих определениях не нуждается в содействии мышечного чувства. Кроме всех этих указаний, доставляемых О. в связи с мышечным и температурным чувствами о свойствах среды, в которой приходится жить организму и населяющих ее предметов. кожное чувство играет важную роль в психологическом акте разграничения своего "я" от окружающего мира и в акте координации сложных локомоторных движений. О. потому помогает уму развивающегося младенца определять границы его "я", его собственного тела, что всякое прикосновение его члена, напр., руки, ноги к точкам его же тела дает всегда двойственные осязательные ощущения, как от прикасающегося члена, так и касаемой части тела, чего не может быть при дотрагивании до чуждых ему предметов внешнего мира, дающих только одиночное осязательное ощущение. Что касается до участия кожного чувства в локомоции, то оно уже прямо доказывается тем, что анестезия кожи, наблюдаемая при многих нервных заболеваниях, уничтожает возможность производства правильных, целесообразных движений, напр., в актах ходьбы, беганья, поднесения стакана или ложки ко рту и т. п. Чувствующие импульсы, несущиеся при этом из кожи к нервным центральным механизмам, являются необходимым фактором их правильной, сочетанной деятельности, хотя это участие чувственных моментов в этих актах, в силу механической заученности их, и перестает сознаваться нами. Обратимся теперь в отдельности к некоторым деталям различных форм кожных ощущений, а именно к топографии и количественной стороне их.

I. Тактильные ощущения - чувства прикосновения и давления. Эти формы чувствительности распределены очень неравномерно в различных местах кожи. Наиболее утонченными в этом отношении местами являются кожа лба, виска и предплечья. Здесь ощущаются давления, не превышающие 0, 002 гр., тогда как кончики ручных пальцев начинают чувствовать давления не менее как в 0, 10 гр., а места покрытые ногтями только в 1 гр. Бликс показал, что тактильные ощущения возникают вследствие раздражения определенных строго ограниченных точек кожи между которыми лежат полоски кожи, вовсе не дающие этих ощущений. На мягких кончиках пальцев этих тактильных точек так много, что между ними не остается индифферрентных полос. Точки эти в местах, покрытых волоска, скопляются в больших количествах у самого места прикрепления волоса; даже фолликулы волос содержат несколько таких тактильных точек. Вот почему различные волоски могут играть роль осязательных органов. Малейшее прикосновение к волоску передается его корню, который своим движением раздражает тактильные точки. Чрезвычайная тактильная чувствительность лба, виска, носа сравнительно с чувствительностью ладонной поверхности кончика ручных пальцев и как раз зависит от присутствия волосков на лбу, виске, носу и полного отсутствия их на ладонной поверхности пальцев. Лучше всего можно обнаружить эту тактильную роль волосков, покрывающих кожу след. любопытным опытом: если водить слегка конным волосом или бородкой пера по поверхности человеческой кожи, то там, где кожа покрыта волосками, напр. на щеках, на лбу, на тыльной поверхности рук, это раздражение ощущается очень ясно и даже сильно, тогда как места, лишенные волосков, напр. ладонная поверхность кончиков ручных пальцев, не смотря на богатство ее тактильными точками, совершенно тупа к этой форме раздражения т. е. к легкому касанию до нее волоском. У многих млекопитающих осязательные усики играют очень важную роль в О. Благодаря этим же осязательным волоскам крыльев, ослепленные летучие мыши могут летать свободно в комнате, обходя всякие препятствия, даже натянутые во всех направлениях нити (Спалланцани). Так как осязательные ощущения возникают только при раздражении чувствующей поверхности кожи, а раздражение обнаженного нервного ствола напр. лучевого или локтевого не дает ничего подобного, а вызывает или боль, или чувство беганья мурашек, относимые нами к периферии нерва, то О. является специфической функцией определенных только нервных окончаний в коже. Одним из условий возникновения чувства О. это то, чтобы касающееся или давящее тело было приложено к ограниченному месту поверхности кожи; давление же однородное и распространенное на широкую поверхность не ощущается как таковое и сознается нами только на границе, отделяющей свободную поверхность кожи от сдавленной. Так, рука, опущенная в ртутную ванну, ощущает давление ртути, только на уровне кольца, соответствующего поверхности ртути. То же приблизительно ощущает человек, погрузившейся в водяную ванну - после некоторого промежутка он ощущает прикосновение воды только на границе ее свободной поверхности. Осязательные ощущения и ощущения давления оставляют след, длящейся некоторое время и по удалении раздражающего тела, и след этот, что касается чувства давления, тем продолжительнее, чем сильнее было давление. Слабые же давления оставляют короткий след, что видно напр. из того, что касания вращающегося зубчатого колеса до мякоти ручных пальцев или колебания струны, дотрагивающейся до пальцев, перестают различаться отдельно О. лишь тогда, когда достигают скорости 1500 касаний в сек. Тактильные ощущения достигают своего максимума очень быстро после своего начала, а затем постепенно ослабевают. Чем внезапнее увеличивается давление, тем сильнее получаемое ощущение, а крайне постепенное нарастание давления может достигнуть высоких степеней без вызова какого-либо ощущения. Вообще О. усиливается на любом месте вследствие контраста с соседними площадями кожи, не подвергающимися давлению.

Чувство О. очень склонно к притуплению и длительное, однообразное тактильное раздражение одного и того же участка кожи под конец перестает различаться нами. Для определения чувствительности к прикосновению и к давлению прибегают к особым аппаратам: барэстезиаметру Эйленбурга, эстезиаметрической игле Бони и к пульсирующей эластической трубке Гольца. Вообще доказано, что кожей ладонной поверхности кончика ручных пальцев можно различать давления двух тяжестей, относящихся между собой как 9 к 10. Кожа представляет "осязательное поле", состоящее из отдельных тактильных площадей, подобно тому, как зрительное поле состоит из зрительных площадей или единиц. И в осязательном поле мы легко учимся различать два соседних тактильных впечатления и, комбинируя как одновременные, так и последовательные впечатления, производимые одним и тем же предметом или несколькими, мы составляем себе представление о величине предмета, форме, свойствах поверхности, отдалении различных точек предмета или двух различных предметов между собой и т. д. Следов. О., подобно зрению, доставляет нам элементы для суждения главным образом о пространственных отношениях между предметами, для образования пространственных представлений, и вот почему между О. и зрением существуют компенсаторные отношения, т. е. почему у слепых в высокой степени бывает развито О. Способность пространственных определений кожей находится в прямой зависимости от степени ее осязательной чувствительности, т. е. от богатства ее отдельными осязательными площадями, действующими в качестве единиц, доставляющих изолированные осязательные ощущения. В этом отношении различные участки кожи резко отличаются между собой. Одни участки бедны осязательными площадями и последние очень отдалены друг от друга, как это наблюдается на спине, затылке, бедрах и плечах; другие же, напротив, очень богаты ими, как это видим на ладонной поверхности третьей фаланги ручных пальцев и др. Лучшим способом определения остроты О. может служить способность различения двух одновременных прикосновений к коже, напр. двумя ножками циркуля Вебера: при помощи последнего определяется минимум расстояния между его ножками, при котором получаемые ощущения локализируются еще в соответственные две точки, а не сливаются в одно ощущение. Вот таблица Вебера, дающая в миллиметрах для различных участков кожи этот минимум расстояния.

Ладонная поверхность последней фаланги пальцев........ 2, 2 мм.

Ладонная поверхность второй фаланги пальцев........... 4, 4 мм.

Кончик носа...................6, 6 мм.

Белая часть губ........8, 8 мм.

Тыльная поверхность второй фаланги пальцев............11, 1 мм.

Кожа над скуловой костью....15, 4 мм.

Тыльная поверхность ручной кости.........29, 8 мм.

Предплечье............39, 6 мм.

Грудина.............44, 0 мм.

Спина..............66, 0 мм.

Бедра и плечи..........67, 6 мм.

В членах таким образом острота О. падает от конца их к основанию. Упражнение сильно повышает остроту О. и способность различения минимальных расстояний при исследованиях циркулем Вебера. Факт этот следует объяснять более точным разграничением площадей ощущений в сфере нервных центров черепного мозга: усовершенствование осязательной чувствительности и способности различения двух касаний на минимальных расстояниях, вызванное упражнением, напр. пальца левой руки, вызывает такое же усовершенствование и в соответствующем пальце другой руки, хотя и вовсе не упражнявшейся в это время. Способность различения двух касаний на минимальных расстояниях бывает выше при последовательном касании, чем при одновременном. Осязательные ощущения считаются человеком одними из самых надежных, достоверных ощущений, к коим он прибегает с целью проверки показаний, доставляемых другими органами чувств. Ни один орган чувств не дает таких резких приемов разграничения я от не я, как О., о чем уже сказано выше и, следовательно, 0. дает первые главные элементы для развития самосознания и ориентирования в пространстве. Не смотря на это, и осязательные ощущения ведут при известных условиях к ошибочным суждениям. Пример - аристотелевский опыт: если, закрыв глаза, перекрестить один палец руки над другим и поместить между ними шарик так, чтобы он прикасался к лучевой стороне одного и к локтевой стороне другого, то мы ощущаем присутствие двух шариков, хотя знаем, что шарик один. Этот невольный обман зависит от того, что при обыкновенных условиях один и тот же предмет не может прикасаться в одно и то же время к названным поверхностям кожи пальцев и в результате вывод, что мы прикасаемся не к одному, а к двум шарикам. Интересно, что удар по локтевому нерву на месте локтя выражается беганьем мурашек в малом и безымянном пальцах, т. е. соответственно с местом распространения этого нерва; точно также проецируются на периферию и ощущения, развивающиеся в культе ампутированной конечности и такие люди говорят, что у них зудит или чешется палец ступни, которая уже давно была отнята. Плод в течение последних месяцев утробной жизни весьма чувствителен к прикосновению и давлению, и реагирует на них рефлекторными движениями.

Хотя кожа и главный орган О., тем не менее и слизистые оболочки, в особенности на незначительном расстоянии от входных отверстий в различные проходы и полости тела, обладают тоже О. Сюда относятся слизистые оболочки губ, рта, языка, век, носовой полости, влагалища, прямой кишки и т. д. Слизистые же оболочки, выстилающие сами проходы или полости, как то: пищеварительный канал, мочевой пузырь, матку и т. д. лишены тактильной чувствительности. Кончик языка одарен высокой осязательной чувствительностью и при исследовании циркулем Вебера различает двойные прикосновения на расстоянии даже 1,1 мм.

II. Температурные ощущения, т. е. ощущения холода или тепла, источником своим имеют колебания температуры кожи и слизистых оболочек естественных отверстий тела. Всякий предмет, температура коего выше температуры кожи, будет вызывать в ней ощущение тепла и, наоборот, тело менее нагретое, чем кожа, будет вызывать при прикосновении к ней ощущение холода. В случае же равенства температуры кожи и касающегося к ней предмета, температурное чувство отсутствует. Кончик языка наиболее всех других мест тела одарен температурным чувством, затем следуют веки, щеки, туловище и только в конце стоят конечности (Э. Вебер). Из этого перечня ясно, что топография температурных точек кожи не отвечает ее осязательным участкам и Бликс и Гольдшейдер доказали опытным путем, что в коже находятся очень отчетливо ограниченные точки (отличные от осязательных точек), из которых одни при термическом, электрическом, механическом раздражении дают всегда ощущения тепла - это теплые точки, а другие при тех же условиях вызывают ощущения холода - это холодные точки. Точки эти сгруппированы в местах, одаренных высокой термической чувствительностью, и в частности там, где нервные пучки в виде лучей проникают в кожу, направляясь к местам прикрепления волос. Таким образом, тактильные ощущения, ощущения холода и тепла представляют три различных формы специфической энергии чувств, предназначенных для восприятия и проведения качественно различных раздражений. Согласно с этим, Герцен показал, что на периферии некоторых органов тела есть целые участки, лишенные осязательной чувствительности, а также и чувствительности к холоду, но одаренных тепловой чувствительностью; кроме того, впечатления от холода быстрее проводятся к нервным центрам, нежели от тепла, и в пользу этой специфической разобщенности анализируемых нами ощущений говорят еще данные, представляемые оцепеневшей (отерпшей), вследствие неловкого положения во время сна, рукой: кисть руки при этом совершенно лишена О., чувствительности к холоду, но чувствует прекрасно прикосновение теплых предметов. Все дело тут сводится к сдавлению нервного ствола, при чем нервные проводники осязательных возбуждений и возбуждения от холода бывают временно парализованы. В учении о рефлексах приведены новые доказательства разобщенности в спинном мозгу путей, проводящих тактильные возбуждения от термических. Температурные точки кожи, подобно осязательным, также служат нам для пространственных определений, хотя и в более слабой степени (почти в 10 раз слабее). Общие ощущения холода и тепла, испытываемые человеком, по Веберу, не зависят от абсолютной температуры кожи; во всякое данное время кожа обладает таким нулевым пунктом температуры, при котором она не вызывает в сознании нашем никаких термических ощущений - это индифферентная точка ее. Всякое положительное колебание тепла кожи над этой точкой обусловливает чувство тепла, всякое же отрицательное - чувство холода. Но так как эта индифферентная или нулевая точка соответствует чрезвычайно изменчивым температурам, смотря по той температуре, в которой наиболее всего находилась кожа и к которой она уже приспособилась, то и восприимчивость к теплу или холоду должна представляться крайне разнообразной и среда, казавшаяся очень теплой, напр., может, смотря по перемещению индифферентной точки кожи, казаться совершенно холодной, как это наблюдается, напр., при вылезании из теплой ванны в теплый сам по себе воздух комнаты и т. д. Все эти соображения Геринга следует иметь в виду при так наз. "закаливании" людей к холоду. Термическая чувствительность кожи определяется на основании принципа улавливания едва заметных температурных разниц. Берутся для этого маленькие сосуды с металлическим дном, наполненные нагретой водой и снабженные термометром. Эти сосуды приставляются металлическим дном к исследуемым участкам кожи и определяются минимальные, уловимые человеком разницы температуры этих двух сосудов. Термическая чувствительность находится в обратном отношении к этим разницам (Нотнагель). Термическая чувствительность кожи играет весьма видную роль в регуляции животной теплоты, в особенности теплокровных животных при колебаниях внешней температуры. Плод в утробной жизни и новорожденные весьма восприимчивы к теплу и холоду. Как тактильные, так и термические ощущения происходят в известных пределах действия как механических, так и термических влияний, т. е между определенными минимум и максимум действия их. Ниже известного минимума ощущение исчезает; выше же максимума ощущение начинает утрачивать свой специфический характер - касания или давления, холода или тепла и приобретает болевой оттенок, переходя под конец в чистое болевое ощущение. Высокие степени тепла, холода, давления вызывают прямо боль. Последняя является сигналом, извещающим человека и животных о грозящей им опасности и вызывающим в них ряд актов самозащиты - удаления от раздражений или устранения их. Благодаря боли, действие на тело механических и термических влияний допускается только в определенных физиологических границах.

И. Тарханов.

Ответчик

- по общему правилу тот из тяжущихся, против которого начат гражданский процесс предъявлением иска (по определению дореформенных наших законов О. есть тот, кто должен дать в суде ответ на поданное истцом прошение). Первоначально под О. разумелось лицо, которое должно ответствовать по иску и которое предполагалось как бы виновным. На это отчасти указывает немецкое название "Beklagter" - лицо, на которое падает обвинение, и русское "О." - как будто лицо, ответственное перед истцом. В древности, при простоте общественных и частных отношений, иск редко мог возникнуть против лица невинного, так что сам иск был как бы основанием для обвинения (таков смысл иска и в нашем древнем праве в "Русской Правде"). С течением времени, при других условиях быта, такое представление постепенно исчезает. В современном праве под О. разумеется не тот, кто предполагается ответственным, а тот, кому предстоит защищаться; этому понятию более соответствует выражение французского права "defendeur". В случае предъявления ответчиком встречного иска, истец по первоначальному иску становится О. по встречному иску. В процессах о разделе наследства или общего имущества и в судебно-межевых делах каждое из участвующих в процессе лиц является одновременно и истцом. и О., ибо суд, поверяя права каждого из них, присуждает ему и отсуждает от него часть общего имущества. О. может быть и тот, кто, не оспаривая собственно прав истца, фактически не исполняет его требования (не платит, не доставляет алиментов, не очищает помещения и т. п.). О. может быть одно или несколько физических лиц (Iitis cousortium), или же юридическое лицо (напр. казна, общество, конкурсное управление и т. п.). По делам о правах состояния может и не быть в виду О.; в этом случае его заменяет прокурор; на которого возлагается собрание надлежащих доказательств к опровержению неправильных требований истца (уст. 1339 и 1344). Положение О. в процессе оборонительное: защищаясь против нападения истца, он желает только сохранить существующее состояние. Современные законодательства признают каждого способным к процессу (способным "отыскивать и защищать свои права"). Из этого общего правила допускаются исключения для нескольких категорий лиц (напр. юридические лица, несостоятельные должники), которые не в праве или не могут вести процесс лично (относительно неправоспособные, в отличие от безусловно неправоспособных - напр. лишенных всех прав состояния). За них действуют на суде их законные представители. Наш устав перечисляет категории лиц, неспособных к ведению процесса (ст. 17-27, 1284, 1285). В виду того, что основания процессуальной неправоспособности относятся к области гражданского права, новейшие уставы, напр. австрийский устав гражд. суд. 1895 г., ограничиваются общим положением, что способным самостоятельно отыскивать и защищать свои права на суде признается лицо, которое в праве самостоятельно вступать в обязательство. Возможно также предъявление иска к лицу умершего собственника, когда нет в виду наследников (Уст. ст. 215 уст.); в этом случае для защиты интересов наследственной массы или эвентуальных наследников назначается опекун или попечитель. Если О. делается неспособным к процессу во время производства дела (смерть, сумасшествие, лишение всех прав состояния), то дело приостанавливается производством до назначения опекуна, добровольно вступающего в процесс или вызываемого противной стороной к продолжению дела (уст. 681, 687). Если О. в течение процесса перевел спорное имущество или платеж долга в третьи руки или на третье лицо, то истец может заменить первоначального О. новым или привлечь последнего к делу в качестве третьего лица. От такого сингулярного преемства в процессе на стороне 0. отличается преемство по наследству или по несостоятельности (successio universalis). Перемена в лице О. по этому последнему основанию для истца обязательна.

Г. Вербловский.

Отек

- Если давление в кровеносных (венозных) сосудах повышается выше известного уровня вследствие затруднения оттока венозной крови, паралича сосудодвигательных нервов, расстройства лимфообращения или вследствие сочетания нескольких из этих условий, или, наконец, если проницаемость сосудистых стенок увеличивается вследствие различных болезненных влияний, то сквозь сосудистые стенки пропотевает водянистая жидкость, содержащая большую или меньшую примесь белых кровяных шариков. Ткани, пропитанные этой водянистой жидкостью, называются отечными. Общий О. подкожной клетчатки назыв анасаркой, скопление отечной жидкости в полости брюшины называется брюшной водянкой или асцитом. Образование О. наблюдается при болезнях сердца, ведущих к ослаблению его деятельности и застою крови в венах; при болезнях почек, обусловливающих увеличенную проницаемость сосудистых стенок, при болезнях печени, значительно затрудняющих кровообращение в сосудах брюшной полости и, наконец при глубоком истощении и упадке общего питания (напр. при раке, чахотке и т. д.), так как при этом страдает также и питание стенок сосудов и они становятся более проницаемыми (марантические О.). О., зависящие от болезней сердца, начинаются обыкновенно с лодыжек, почечные же О. очень часто, хотя и не всегда, начинаются с лица, особенно с век. О., зависящие от болезней печени, обыкновенно локализуются исключительно в полости брюшины и лишь в редких случаях распространяются на лодыжки. Кроме О. механических и марантических существует еще О. воспалительный, развивающийся вокруг воспалительных фокусов; быстро достигая значительных размеров, он может быть иногда опасен для жизни (О. гортани, мозга).

А. Л-н.

Откровение

проявление Высшего Существа в нашем мире, с целью сообщить нам более или менее полную истину о себе и о том, чего оно от нас требует. В О. совмещаются, таким образом: 1) факт богоявления (теофании), посредством которого открывается нам Божество, и 2) религиозно-нравственное содержание этого факта, т. е. то, что в нем открывается. Присутствием первого элемента О. отличается от чисто человеческих учений и систем, а присутствием второго - от тех иррациональных проявлений предполагаемых божественных или демонических сил, какими полна история всех религий. Различение О. личного от всенародного не может быть выдержано, так как вообще О. получается отдельными лицами, но не для них исключительно, а для более или менее широкого распространения. Более определенным образом различается в учении церкви О. в собственном смысле, формально признанное вселенским церковным авторитетом и обязательное для всякого верующего, от частных О., не имеющих такого обязательного характера, но допускаемых или даже рекомендуемых по причине их назидательности (таковы, напр., популярные во всем христианском Востоке О. св. Феодоры относительно будущей жизни. Как историческое явление, О. ограничивается областью религий Моисея и христианства и, как продукта совместного влияния обоих - ислама. В других религиях понятие высшего существа таково, что не допускает действительного О. или по своей излишней отвлеченности (браманизм, буддизм, даосизм), или, напротив, по своей излишней материальности (все религии натуралистические или мифологические). Исключение, представляемое маздеизмом или парсизмом - только кажущееся, ибо о первоначальном виде этой религии (во времена Ахеменидов) нам почти ничего положительного неизвестно, а позднейший или восстановленный парсизм (времен Арсакидов и Сассанидов), равно как и его обособившаяся отрасль - манихейство, образовались несомненно под влиянием еврейских и христианских идей. Во всяком случае, самый ясный и полный тип О. представляет нам развитие еврейско-христианской религии. Здесь (с христианской точки зрения) различаются три главные степени или фазиса: подготовительное О., памятник которого есть Ветхий Завет, центральное, содержащееся в Новом Завете, и окончательное, имеющее совпасть с исходом мирового процесса. В христианстве открылась совершенная истина о Боге и дана совершенная нравственная заповедь или норма жизни, но о будущих судьбах человечества даны только предварительные общие указания. "Не открылось, что мы будем", говорит ап. Иоанн, а ап. Павел указывает на будущее "О. славы сынов Божьих", которого с томлением ожидает вся тварь. Новый Завет оканчивается пророческой книгой, которая под именем О. (Апокалипсис) содержит символические картины будущего. В средние века нетерпеливое ожидание конца мира породило, при произвольных толкованиях Апокалипсиса, ложное учение о наступлении третьего окончательного О., относящегося к Новому Завету так же как тот относится к Ветхому. Это лжеучение первоначально связанное с именем южноиталийского аббата Иоахима De Floris (XIII в.) и с мифическим "Вечным Евангелием", продержалось, в разных видоизменениях, до начала новых времен и далее.

Вл. С.

Открытое море

в древности разъединявшее страны и полагавшее предел их сношениям, в настоящее время, благодаря успехом техники мореплавания, является, наоборот, главным нервом международного общения и обмена. Огромные естественные богатства моря делают его источником разнообразных промыслов, растущих вместе с развитием науки и техники. Отсюда заинтересованность всех государств в установлении правильных отношений по поводу обладания и пользования морем. История международного права дает целый ряд фактов, указывающих на попытки отдельных государств определить эти отношения на чале исключительного или преобладающего господства над О. морем тех или других держав, хотя принцип свободы О. моря был формулирован еще римскими юристами, уравнивавшими общее право всех на морскую воду с правом каждого на воздух. Последнего права не признавали уже сами римские императоры, претендовавшие на всемирное господство ("›egv men tou kosmou kurioe o de nomoe thV ualasshV"), а по их примеру и в качестве их преемников и императоры "священной римской империи". Практическое значение подобного рода притязания получили в эпоху великих открытий и изобретений, когда отдельные государства заявили свои права на ряд новых земель и островов, лежащих по пути в Америку и в ней самой. Испания, на основании буллы папы Александра VI (1493), заявила свои права не только на все открытые Колумбом, но и на все имеющие быть вновь открытыми земли и острова, лежащие на Запад от меридиана, проходящего через Зеленый мыс, а Португалия - на земли и острова, лежащие на восток от этого меридиана. В споре за господство над теми или иными частями О. моря участвовали затем Генуя - по отношению к Лигурийскому морю, Венеция - по отношению к Адриатическому, основывая свои притязания на обязанности республики защищать морскую торговлю от сарацин и пиратов, позднее Турция, по отношению к Черному морю. Король Эрих датский и норвежский уже в 1432 г. заявил королю Англии, что никто не имеет права с древних времен на рыбную ловлю и торговлю в водах Норвежского моря без дозволения короля. Это право Дании и Норвегии нашло со стороны Англии признание в том, что она выговаривает для себя пользование норвежским морем в целом ряде договоров. Сама Англия наиболее последовательно и упорно держалась принципа исключительного верховенства сперва над "mаге Anglicanum circumquoque", позднее и над всем океаном, в качестве первой морской державы. Карл I поддерживал силой оружия свои права, на Северное море; Кромвель категорически заявил, что Англия не может терпеть, чтобы без ее разрешения на океане развивался какой-либо иной флаг, кроме британского. Фактически эти притязания выражались в преследованиях и захватах иностранных кораблей, в обложении их пошлинами, в подчинении юрисдикции, в салютах при встрече, спуске флага и т. д. В XVII ст. происходили оживленные споры из-за морского церемониала между Англией и Нидерландами. Те же требования предъявляла к Нидерландам и другим державам Франция, отказавшаяся от них лишь в ordonanсе de la Marine 1633 г. Бесконечные споры и взаимные неудобства, обусловливаемые этими притязаниями, и соединенные с невозможностью фактически везде и всегда поддерживать их силой даже по отношению к слабым морским державам, приводят, однако, в XVIII в. к признанию необходимости иного принципа свободы моря. Право всех организованных государств на пользование этой свободой формулировано еще в XVII в. Гуго Гроцием в его книге "Mare liberum" (1609). О. море по своей природе недоступно исключительному частному обладанию. Признание права собственности одной державы не дало бы ей возможности одной исчерпать все богатства моря и содействовать международному общению, ради отвлеченного права одной остальные державы лишились бы выгод, на которые они имеют право вследствие неравного распределения между ними естественных благ. Самой природой море определило служить взаимному общению народов, а это общение возможно лишь при свободе моря и доступности его всем нациям. Аргументы противника Гроция, английского писателя Сельдена ("Маге clausum", 1635), на которых основывались притязания Англии, опровергнуты историей. В настоящее время встречаются лишь непризнаваемые большинством держав притязания отдельных держав на некоторые моря, прилегающие к их границам. Таковы притязания Турции на Черное и Мраморное море, Англии на окружающие ее моря и т. д. Современное международное право признает права отдельных государств лишь на береговое море. Из принципа свободы О. моря вытекают следующие последствия. О. море свободно для судоходства и сообщений всех народов. Ни одному народу не может быть воспрещено заниматься в нем рыболовством и другими мирными промыслами. Ни одно государство не может подчинять другие своим законам относительно условий и пределов пользования О. морем, подвергать чужие суда своему суду, пошлинам, или задерживать и осматривать иностранные корабли. Все суда, находящиеся в море, подлежат юрисдикции своих государств. Последние отвечают за действия своих подданных, совершенные в О. море. В виду этого каждое государство обязывается принять меры к тому, чтобы морские сношения, рыболовство и иные промыслы, производимые в море, велись его подданными правильным и безобидным для других народов образом. Подробности каждого вида пользования О. морем и возникающих отсюда отношений регулируются специальными постановлениями так называемого морского права. О юридическом характере отношений отдельных держав и всех их вместе в литературе очень много спорят. Не будучи обладателями ни права собственности, ни исключительного верховенства на О. море, державы пользуются им, однако, и не вполне независимо друг от друга, как никому не принадлежащей вещью, они стоят между собой по отношению к О. морю в некотором союзе, определяемом нормами морского права, и не допускают к свободному пользованию им представителей неорганизованных государств, требуя от каждого корабля указания его национальности и принадлежности к определенному государству, как основания для свободного плавания. Ср. Мартенс, "Современное международное право цивилизовааных народов" (т. l); L. Hollzendorff, "Handbuch des Volkerrechts" (II, 92 ел, Гамб., 1887); Perels, "Das internationale offentl. Seerecht" (В., 1882); Couchy, " Le droit maritime inlernationale" (H., 1862).

В. Н.

Откуп

государственных доходов частными лицами, вносящими государству эквивалент стоимости их и получающими, взамен этого, право непосредственного сбора с плательщиков, представляется явлением довольно распространенным в государствах с недостаточно выработанными системами администрации, как напр. большинство государств Востока. Как определенный способ сбора государственных доходов, О. встречается и в обеих классических странах древности. Во всех государствах древней Греции сбор доходов отдавался на О. частным лицам. В Афинах откупщики часто образовали большие компании на паях. Сбор производился либо самими откупщиками, либо через наемных слуг или рабов. За контрабандой следили сами откупщики и в предупреждение ее могли производить обыски, вследствие чего не пользовались любовью населения. За неплатеж в срок откупщики лишались гражданства, подвергались аресту и могли подвергнуться конфискации имущества. В Риме О. был столь же распространен. С древнейших времен большая часть налогов отдавалась здесь на откуп с торгов, происходивших ежегодно на формуле, под водруженным копьем (hasta - знак аукциона или торгов). Откупщики или публиканы (publicani, от риblica - государственные доходы) могли просить сенат (позже - иногда и народ) отменить торги и назначить новые, если цифра, которую они должны были платить, была несоответственно велика. О. требовал значительных денежных средств, вследствие чего оказывался под силу лишь капиталистам всаднического ценза, особенно с тех пор, как сенаторам было воспрещено заниматься денежными делами. Когда недостаточно было капиталов одного лица, составлялись компании (societates), бравшие в Италии и провинциях на О. разные доходы; впервые они упоминаются в 217 г. до Р. Хр. Один член компании, от лица всех, заключал условие О.: он назывался manceps. Во главе компании стояли ежегодно сменявшиеся magistri. Число низших и второстепенных служащих было очень велико; это были, большей частью, вольноотпущенники и рабы, но не гнушались этим занятием и граждане. Откупщики и податное население иногда заключали между собой условия, но в общем О. сильно угнетал провинциалов и даже жителей Италии; апелляция в Риме приносила мало пользы, тем более, что наместники провинций, обыкновенно должники публиканов, всячески покровительствовали им. Будучи силой в государстве, публиканы легко добивались смещения неугодных им лиц. В императорское время сохранились те же неустройства, хотя наместником дано было право налагать на публиканов административные наказания. Под конец империи на О. стали сдаваться лишь таможенные пошлины. В средние века в большей или меньшей мере мы встречаем О. государственных доходов почти во всех западных государствах. Широко развился и выработался в целую систему финансовой администрации он лишь во Франции, где еще с XIII р. сбор большей части налогов был отдан частным лицам во всех частях королевства. Условия О. не подлежали никаким общим нормам; в большинстве случаев король даже не знал, как доходны отдельные статьи, сдававшиеся на О. Первая попытка упорядочить О. сделана была министром Сюлли при Генрихе IV. Он соединил по группам схожие предметы О. и отдельные группы стал сдавать с торгов; эти меры дали чрезвычайно благоприятные финансовые результаты. В это время составились 4 группы отдававшихся на О. доходов: 1) таможни (cinq grosses fermes). 2) акциз на напитки (aides), 3) соляной налог (gabelles) в большей части Франции и 4) соляной налог в Лангедоке. Было еще 18 небольших местных статей О. Кольбер закончил, в 1681 г., реформу Сюлли, передав обществу 40 финансистов, за ежегодную сумму в 56670000 ливров, права, раньше принадлежавшие отдельным откупщикам. Окончательно организована была компания откупщиков при министре Флери (1726); решено было, что в число откупщиков не мог входить никто помимо имевших грамоту короля на звание fermier general. В 1755 г. число откупщиков было доведено до 60, а в 1780 г. понижено до первоначальной цифры. Компания, в виде гарантии, должна была вносить в казначейство аванс в 90 милл. Все сношения с правительством велись через наемное лицо, которое подписывало договор и именем которого производились иски; затем оно уступало все свои права компании и сходило со сцены, довольствуясь пенсией в 4000 ливров. при каждом возобновлении 0. бралось другое подставное лицо. Торги, с 1681 г., возобновлялись каждые 6 лет. Цена 0. в 1788 г. возросла до 91 миллиона, в 1763 г. до 124 милл., в 1774 г. достигла 162 милл. Между откупщиками и казной велся постоянный текущий счет дебета и кредита, причем казна большей частью вперед лишала себя права на ежегодные получки, заставляя компанию производить платежи за счет казны; каждые шесть лет производился окончательный подсчет и, если оказывался излишек против суммы, уплаченной в течение этого времени в счет О., то государство участвовало в дележе его, получая половину всей суммы: остальную делили между собой члены компании. Компания откупщиков сама ведала всю администрацию сбора доходов с населения. В начале она прибегала к системе вторичного О., но контрактом 1755 г. все вторичные О., число которых доходило до 250, были упразднены. Центральное управление О. имело местопребывание в Париже. В каждой области компанию представляли 1 или несколько директоров, ежегодно присылавшие в Париж отчет по делам О. в своем районе. Под начальством директоров состоял многочисленный персонал "приказчиков" по де лам О., изъятый от всяких государственных повинностей и пользовавшийся особым королевским покровительством, чтобы не встречать помех в исполнении своих служебных обязанностей. "Приказчики" (commis) присягали в присутствии интенданта и за утайку собранных денег подлежали строгими наказаниям, даже смертной казни. В общем организация О. была очень сложная и стоила больших денег. Доходы генерального откупщика состояли в 1775 г. из жалованья в 24000 ливров, 10% с внесенного в казну миллиона, 6%, с остальной внесенной суммы (560000) и подарков. К этому следует прибавить еще часть получавшуюся при дележе лишков, напр. в 1774 - 80 г. равнявшуюся 250000 ливров. Королевское правительство не уменьшало доходов откупщиков, так как король, министры и придворные имели также свою часть в них: двор пользовался ежегодными подарками от откупщиков в 210000 ливров; многим придворным назначались пенсии из средств генеральных откупщиков и т. д. Этот порядок вещей, разоблаченный одним из приказчиков О. при министре Террэ, не мог не вызывать в обществе озлобления против О., и без того находившего себе пищу в высокомерном и заносчивом поведении многих из откупщиков; публицистика выражала лишь общее мнение, представляя всю компанию откупщиков как синдикат грабителей, делящих свою добычу с двором. Наиболее сильно, однако, возбуждал неудовольствие сам характер налогов, сдававшихся на О, внутренние таможни, отделявшие провинцию от провинции, назойливость и наглость шпионов, содержавшихся откупщиками для выслеживания контрабандистов, строгие наказания контрабандистов (их ссылали на галеры, приговаривали к смерти и т. д.). Тюрго уничтожил подарок в 100000 ливров, который до него делался генеральному контролеру при возобновлении контракта; он добился также постановления, чтобы больше не назначались пенсии из средств откупщиков. Неккер сохранил О. лишь для таможен, соляного акциза и табачной монополии; налог на напитки и земельные сборы были отданы на О. 2 другим компаниям (regie general и administration generale des domaines). Эта реформа подняла к 1786 г. доход с непрямых налогов до 242 миллионов; ограничению числа откупщиков дало, кроме того, возможность удалить из их среды самые дурные элементы. Революция не удовлетворилась этими полумерами. Учредительное собрание объявило генеральные О. упраздненными; 6 комиссаров были назначены к ликвидированию дел по О. В 1793 г. была назначена новая комиссия для рассмотрения дел по О.; она нашла нужным всех откупщиков, за время последних трех контрактов, подвергнут аресту. Один из них, знаменитый Лавуазье, написал мемуар в оправдание действий своих коллег, но доводы его не имели успеха. 19 февраля 11 г. революционный трибунал приговорил всех откупщиков (числом 31) к смерти, кроме одного, вычеркнутого Робеспьером из списка, и приговор был приведен в исполнение. Приговоренные обвинены были в том, что составили заговор против французского народа, помогали врагам нации, примешивали вредные примеси к жизненным припасам, удерживали в своих руках средства, необходимые для государственной обороны. Уже через год стали раздаваться голоса, что откупщики осуждены безвинно и что конфискация их имуществ неправильна. В 1795 г. назначена была комиссия, которая, после многолетних расследований, пришла к заключению, что откупщики не только не были должны казне 130 миллионов, как утверждали их обвинители в 1793 г., но, напротив, выдали казне вперед 8 милл. (решение 1 мая 1806 г.). Ср. De Nervo, "Les finances francaises sous l\'ancienne monarchie, la republique et l\'empire" (П., 1863); A. Lemoine, "Les derniers fermiers gеnеraux" (П., 1873); Bouchard, "Systеme financier de l\'ancienne monаrchie" (П., 1891).

A. M. Л.

Отлучение

от союза религиозного тех его членов, которые нарушают его законы, существовало еще в языческом мире. Так, жрецы в Афинах, по рассказу Плутарха, подвергли "О." Алкивиада; у галлов. по сказанию Юлия Цезаря, друиды отлучали от богослужения. У древних евреев О. (cherem) выражало пожелание, чтобы отлучаемый погиб. Такому О. подвергнут был Иисус Христос (Лук., VI, 22; Иоан., XVI, 2; XII, 42). В более позднее время О. у евреев имело три вида: выговор (nesifa), малое О. (nidui, chamta) и великое О. (собственно cherem, peticha). После "выговора" виновный не мог выходить из своего дома в продолжение 30 дней. Малое О. также полагалось на 30 дней, в продолжение которых отлученный не мог стричь волос и не имел права носить сандалий; указанный срок мог быть увеличен или уменьшен. Великое О. лишало отлученного гражд. прав; к нему никто не мог подходить ближе четырех локтей; он не мог ни присутствовать в собрании, ни есть и пить вместе с кем-либо, ни наниматься, ни нанимать в работу, ни учить, ни быть учеником, не мог мыться, надевать праздничную одежду; дети его не допускались к обрезанию; в религиозные собрания он имел доступ через особый вход. По смерти его могилу забрасывали камнями. При произнесении вел. О., с целью придать ему более устрашающий характер, при свете едва мерцающих огней, разрывали меха, наполненные воздухом. В христ. церкви О. существовало уже на самых первых порах, как видно из слов Иисуса Христа о преслушавших церковь, которые должны сделаться для нее "яко же язычнии и мытарь". Ап. Павел повелевает (l Кор., V, II) членам церкви не есть и не пить (т. е. не иметь общения) с блудниками, лихоимцами, идолослужителями, злоречивыми. пьяницами, хищниками. Апостольское 72-е правило узаконивает О. для похищающих церковный воск или елей. Последствия христианского О. состояли в исключении отлученного от участия в общественном богослужении, вечерях любви и таинствах; имена отлученных вычеркивались из диптихов, христиане не называли их братьями и не давали им братского лобзания. Действие О. в первобытной церкви не лишало отлученного гражд. прав. Общение с отлученным рассматривалось как преступление, наказываемое также О. Отлученный в одной церкви не мог быть принимаем в общение другой (21 прав. соб. халкедонского и 8-е

- собора карфагенского). Второй вселенский собор запретил принимать от отлученных жалобы на епископов по делам их духовной юрисдикции, но не по делам частным, например об имущественной собственности. Со времени Константина Вел., когда император выступил в качестве "внешнего епископа по делам церковным", область применения церковного О. сократилась. Преступления против веры - ереси и расколы - получили значение преступлений против государства, и те лишения и ограничения прав состояния, которым подвергались еретики, не были последствиями церковного О. Многие преступления против заповедей церковных также перешли в область гражданской подсудности (волхвование, прелюбодеяние, похищение женщин, азартные игры и др.). В недрах самой церкви О. было. в большинстве случаев, заменено церковным публичным покаянием. Относительно О. в древней церкви существовали следующие правила: 1)

епископ "не должен быть скор к извержению, но осторожен" (Постан. апост. II, 21); основанием для О. мог быть только тяжкий грех, явный и несомненно доказанный, 1-й вселенский собор (прав. 5) постановил, чтобы на областных соборах было исследуемо о каждом О., не по малодушию ли или личному произволу епископа оно состоялось. 2) О. произносилось только в случае окончательной нераскаянности и имело силу только до тех пор, пока отлученный не раскаялся. 3) О. должно было падать только на самого отлученного, но отнюдь не на его семейство. Нарушением этого правила в первые века церкви были О., произнесенные римской церковью на целые другие поместные церкви, напр. папой Виктором - Поликарпа Смирнского с его церковью, папой Стефаном - церкви карфагенской. Были случаи О. от церкви умерших (Ориген, Федор Мопсуэтский). Собор карфагенский (прав. 92) назначает анафему и после смерти тому епископу, который завещает свое имение родственнику еретику или язычнику, а не церкви. В настоящее время на Востоке специальный закон относительно О. существует лишь в церкви греческой, где в 1852 г. постановлено, что епископ и целый синод могут подвергать О. лишь клириков и монахов; миряне могут быть подвергаемы О. лишь с разрешения гражданского правительства. В западной церкви, со времени отделения ее от восточной, О. относится не к священнодействию покаяния, а к юрисдикции судебной, которая может быть отправляема не в силу только епископской власти, а, по делегации (delegato) и по поручению (mandalo), лицами нижних церковных инстанций, могущими не иметь даже пресвитерского сана. Средневековые католические канонисты стали различать два вида великого О.: простое (excommunicatio major simplex) и торжественное (exc. major solemnis); последнему усвоено специально название анафемы. Первое стало функцией низших церковных судей, второе - епископата. Существовало еще малое О. (exe. minor), которое не исключало из церкви и лишало только участия в таинствах. Оно носило название врачующего (medicinalis), в противоположность великому, которое называлось смертоносным (mortalis). Во времена констанцского собора отлученные делились на ехсоmmunicati tolerati, над которыми не было произнесено судебного приговора в смысле поименного О., и excommunicati vitandi, sea non tolerati, подвергшиеся О. поименно. Подвергшийся анафеме лишался "права уст", т. е. лобзания и разговора и всякого другого способа (письменного или знаками) общения с верными. С ним нельзя было вместе молиться, трапезовать, спать или жить. Анафематствованный не мог быть ни судьей, ни истцом по собственным даже делам, ни свидетелем, ни адвокатом, ни нотариусом, не мог ни вступать с кем-либо в договоры, ни составлять завещание. Пипин Короткий постановил презрителя церковного отлучения предавать гражданским наказаниям. По законам Людовика Св. отлученный в течение года и одного дня оставался неприкосновенным для светского суда; но если в течение этого времени он не получал разрешения, то светский суд имел право конфисковать его имущество и заключить его самого в оковы. По закону Фридриха II отлученный, пробывший в О. более шести недель, если затем в продолжение года он не освобождался от О., то формально становился "вне закона". В настоящее время в католической церкви О. малое, как относящееся к сфере чисто церковной жизни, практикуется повсеместно согласно церковным правилам; что же касается О. великого или анафемы, то гражданские правительства, а также свободномыслящие католические богословы (Гиншиус, Фридберг и др.) часто высказываются против его применения, на том основания, что оно касается более или менее гражданского состояния отлучаемого. Против такого мнения сильно полемизировали ультрамонтанские католические богословы и канонисты. В Пруссии применение великого О. считается воспрещенным. У протестантов великое О. в католическом смысле было отвергнуто еще Лютером; удержано лишь О. малое (excommunicalio minor), при чем на первых же порах произошло по этому предмету разногласие между лютеранами и реформатами. Первые считали его функцией духовенства, вторые - функцией церкви, как общины. С учреждением консисторий у лютеран О. отнесено к кругу их деятельности. При безуспешности мер увещания лиц, живших в грехах, пастор негласно отлучал их от причащения, восприемничества и венчания; это считалось О. малым. Если оно оказывалось недействительным, то грешник вовсе отлучался от церковного общения (кроме слушания проповеди), а также от общения с чадами церкви в общежитии (за исключением деловых отношений); это считалось О. великим. С течением времени О., как и публичное покаяние, выходит у протестантов из церковной практики. В русской церкви, в период допатриаршеский, О. (извержение, проклятие, клятва, запрещение) изрекалось за ересь, за "преобидение" церкви Божьей, ее суда и ее священнослужителей, а со времени "собирания русской земли" - также против тех, кто действовал против московского правительства (позже против государственных преступников, начиная с Гришки Отрепьева и кончая Пугачевым). При Петре I закон о престолонаследии был издан под угрозой не только смертной казни, но и "церковной клятвы" его нарушителям. Митрополиты древней Руси произносили О. иногда на князей и на целые области (см., "Истор. Русской Церкви", т. V, стр. 86). По правилу митрополита Иоанна О. подвергаются державшиеся идолопоклонства, виновные в многоженстве, одновременном и последовательном, продающие своих слуг-христиан поганым, кровосмесники, не причащавшиеся, употребляющие мясо в великий пост. О. состояло в признании отлученного чуждым церкви, пока он не оставит грех свой. Правило митрополита Кирилла лишает отлученного, после его смерти, молитв иepeйских и погребения близ церкви; оно грозить отлучением держащимся бесовских обычаев, в праздники творящим позоры с свистанием и кличем, бьющимся дреколием до смерти и т. п. Стоглавый собор понимал О. в смысле недопущения к богослужению и отказа в принятии каких-либо приношений для церкви от отлученных. При патриархах возник на Руси новый вид О. - О. вседомовное, которому священник мог подвергать своего прихожанина, со всем его домом, за обиды церкви Божьей, т. е. за нарушение прав храма и причта. Иногда такому О. подвергался целый приход, при чем сам храм закрывался. "Духовный регламент" Петра I различает О. великое (анафему) и малое. О. великое назначалось после безуспешных священнических увещаний, за открытое хуление имени Божья, Св. Писания, церкви, за уклонение от причащения в течение более года, и состояло в том, что, по определению синода, отлученному запрещался вход в церковь и общение ее таинств; если бы он силой или хитростью проник в храм, то, доколе он в нем находился, богослужение приостанавливалось. Письменный или печатный текст О. прибивался к дверям приходской церкви или всех церквей епархии. В случае окончательного отказа отлученного раскаяться, он передавался в распоряжение светской власти, которая, по истечении шести недель со дня публикации о учиненном О., поступала с ним, как с "шельмованным", который, по военным артикулам того времени, ни в какое дело, ниже в свидетельство не принимался и не мог даже требовать суда; если кто его ограбит, ранит, побьет; лишь за убиение его виновный подвергался законной ответственности. "Подвергнутый анафеме подобен есть убиенному", выражается регламент. Малое О., по регламенту, мог произнести и священ ник своей личной властью, не донося синоду. Постановления регламента относительно О. применялись в церковной практике лишь в первое время существования синода; позже, в продолжение всего XVIII в., практикуется вновь "О. вседомовное", хотя оно и было отменено указом Петра I. Обыкновенно по изречении вседомовного О., синод распоряжался о закрытии церкви, а священника и причт назначал на другие места. Случаи вседомовного О. со времени учреждения синода встречались, впрочем, очень редко; они вызывались, большей частью, самодурством средних и низших органов гражданской администрации. С исчезновением подобных фактов из русской жизни исчезает и вседомовное О., как исчезает, еще в XVIII в., и церковная анафема на государственных преступников с поименным их перечнем. Личное церковное отлучение и в настоящее время, однако, признается в принципе, в действующем государственном законодательстве. Ст. 83 и 371 Устава гражд. судопроизводства говорят о недопущении к свидетельству лиц, отлученных от церкви духовным судом, ст. 95 и 706 Устава угол. судопр. - о недопущении таких лиц к свидетельству под присягой. В церковно-судебной практике настоящего времени О. совершенно неизвестно. См. Н. Суворов, "Объем дисциплинарного суда и юрисдикции церкви в период вселенских соборов" (Ярославль, 1884); его же, "О церковных наказаниях" (СПб., 1876; здесь указана и иностранная литература предмета).

Н. Б - в.

Оттава

Ottawa, прежний Байтаун: 1) гл. гор. Канадских владений в Сев. Америке, в пров. Онтарио, на правом берегу р. О. Огромные лесопильные заводы, пользующиеся водяной силой водопадов и производящие лесного материала на 5 милл. долларов в год. Национальная галерея, рыболовная выставка, нормальная школа, университет (с 500 студентам и католиками), 17 церквей; 5 ежедневных газет. Жителей 44154 (1891 г.). 2) Два мст. в Сев. Ам. Штатах, в Иллинойсе и Канзасе.

Оттон I Великий

(912-973) - германо-римский император, сын немецкого короля Генриха I (Птицелова) и второй его жени Матильды. Еще при жизни отца, с обходом старшего брата Танкмара, назначен был преемником Генриха 8 авг. 936 г избран в Аахене представителями всех немецких племен и коронован архиепископом майнцским. Решительный и энергичный; внушительный по наружности, ловкий во всех рыцарских состязаниях, благочестивый в духе своего времени, милостивый и обходительный с народом, верный к друзьям и легко примирявшийся с врагами, Оттон много содействовал возвышению авторитета германской нации и усилению государства внутри и извне. С самого же начала ему пришлось бороться с большими затруднениями. Чехи и венды восстали против него; в Баварии сыновья герцога Арнульфа, после смерти отца, самовольно завладели герцогскими правами. О. подчинил их себе, лишил их власти и подавил также восстание своего брата Танкмара (938) и герцога Эбергарда Франконского. Продолжительнее была борьба О. с младшим его братом, Генрихом, вступившим в союз с Эбергардом Франконским, Гизельбертом Лотарингским I Фридрихом Майнцским и пользовавшимся поддержкой французского короля О., победил противников при Биртене в 939 г.; оба герцога погибли при Андернахе, вскоре должен был сложить оружие и Генрих. В 941 г. он еще раз покушался на жизнь брата, но был прощен и с тех пор оставался верным сторонником короля. О. отдал Лотарингию своему зятю Конраду Рыжему, Баварию - брату своему Генриху, Швабию - своему сыну Лудольфу; Франконию и Саксонию он удержал за собой, но в 961 г. отдал последнюю Герману Биллунгу. Брата своего Бруно он поставил архиепископом кёльнским. Он правил строго, но справедливо, держал вассалов в повиновении, сделал свой блестящий двор центром государства, увеличил коронное имущество и сумел найти опору в духовенстве. В 950 г. ему удалось снова подчинить себе вендов и чехов; в 947 г. предпринял победоносный поход против датчан. Основанием многочисленных епархий он стремился укрепить и распространить христианство на С и В Германии. Сделав империю свою могущественнейшей из всех христианских государств, он в 951 г" призванный на помощь Адельгейдой, вдовой Лотаря (XVIII, 27), перешел через Альпы, женился (первая жена его Эдита умерла в 946 г.) на Адельгейде и принял титул короля Италии. Подавив еще восстание своих сыновей Лудольфа и Конрада Рыжего в 953-954 гг. и отняв у них герцогства, О. 10 авг. 955 г. в долине р. Леха близ Аугсбурга, одержал блестящую победу над венграми, у которых отнял баварскую вост. мархию. В 961 г. он снова направился в Италию, прогнал Беренгара, завладевшего королевской властью, 2 февр. 962 г. был коронован римским императором и, таким образом, основал священно-римскую империю германской нации. Этим он указал своим преемникам путь к мировому господству и запутал их в борьбу, которая хотя и содействовала развитию культуры, но причинила много вреда самой Германии. Два восстания римлян он подавил и отнял папскую власть у Иоанна XII и Бенедикта II. Не удалось ему только завоевание Нижней Италии. Он умер в Тюрингии и похоронен в основанном им магдебургском соборе где ему поставлена была конная статуя. Наследовал ему сын его Оттон II. Ср. Vehse, "Kaiser Olio der Grosse und sein Zeitalter" (3 изд., Лпп., 1817); Kopke und Donniges, "Jahrbucher des Deutschen Reichs unler Otto I" (Б., 1838-39); их же, "Kaiser Otto der Grosse" (Лпц., 1876).

Отшельники

аскеты, христианские подвижники, отшедшие, т. е. удалившиеся от общества в места уединенные, чтобы с большим удобством предаваться подвигам аскетизма. Ср. Анахореты и Монашество. См. П. Казанского, "История монашества на Востоке" (М., 1854-1857); об отшельничестве в России - "Историю русской церкви" митроп. Макария. Ряд рассказов об отшельниках русских, в особенности нового времени, помещен в "Душеполезном Чтении", "Страннике", "Христианском Чтении" и др. духовных журналах.

Оуэн Роберт

Owen - один из первых социальных реформаторов XIX в. (1771-1858). Сын бедного торговца в Валлисе, О. учился в элементарной школе, потом был приказчиком в торговом доме и посвящал все свои досуги чтению и поискам "истинной религии". В Манчестере он сошелся со многими членами местного философского и литературного общества, особенно дружил с доктором Парсивалем, которым впервые была высказана мысль о необходимости рабочего и санитарного законодательства. Сам О. читал в этом обществе несколько докладов о рабочем законодательстве. В это время он страстно увлекался химией. Весь мир представлялся ему как химическая лаборатория, а на человека он смотрел, как на сложнейшее химическое соединение. Найдя новые способы для обработки грубого американского хлопка, О. на 20 году сделался управляющим хлопковой мануфактуры. Женившись на дочери фабриканта Дэля, он стал его партнером, а затем владельцем нью-ланаркской фабрики, где и проработал большую часть своей жизни. Здесь окончательно сложились его взгляды на человечество и на необходимые социальные преобразования. Первоначально он действовал, как просвещенный фабрикант и благотворитель. На своей нью-ланаркской фабрике он ввел все усовершенствования в отношениях к рабочим, которые впоследствии были вынуждены от других фабрикантов тяжелой борьбой и воплотились в фабричном законодательстве. Примером своей фабрики он хотел показать высшим классам, что обязанность заботиться о низших классах вполне совпадает с их интересами, что, лучше обращаясь с своими "живыми машинами", они могут спокойно пользоваться своим богатством и разлить вокруг себя благосостояние, культуру и искреннюю благодарность На основании собственного опыта он выработал систему "патроната", которую он теоретически впоследствии развил в сочинении: "Essay on the Formation of Character" (1812), доказывая, что человек составляет продукт внешних окружающих его условий и воспитания; чем выше последние, тем более облагораживается и совершенствуется человеческая природа. В первое десятилетие этого века нью-ланаркская фабрика привлекала к себе толпы посетителей, равно удивлявшихся коммерческому ее успеху и благосостоянию ее рабочих. Посетил эту фабрику и вел. кн. Николай Павлович, будущий император всероссийский.

Удивленный успехом О., слыша со всех сторон о бедствиях рабочего населения, которое тогда все объясняли чрезмерным его размножением, он предложил О. взять с собой два миллиона излишнего британского населения и переселиться в Россию, но О. категорически отказался. Убедившись, что проповедь примером и словом не вызывает подражания, О. начал деятельную агитацию в пользу фабричного законодательства, стараясь опереться на монархическую власть и земледельческую аристократию и борясь с теорией невмешательства государства. Но надежды его и в этом направлении не оправдались. Тогда О. решил обратиться непосредственно к промышленному классу и побудить его к образованию производительных ассоциаций, задача которых, по словам О., "заключалась в организации всеобщего счастья при посредстве системы единства и кооперации, основанной на всеобщей любви к ближнему и истинном познании человеческой природы". Теоретические основания, которые вызывают необходимость образования таких ассоциаций, он изложил в двух сочинениях: "Explanation of the causes of distress in which pervades the civilised World" (1823) и "The New Moral World". Практически он разработал план организации ассоциаций в "Report to the County of Lanark". В начале О. думал об устройстве ассоциаций или колоний только для не имеющих работы, но затем пришел к мысли о необходимости полного преобразования промышленной системы. Он явился первым социалистическим ее критиком. Современная промышленная система, по О., построена на трех ложных началах: на детальном разделении труда, которое ухудшает расу, на соперничестве, которое создает всеобщее противоречие интересов, и, наконец, на получении прибыли, возможной только тогда, если спрос равен или превышает предложение; реальный же интерес общества требует, чтобы предложение товаров было всегда больше спроса. До изобретения машин еще можно было поддерживать такое ненормальное положение, но с тех пор и промышленная система находится и будет находиться в критическом положении, приводя к разорению фабрикантов и голодовке рабочих. Устранение всех бедствий произойдет только тогда, когда отдельные группы производителей, пользуясь производительными силами, почти безграничными на почве новых усовершенствований, соединятся в кооперации, для производства, при помощи собственного труда и капитала, и для удовлетворения собственных потребностей. На английской почве О. не удалось практически приложить свои планы. Его стали считать опасным мечтателем, в особенности с того момента, когда он в 1817 г. затеял борьбу со всеми религиями. В 1825 г. О. покупает в Америке 30 тыс. акров земли и организовывает здесь в штате Индиане, на р. Вабах, коммунистическую производительную колонию из совершенно случайно сошедшихся людей. В этом деле ему содействуют филантропы Маклюр и Петр Нааф, занимающиеся воспитанием; сам О., с особым выборным комитетом, ведет все дела колонии; но попытка сразу пересоздать природу людей путем преобразования внешних условий оканчивается неудачей, и колония исчезает бесследно. Значительная доля состояния О. пропадает даром, но энергия его не падает.

В 1832 г. он затевает в Англии новое дело, которое то же оканчивается неудачей, но имеет большое социальнополитическое значение: он делает попытку организации "Биржи трудового обмена". Желая уничтожить всякую торговую прибыль и посредничество денег, О. устраивает в Лондоне биржу, куда всякий производитель может доставлять товары, получая за них трудовые билеты, по расчету шести пенсов за каждый час труда, вложенный в продукт. Первоначально успех биржи был очень велик; в первую неделю сюда было доставлено более чем на 10000 фн. ст. товара, и трудовые билеты стали приниматься во многих магазинах как деньги; скоро, однако, начались затруднения. Купцы посылали на биржу свои залежавшиеся товары и торопливо разбирали с биржи все наиболее ценное; биржа скоро была завалена товарами, не имеющими надежды на сбыть. Оценка товаров по часам труда и по шести пенсовой норме постоянно возбуждала недоразумения и споры. С нагромождением на бирже никому ненужных товаров, трудовые билеты потеряли всякую цену и биржа кончила банкротством. Не смотря на все свои неудачи, О. навсегда останется памятным в истории умственного развития Европы. Он дал первый толчок фабричному законодательству, указал на необходимость вмешательства государства и ясно поставил задачу борьбы с безработицей; его же можно считать отцом той теории кризисов в промышленности, которая объясняет их несоответствием производства с потребительными бюджетами масс или, что тоже, с незначительностью потребительной доли богатства, которая достается массам при системе соперничества. Он был духовным творцом кооперативного движения, ставящего своей задачей сделать потребителя производителем и устранить торговую прибыль, основная ошибка его состояла в том, что он хотел частными усилиями отдельных выдающихся личностей и единичными попытками преобразовать народное хозяйство и природу людей, которые, составляя продукт долговременного исторического процесса, эволюционируют медленно и могут изменяться лишь в закономерной последовательности. Писал О. плохо, неясно и с бесконечными повторениями для истории важны не его сочинения, а вся его личность и его практическая деятельность, стремившаяся к водворению мира между классами и к благу человечества. В конце жизни О. сильно увлекался спиритизмом. Ср. Sargant, "R. Owen and his social philosophy" (1860, самая лучшая биография); L. Jones, "The life of R. O." (Л., 1890), "Роберт Овен" (Биографич. Библиотека Павленкова). Переведено на рус. язык: "Об образовании человеческого характера" (3-е изд., СПб., 1893). О Роб. О. писал Н. Добролюбов.

Офицеры

- Личный состав войска распадаются на две неравные половины: одна, большая, непосредственно выполняет функцию силы, другая, меньшая, направляет действия первой. Первая, подкомандная масса - нижние чины, вторая, элемент командующий - офицеры. В древности идея предводительствования в бою не требовала для своего осуществления сложной организации. При малочисленности армий, сходившихся на поле битвы, и при простоте боевых операций роль вождя выпадала на долю одного лица. Частных начальников, в современном смысле, не было; командовавшие отрядами, не имея никакой личной инициативы, только передавали приказания и команды, и наблюдали за их исполнением. По окончании войны войска распускались, и деятельность этих второстепенных начальников прекращалась. Естественно, что корпуса О., как особого класса в войске, тогда образоваться не могло. Начало его образования относится к периоду вербовочных войск. В постоянных армиях является иерархия офицерских чинов - полковников, капитанов, лейтенантов, являющихся более или менее самостоятельными начальниками в бою и руководителями дела мирного обучения. Порядок замещения офицерских должностей бывал различен: по выбору нижних чинов или лица, которому поручалась вербовка полка, путем продажи патентов или, позднее, по назначению короля: во всяком случае важно было то, что, независимо от порядка замещения, создалось обособление известной категории лиц по свойству их обязанностей. Впрочем, полной обособленности О. от начальствующих из нижних чинов, до половины XVIII в. - во Франции и до начала XVIII в. - в Пруссии, еще не было. Она появилась лишь после того как занятие офицерских должностей стало исключительной привилегией дворянства. Выдвинувшаяся, с развитием техники военного дела, необходимость научной подготовки для О. способствовала еще большему их обособлению. Сословный принцип весьма скоро укрепился и стал основной чертой отличия О. от нижних чинов. Последним доступ к строевым офицерским должностям был закрыт вовсе. Ныне сословный строй жизни повсеместно поколебался и в войске, как принцип, преобладает другое начало: право каждого нижнего чина, при образовательном цензе и при соблюдении других установленных условий, достигнуть офицерского звания. Фактически, однако, и теперь корпус офицеров, в громадном большинстве, комплектуется дворянами (напр. в Пруссии); у нас еще сравнительно очень недавно О. из не-дворян составляли ничтожное исключение (особенно в флоте, среди флотских собственно О.), да и теперь доступ для не-дворян в кадетские корпуса, дающие главную массу О., крайне ограничен. В настоящее время принципиальное отличие службы О. от службы нижних чинов определяется совокупностью двух признаков:

а) О. служат добровольно, посвящая себя бессрочно военному делу, нижние же чины исполняют лишь срочную обязанность и

б) офицерской службе предшествует предварительная специальная подготовка.

Внешние черты отличия - в обмундировании, в снаряжении, в порядке прохождения службы, в способе довольствия (О. на удовлетворение всех своих потребностей получают денежные оклады, нижние же чины довольствуются натурой), в размещении (нижние чины размещаются казарменным порядком, О. живут в особых квартирах) и т. п. Служа по призванию, О. суть носители идеи военной чести, представители войска, как особого сословия в государстве, и основание всего военного устройства. "Каковы О., такова и армия", справедливо замечает бар. фон-дер-Гольц, повторяя изречение Рюхеля. - Сложность современных боевых операций, при чем роль частных начальников все более и более приобретает выдающееся значение, и громадность численного состава армий - с одной стороны, краткие сроки службы и трудность подготовки надлежащего кадра начальников из нижних чинов (унтер-офицеров) - с другой выдвинули на первое место вопрос о численности офицеров и о соотношении числа их с числом нижних чинов, как в мирное; так и в военное время. По данным, приводимым А. Редигером, в Германии за 1891 г. было О. действительной армии - 17621, резервных - 9225, ландверных - 10899; во Франции, за 1889 г., действ. армии - 20449, резервных - 9461, территориальной армии 17129. В общем, численность О. в кадрах мирного времени признается достаточной, но в военное время, по признанию всех военных авторитетов, их должен оказаться большой недочет. Относительно России в 1885 г. было опубликовано (циркуляр главного штаба 1885 г., ј 10), что против мобилизационной потребности одних обер-О. пехоты и кавалерии недостает 8074. Вследствие этого в Германии, в 1877 г., решено приглашать для замещения офицерских должностей в запасных и ландверных войсках и в ландштурме отставных унтер-О., с присвоением им особого звания фельдфебель-лейтенантов. В России введены так наз. прапорщики запаса и установлено производство при мобилизации унтер-О. в зауряд-О. Все эти меры, однако, имеют паллиативный характер и в будущей европейской войне всем армиям несомненно придется считаться с недостатком вполне годных, по научной подготовке и по нравственным качествам офицеры делятся на три категории: генералы; штаб-О. и обер-О. Главное назначение О. - строевая служба, но нередко, особенно в России, О. замещаются и такие должности, которые имеют исключительно административный характер. - См. А. Редигер, "Комплектование и устроение вооруженной силы"; И. Маслов, "Научные исследования по тактике"; фон-дер-Гольц, "Вооруженный народ"; L. Stein, "Die Lehre vom Heerwesen".

К.-К.

Оффенбах

(Jacques Offenbach) - изв. композитор (1819-80) евр. происхождения. В Париже, куда О. переселился в 1842 г. из своего родного города Кельна, в продолжение многих лет он не мог пробить себе дороги, только в 1847 г. получил место капельмейстера в Theatre-Francais. К этому времени относятся его небольшие легкие ариетки, написанные на сюжеты из басен Лафонтена ("La Cigale et la Fourmi", "Le corbeau" и др.). В 1855 г. О. открыл маленький театр, под названием "Bouffes-Parisiens" и написал для него целый ряд опереток, из которых "Les deux aveugles", "Tromb-AI-Cazas", "Le mariage aux lanternes" имели огромный успех. На более обширной сцене (в пассаже Choiseul) он поставил "Orphee aux enfers", "Monsieur Choufleury", "La chanson de Fortunio" и пр., впоследствии получившие огромнейшую популярность. В театре Varietes были поставлены самые блестящие оперетты О.: "Belle Hеlеne", "Barbe-bleue", "La grandeduchesse de Gеrolstein". Всех оперетт О. написал 102. Из них пользуются известностью еще "Les brigands", "Madame l\'Archiduc", "La Creole", "Perichole", "Madame Favart". После его смерти оперы "Les contes d\'Hoffman" и "Belle Lurette" остались неоркестрованными; во второй недостает нескольких номеров. Успеху многих оперетт О. значительно способствовали остроумные либретто, написанные Мельяком и Галеви. Кроме вышепоименованных опер, О. начал "Le cabaret des lilas".

Н. С.

Охлократия

(греч. - господство черни или толпы) - в системе Полибия форма государственного устройства, являющаяся выродившейся демократией, как олигархия - выродившейся аристократией. У Аристотеля О. описывается под именем демократии, как полибиевская демократия - под именем политии. О. или, по Аристотелю, демократия, как форма извращенная, не представляет строго объективных признаков, и причисление к ней того или иного государства является всегда результатом субъективно-отрицательного отношения к нему. Аристотель описывает Афины при Перикле и позднее (с перерывом во время правления 400, потом 30 и 10), как демократию, ибо тогда господствовала чернь; люди знатного происхождения систематически устранялись от участия в делах управления, при назначении на должность решающую роль играла жеребьевка; неизбежным результатом такой системы являлся деспотизм по отношению к союзникам и беспорядки в управлении. Между тем другие писатели видят в Афинах образец чистой демократии (в позднейшем смысле этого слова). Признаки О. можно найти в римской империи, где армия возводила на престол и свергала с него по усмотрению, хотя государственные учреждения тогда были монархическими. Многие указывают как на охлократию на парижскую коммуну 1871 г.; но правильная система всенародного голосования, господствовавшая там, делает это указание в значительной степени произвольным, хотя несомненно, что отдельные факты. как расстрел ген. Леконта и Тома, были актом воли неорганизованной толпы. С большим основанием можно назвать О. государственное устройство Франции в некоторые моменты великой революции и в первые дни после революции 1648 г., когда неорганизованная толпа выбирала всех важнейших должностных лиц. Вообще О., в наиболее точном смысле слова, может существовать только весьма непродолжительное время, при чем всего чаще является промежуточной формой в бурные времена после падения старого порядка и до замены его новым, более или менее правильно организованным.

В. Водовозов.

Охотское море

- обширный бассейн, расположенный на С-В Азии, принадлежащий к Тихому океану. Оно заключено между параллелями 44? и 62? 16\' с. ш. и меридианами 135? 16\' и 163? 15\' в. д. Наиболее растянуто море по меридиану; так от Пенжинской губы до южн. границы расстояние ок. 2400 в., по параллели же оно имеет наибольшую ширину между устьем р. Уды и мыс. Лопатка - около 1400 в.; по Крюммелю, поверхность моря=1507609 кв. в. С З и С море граничит с берегами Азии; с С-В - берегом полуострова Камчатки, начиная от южн. оконечности которой (м. Лопатка) границу его составляет Курильская гряда ов-ов, протягивающаяся на расстоянии 1115 в. от мыса Лопатка до острова Иecco, самого сев. из Японских. Наконец, с Ю-З границу моря образуют берега о-ва Сахалина. О. море многочисленными проливами между Курильскими о-ми соединяется с Тихим океаном; с Японским морем оно соединяется двумя проливами: Лаперуза - между южной оконечностью Сахалина и Иecco и Татарским - между Сахалином и материком. Общая длина береговой линии О. моря ок. 8000 в., из этого числа более половины приходится на берег материка. Насколько известно, характер берегов моря таков: восточный, начинаясь от мыса Лопатки в широте 51? с., сперва низмен, а затем повышается до р. Опалы, откуда к В на протяжении более чем 350 в., берег низменный. Здесь, около устья р. Гыг, лежит узкий и длинный залив Чканыгичь, отделяющийся от моря узкой косой. Далее, к С от соединенного устья р. Тылусы и Шеагача, на протяжении 150 в., до р. Белоголовой горист, здесь впадают в море значительные реки. Далее к С до устья р. Тигиль берег скалист и обрывист, а в море расположены местами скалистые острова, иногда выступающие верст на 20 от береговой черты. Подобный же характер берегов сохраняется и далее на С до входа в Пенжинскую губу (60? с. ш.), восточный берег которой очень изрезан и скалист, напоминая собой шхеры; далее вглубь губы берега, оставаясь скалистыми, менее изрезаны, но круто поднимаются из воды и покрыты лесом. От устья р. Пенжины начинается сев. - зап. побережье О. моря, образованное здесь Тайгоносским полуом, разделяющим Пенжинскую и Гижигинскую губы. Берега полуо-ва высоки и сложены из кристаллических пород. От устья р. Гижиги, впадающей в верховье губы, берег последней высок и горист; на Ю губа заканчивается значительным заливом Ямская губа, в которую впадает большая р. Яма. Эта губа с Ю граничит с Пьягиным полуоом. Начиная от мыса Пьягина до мыса Алевина берег идет по прямой линии и почти по параллели, оставаясь гористым. Далее к З от мыса Алевина береговая черта отступает к С и образует обширную Тауйскую губу, имеющую протяжение с Ю на С около 80 в., а с З на В - 200 в. В эту губу впадают значительные реки: Ола, Арман, Кова. При входе в губу, ближе к вост. берегу, лежит большой высокий о-в Ольский, а ближе к зап. берегу - о-в Коровий. Начиная от Дугинского мыса, зап. границы Тауйской губы, берег до самого гор. Охотска идет почти прямолинейно по параллели, на этом расстоянии встречается только одна более значительная губа Еринейская. От гор. Охотска линия берега довольно круто поворачивает к Ю-З и сохраняет это общее направление до устья р. Уды. Все это прибрежье гористо и обладает довольно большим числом небольших бухт и заливов; по-видимому не представляющих особенных удобств для стоянки судов; наилучшая - залив Алдомский (56? 50\' с. ш.), защищенный от С, С-В и В полуо-м Пурки, якорная стоянка здесь открыта только для юго-вост. ветров. На 50 в. южнее выдается в море мыс ЛонгдарНегошни, между юго-зап. берегом которого и материком вдается залив Аян, где и порт Аян, довольно хорошая стоянка, но открытая для юго-вост. ветров. Далее к Ю лежит обширный Удский залив, заключенный между мысом Борисовым и островом Рейнеке (ок. 200 в. между ними, в свою очередь состоящий из трех заливов. В верхнюю часть Удской губы впадает большая р. Уда. Западный берег губы высок, также и южный, образованный выступом материка. За мысом Большой Дуганджа - берег круто поворачивает на Ю и образует зап. высокое побережье зал. Тугурского, в верховье которого впадает р. Тугур. Зап. побережье сперва низменно, а затем опять высоко и скалисто; оно образовано полуо-вом, имеющим по середине очень узкую и низменную перемычку; сев. часть его высока и оканчивается мысом Сегнекин. Начиная отсюда к Ю простирается сперва зал. Вел. Кн. Константин, а затем далее к Ю зал. Ульбанский. В юго-зап. углу первого есть обширная и довольна глубокая бухта. Наконец, на вост. берегу, при начале зал. Ульбанского, расположен вход в узкий и длинный зал. Св. Николая, вдавшийся в материк верст на 40, почти по меридиану. Начиная от мыса Мухтеля до о-ва Рейнеке берег идет почти по параллели и довольно высок. По середине Удского зал., перед входом в Тугурскую губу, расположена группа Шантарских о-вов, самых значительных во всем море. Далее к В, между о-вом Рейнеке и мысом Елизаветы (сев. оконечность Сахалина), образуется нечто в роде обширного залива, в глубине которого расположен вход в лиман р. Амура (так наз. сев. часть Татарского пролива). Вост. берег Сахалина образует далее к Ю побережье О. моря, южн. и юго-вост. границы которого составляют берега Иecco и Курильская гряда. Посреди моря существует только один о-вок Св. Ионы; он лежит почти на параллели Аяна и на меридиане Охотска.

Рельеф дна мало исследован. До сих пор большая часть измеренных глубин относится к прибрежной полосе и главным образом только около якорных стоянок; для средней же части моря имеется очень мало достоверных измерений. С 1865 г. Старицким и Онацевичем были измерены 21 глуб.; присоединяя сюда измерения Крузенштерна и других мореплавателей начала нынешнего столетия, все же имеется материала слишком мало, чтобы составить себе ясное понятие о рельефе дна этого моря. Насколько можно судить, зап. берега моря приглубы: здесь в нескольких милях 30-40 саж. (морских), а немного далее и 60-70 саж., затем около о-ва Св. Ионы глубина доходит до 120 морск. саж.; к Ю-В от него она еще увеличивается и здесь на ЗСЗ от Сахалина в 115 милях (морск.) найдена Старицким глубина в 350 саж.; далее же к С-В глубина, по-видимому, опять уменьшается и доходит до 80 саж., как бы указывая на существование посреди сев. части моря более мелких глубин, так как далее на С-В, у входа в Пенжинскую и Гижигинскую губы, глубины снова увеличиваются и доходят до 130 и даже 217 саж. (Онацевич). В части моря, которая заключена между Сахалином и Курильскими о-ми, измерены Онацевичем глубины 382, 378 и даже 470 с. Температура воды. Насколько известно, в середине августа средняя часть моря между Сахалином и Камчаткой обладает на поверхности температурой от 11?-12? Ц.; к Ю-З эта температура постепенно увеличивается и по близости Иecco доходит до 16?-17? Ц. В проливах между Курильскими о-ми в тоже время постоянно наблюдается очень низкая температура на поверхности, от 5?-6? на Ю и до 3?-2? на С гряды; адмир. Макаров полагает, что это можно объяснить перемешиванием воды в проливах сильными приливо-отливными течениями, причем нижние, более холодные слои охлаждают поверхностные. Середина северной части моря в это время года занята довольно теплой водой, около 14? Ц,. По обе стороны этой области лежат два пространства с более низкой температурой, одно к Ю-З - между Шантарскими о-ми и сев. оконечностью Сахалина с температурами ниже 8? Ц.; такое понижение температуры воды здесь может быть приписано скоплению льдов в этом море, что подтверждается многими наблюдателями. Другое холодное место находится при входе в Пенжинскую губу у берега материка и, по-видимому, температура воды на поверхности здесь опускается в августе до 3? Ц. В самой же губе температура на поверхности около 9?-10? Ц. Температура на глубинах О. моря в его южной части около 2?, 4? Ц., поблизости восточного берега Сахалина между глубинами 14-160 морск. саж. встречается промежуточный слой холодной воды, с темп. до -1, 0? Ц. Такой же слой холодной воды заполняет до дна котловину моря между Аяном и Сахалином; здесь на глубинах встречаются температуры до 1, 6? Ц. Вода с температурой ниже 0? (до -1, 4? Ц.) встречается на глубинах и к Ю от Охотска. По мнению адмир. Макарова, холодная вода на глубинах вероятно образуется на месте зимой, когда вода охладившись в то же время получает и большую соленость, вследствие выделения при образовании льда некоторой части солей, в ней содержащихся. Все это вместе делает ее тяжелее и заставляет опускаться вниз. Такой взгляд подтверждается наблюдаемыми удельными весами воды низкой температуры на глубинах. Вскрытие и замерзание моря и состояние его ледяного покрова зимой мало известны. Вскрытие моря происходит в конце мая, а замерзание в конце октября (стар. ст.). Вероятно, даже и зимой море не замерзает сплошь, а остаются полыньи; с наступлением лета льды, уменьшаясь в объеме, всетаки продолжают существовать, - их встречали даже в августе в юго-зап. углу моря, где они постоянно держатся. Также очень поздно очищаются от льдов губы Удская и Тугурская. Удельный вес воды О. моря, по середине его около 1,0245 - 1,0250; к берегам он уменьшается. На глубинах удельный вес увеличивается: на 400 морск. саж. встречается вода с удельным весом 1,0261. Течения О. моря впервые были описаны Шренком; по его мнению, в О. море существуют три холодных течения: одно идет из Пенжинской губы вдоль зап. берега Камчатки и Курильских о-вов на Ю; другое пересекает море от Пенжинской губы к сев. оконечности Сахалина и у Шантарских о-вов образует водоворот против часовой стрелки, часть же его течет на Ю по восточную сторону Сахалина, а часть через Татарский пролив у берега материка; наконец, третья ветвь из того же сев. - вост. угла моря обходит берег материка на Ю-З до Удского зал. Теплое течение вступает в О. море через пролив Лаперуза и частью подымается вдоль Сахалина до зал. Терпения. На основании новейших данных по этому вопросу адмир. Макаров предполагает, что вряд ли существуют холодные течения вдоль Камчатки и поперек моря к сев. оконечности Сахалина, также как и теплое от прол. Лаперуза к зал. Терпения. Вероятнее всего, что в О. море существует круговое движение вод против часовой стрелки, которое, по-видимому, у Шантарских островов образует круговорот, на существование которого указывают все китобои, посещавшие море. Ветра в О. море с октября по март преобладают из сев. части компаса вдоль сев. и зап. берегов; у берегов же Камчатки в это время господствуют зап. ветра. Свежие погоды с вост. и юго-вост. ветрами господствуют у зап. берегов с октября по декабрь, при сев. и сев-зап. ветрах бывает тихо. В апреле и мае ветра бывают умеренные у зап. и сев. берегов моря, обыкновенно имея характер бризов, ночью сев., а днем южн. С июня по август преобладают умеренные юго-вост. ветры. В сентябре наблюдаются опять бризы, дующие свежо от З и СЗ ночью и умеренно от Ю днем; по временам они прерываются южными штормами. У берегов Камчатки летом дуют ветра слабые, от СВ или ЮВ с частыми штилями. Зап. ветра зимой часто дуют очень свежо, но летом эти ветра сопровождаются здесь ясной и тихой погодой. У Курильских о-вов зимой часто случаются штормы от СЗ. С апреля по июнь преобладают юго-вост. ветры с частыми штилями. С июля по сентябрь дуют ветры из южн. половины компаса; в сентябре же устанавливаются до зимы зап. ветра. Туманы часто случаются у Курильских островов, особенно в конце лета; да и другие части О. моря, например Шантарские острова известны своими сильными туманами, которые вместе с неудовлетворительностью карт увеличивают затруднительность плавания.

Вообще климат О. моря, не смотря на его сравнительно южное положение (44?-62? с. ш.), совершенно походит на климат полярного бассейна и может быть сравнен с климатом Гудзонова зал. Суровость климата объясняется нахождением моря у вост. берега обширнейшего континента, охватывающего его почти со всех сторон. При том же прилегающая часть Азии принадлежит к холоднейшим странам земного шара; здесь не особенно далеко к С расположен полюс холода. Ввиду всего этого не удивительно, что бассейн О. моря играет для Тихого океана в некотором роде роль полярного бассейна. Приливы и отливы довольно велики в О. море и местами доходят до 24 фт., как напр. в Гижигинской губе, и до 20 фт. в Удской губе, у Аяна - 10 фт., в Охотске - 15 фт., у берегов Камчатки (Тигиль) до 20 фт. Приливные течения местами у Шантарских о-вов достигают скорости 3 - 4 узлов в час, а в некоторых проливах между Курильскими о-вами даже до 4-5 узлов в час. Не смотря на суровость климата, флора и фауна О. моря очень богаты. Разных водорослей до сих пор найдено до 53 видов, также много разных моллюсков, что обусловливает в свою очередь богатство и другими более высшими животными; так, здесь много трески, кеты, мальмы, дельфинов, тюленей и встречаются три породы китов. Все это давно уже привлекало сюда промышленников и китобоев, сперва - исключительно иностранцев, главным образом американцев. Китовый промысел здесь начался, повидимому, в 1846 г. и в 60-х годах промышляло уже до 200 судов, в том числе и 2 финляндских, последние с 1851 г. Насколько известно, за период времени от начала промысла (1846) до 1862 г. китового уса и жира вывезено на сумму около 130 милл. долларов. С 1864 г. начала промышлять китов бывшая российско-американская компания, а с 1866 г. появилось еще одно русское предприятие, компания Линдхольма.

Первые исследования О. моря относятся ко времени Петра Великого, когда О. служил исходным пунктом для экспедиций, долженствовавших открыть (вторично) Берингов пролив. Первая экспедиция 1719 г. геодезистов Евреинова и Лугина описала часть берега Камчатки и Курильских о-вов; в 1738-39 гг. капитаны Шпанберг и Вальтон описали те же места, а штурман Елагин берег Камчатки от мыса Лопатки до Большерецка. В 1743 г. лейт. Хметьевский дал первое описание О. моря и в том же году геодезист Ушаков описал берег Камчатки от Большерецка до Тигила, а лейт. Хметьевский от Охотска до Гижигинска и в 1761-62 г. губы Гижигинскую и Пенжинскую. В 1789-93 гг. в О. море работал кап-лейт. Сарычев и описал значительную часть его берегов, а в 1787-89 г. кап-лейт. Фомин описал берега от Альдомы до китайской границы, а Елистратов берега Камчатки от Тигиля до Пенжинска. В 1790 г. Гвилев описал Курильские острова, а в 1803-1806 гг. Крузенштерн, описал между прочим Шантарские острова и часть Курильских. В 181719 гг. лейтенант кн. Шаховской произвел ряд описей О. моря и дал в 1820 г. первую порядочную карту моря. В 1829-30 г. работал в О. море лейтенант Козмин, производя промеры около устьев р. Уды и Шантарских о-вов. В 1843 г. снят берег от Аяна до Охотска. В течение 1845-48 гг. продолжаются работы в разных частях О. моря, а в 1848-51 гг. лейтенант Невельской открывает Татарский прол. После занятия побережья Японского моря главная гидрографическая деятельность переносится на его берега и исследование О. моря затихает. В 1866-71 гг. лейтенант К. С. Старицкий определил астрономически положение нескольких пунктов по берегам О. моря и сделал несколько промеров больших глубин с определением температур на глубинах. Эти работы были продолжены лейтенантом Онацевичем в 1875 г. В последующее время производились небольшие работы в разных местах О. моря офицерами военных судов. Однако, и до сих пор полного обследования этого моря как в гидрографическом, так и вообще в физико-географическом отношениях мы далеко еще не имеем. Лучшая карта издана главным гидрографическим управлением морского министерства.

Литература. Головнин, "Путешествие росс. шлюпа "Диана".... 1807-9 гг."; его же, "Сокращенные записки о плавании на "Диане"...": Крузенштерн, "Путешествие вокруг света в 1803-6 гг......."; Словцов, "Историч. обозрение Сибири"; Миддендорф "Путешестие..."; "Записки гидрографического Департамента" (т. IV); "Записки Главного Гидрографического Управления" (1888); "Морской Сборник" за разные годы (статьи: К. С. Старицкого, Онацевича и др.); Онацевич, "Собрание наблюдений, произведенных во время гидрографической командировки в Восточный океан, 1874-7 гг." (СПб., 1878); "China Sea Directory" (т. IV, 3 изд., 1894): С. О. Макаров, "Витязь" и Тихий океан" (СПб., 1894); Kaulbars, "Apercu des travaux geographiques en Russie" (СПб., 1889); Рыкачев, "Вскрытие и замерзание..."; Шренк, "О течениях Охотского, Японского..." (СПб., 1874); его же, "Очерк физич. географии Сев. Японского моря" (СПб., 1869).

Ю. Шокальский.

- уездн. гор. Ферганской обл., на горной речке Ак-бура, в юго-вост. углу Ферганской долины, у северных предгорий Алайского хребта, на высоте около 3330 фт. над ур. моря. Над старой частью О. возвышается гора Тахт-и-Сулейман, до 4 тыс. фт. вышиной, сложенная из палеозойских известняков с выходами диабаза; у подошвы ее мавзолей с гробницей Соломона, который, по туземному преданию, был основателем города. О. разделяется на две части, туземную и русскую; вторая обсаженная тополями и другими деревьями, отличается сравнительным благоустройством. Жителей в О. к 1 янв. 1896 г. 34445 (18331 мжч.): 388 православных и 34015 мусульман, остальные католики, протестанты, евреи и проч. Лошадей 730, ослов 455, рогатого скота 5065 голов, овец 4050; есть и верблюды. О. довольно важный пункт по торговле с Китаем и средоточие путей к китайской границе и на Памиры. 1 пивоваренный зав., с производством на 1200 р., 1 стеклянный - на 1970 р., 1 кирпичный на - 900 р. В 1895 г. торговых свидетельств выдано 1145. Город. доходы в том же году 41885 р., расходы - 27213 р., в том числе на народное образование 478 р. и на врачебную часть 3380 р. Больница на 15 кроватей с амбулаторией, местный лазарет; врач, 2 фельдшера и 3 оспопрививателя; церковно-приходское училище, русско-сартское училище, 4 мусульманских школы.

В. М.

Ошкуй

местное название белого медведя.

Ваш комментарий о книге
Обратно в раздел Наука












 





Наверх

sitemap:
Все права на книги принадлежат их авторам. Если Вы автор той или иной книги и не желаете, чтобы книга была опубликована на этом сайте, сообщите нам.